– Так объяснили в школе. Ирина Павловна забрала Камиллу и сказала, что оформит ее на домашнее обучение по совету психиатра.

– Но… нет, тут какая-то путаница! Может быть, после меня они обращались к другому врачу? В Москве? По-хорошему, Камилле был нужен детский психотерапевт, а не психиатр, но в нашем городе нет других специалистов.

– Этого я сказать не могу. В школе не уточнили, но все знали, что врачом Камиллы были вы.

– Я такого не мог советовать, наоборот, настаивал на общении девочки со сверстниками. Тем более, что в школе у нее была близкая подружка.

– Алиса? – уточнила я.

– Да, дочь… кхм… Ильи Романова. Вы наверняка его помните, Эвелина.

– Да… В этом мы с Вами похожи. Оба от него натерпелись, – грустно улыбнулась я, стараясь сыграть на чем-то общем между нами, чтобы лучше его разговорить. Где-то я читала, что это действенный метод.

– Кстати об этом: извините мою прямолинейность, но вы прекрасно выглядите, Эвелина. Если бы не представились, я бы вас не узнал. Я это говорю, потому что помню, как в школе вас обзывали.

– Спасибо. О вас могу сказать то же самое.

– Эвелина, а почему вас так интересует Камилла?

Я не стала лукавить и рассказала Артюхову правду. Он внимательно выслушал, а потом вдруг вышел из кабинета, попросив немного подождать. Когда психиатр вернулся, в его руках была чья-то визитка.

– Я говорил о том, что храню врачебную тайну, но если человек, пришедший ко мне на прием, не является пациентом, то я не связан данным обетом. Вот, – Артюхов протянул мне светло-бежевую визитку. Она была изготовлена на дорогой, приятной на ощупь бумаге. Я прочла имя на визитке и опешила. – На тот момент у меня было только две встречи с Камиллой, и тут ко мне на прием заявляется молодая, дорого одетая и весьма привлекательная женщина без ребенка. Ее терзал один-единственный вопрос: кто отец Камиллы.

– Она думала, что им является ее муж, – догадалась я.

– Именно, но я не располагал такой информацией, о чем и сказал. Тогда она оставила мне визитку…

– Я могу ее забрать?

– Если это поможет в вашем расследовании, то я буду только рад. Эвелина, я очень уважал вашего отца.

– Спасибо, Николай, мне это очень важно, – сказала я. – У меня есть один, последний вопрос: она же знала, что Марина Полякова умерла?

– Да, поэтому и приехала. Я так понял, Елена опасалась, что ее мужу придется взять девочку себе.

– Спасибо!

Я села в машину к Илье, но не решилась сразу заговорить. Мысли путались в голове, и мне была нужна хотя бы минута тишины, чтобы привести их в порядок.

– Ну что ты молчишь?! – нетерпеливо вопросил Илья, заводя автомобиль.

– Подожди… Дай все обдумать, – раздраженно ответила я.

– Но ты выяснила? Это Артюхов посоветовал забрать Ками из школы?

– Ладно, – вздохнула я, понимая, что он не отстанет, пока все не выложу. – Слушай, я узнала кое-что важное, но сначала отвечу на твой вопрос: нет, Артюхов не советовал Ирине Павловне забирать Камиллу из школы.

– Угу… А что такого ты узнала?

– Через некоторое время, как Артюхов начал работать с Камиллой, к нему на прием записалась женщина. Как и я, она пришла без ребенка, ей нужно было только поговорить. Поговорить о Камилле.

– Кто это был?! – помрачнел Илья.

– Елена Богомолова. Жена Павла. Она подозревала, что Камилла могла оказаться дочерью ее мужа. И это не все. Она знала, что Марина умерла, а вот ее муж об этом услышал только от меня, если конечно не соврал.

– Черт возьми! Получается, она могла…

– Да, думаю, логично в данный момент поставить ее во главе нашего списка подозреваемых.

– С радостью уступлю ей свое место, – пробормотал Илья.

Жаль, нельзя было прямо сейчас рвануть в Москву, разыскать Елену и с ней побеседовать. К такой поездке нужно как следует подготовиться. Я наводила в интернете справки о Павле Богомолове, но его женой не подумала поинтересоваться, а, как выходило, напрасно.

– Ты в пекарню? – притормаживая у светофора, поинтересовался Илья.

– Можешь подвезти к дому? Возьму машину и поеду за продуктами, иначе не смогу завтра открыться.

– Угу… – промычал Илья и, выдержав паузу, будто никак не мог решиться это предложить, добавил: – Хочешь вместе? В смысле за покупками. Я помогу…

– Спасибо, не нужно, – улыбнулась я, чувствуя, как розовеют щеки. Это было так странно, но, кажется, мне начинал нравиться этот новый Романов.

Закупившись всем необходимым, я пожалела, что отказалась от помощи Ильи. Тяжелые пакеты с трудом поместились в багажник. Если бы у пекарни был бы служебный вход прямо на кухню… а так придется тащить их через зал и не в один заход. Я сгрузила пакеты на крыльце и стала искать в сумочке ключи, которые вечно так и норовили где-то затеряться, как вдруг сзади послышались торопливые шаги. Резко развернувшись, я уже была готова защищаться от нападавшего, но увидела перед собой элегантно одетого пожилого мужчину.

– Михаил Сергеевич! Здравствуйте! – я постаралась улыбнуться отцу Игоря, но, кажется, вышло не очень искренне, ведь я понимала, что он явился не за пирожками.

– Эвелина, рад тебя видеть! – он обнял меня, и я почти поверила его словам. – Мне нужно с тобой поговорить. Как ты поняла, о ваших отношениях с моим сыном.

Глава 14

Я сварила в турке кофе, разлила его по чашкам, а на блюдце выложила кусочки молочного шоколада, который купила для круассанов. Я понимала, что ни один из нас не притронется к угощению, но должна была выказать радушие отцу своего любимого мужчины. Какой бы сложный разговор нам ни предстоял, нельзя было раньше времени показать, как мне страшно.

Михаил Сергеевич сидел за столиком у окна и смотрел на заснеженную улицу. Хорошо знакомый с юности, но такой чужой. Когда я подошла с подносом, мужчина повернулся, и на его лице заиграла добрая улыбка.

– Я несколько лет не был здесь. Последний раз заходил встретиться с твоим папой, мы обсуждали экскурсию его учеников на завод. Твоя мама тогда