Из меня вырывается хриплый смех.

– Не хочешь же ты сказать, будто она что-то вроде первой феи?

Он поджимает губы и медленно кивает.

– Твою мать. Просто ахренительно.

– Это противоречит твоим видениям. – подает голос Валери.

– Разумеется, противоречит, потому что то, чем пичкают здесь всех вокруг полная чушь.

«Что это за видения?»

Наши глаза с Вал сталкиваются, и она качает головой, давая понять, что против того, чтобы мы ему что-либо рассказывали.

«Да бросьте, я ведь уже был в твоей голове, красавица» – смотрит на меня, откинувшись назад и уперевшись руками в матрас позади себя. – «Я видел то одно видение. А также знаю, что Триада это вы с сестрами. Не пойму, что из этого такой уж большой секрет? Ведьменские дела меня не касаются»

Я складываю руки на груди, давая ему еще немного времени поразмыслить над всем, что он только что услышал. Буквально вижу, как информация в его голове складывается в неполную картинку. Пепельные брови сходятся на переносице, и он медленно поднимается на ноги, не сводя с меня глаз.

«Почему ты участвуешь в соревнованиях?» – вдруг спрашивает он, и на мои губах оживает улыбка. Пожимаю плечами.

– У меня свои причины. – бросаю ему его же слова.

«Тебе что-то нужно от Америды» – продолжает рассуждать он. – «Что-то, что можно получить, только выиграв»

– Надо же. Я удивлена, что до тебя только сейчас дошло.

Видимо раньше, ему просто напросто было плевать. Свобода – это единственное, к чему он стремится, остальное для него не имеет значения. Не могу его за это осуждать.

«Чего я по-твоему не знаю, хотя должен бы?»

Снова пожимаю плечами.

– Всего лишь кусок вашей истории…

Боль взрывается в висках, перед глазами вспыхивают черные пятна, и я падаю на колени. Из горла вырывается крик, меня резко выбрасывает в сознание. Стены и пол содрогаются от чужеродной магии.

Инфекция.

Вот, что происходит. Пока я без сознания, артефакт понемногу проникает в меня через мое подсознание. Но как только я просыпаюсь, моя магия оживает вместе со мной и начинается бороться с тем, что камень тут оставляет. Ведь это не мои воспоминания.

Картинка вспыхивает перед глазами настолько четкая, что я вздрагиваю.

Начинается.

– Еще шаг, и ты труп.

На миг возвращаюсь в реальность и вижу, как Вал наставляет клинок на Зейда, не давая тому приблизиться ко мне.

– Нет. – хриплю я. – Пусти его. Он должен это увидеть.

Это не моя история, а его. Он может помочь разобраться во всем этом.

Вал опускает клинок, пока я изо всех сил пытаюсь блокировать чужеродную магию. Зейд подлетает ко мне и тут же опускается на колени. Взглядом спрашивает разрешения, и я киваю. Возможно, есть еще одна причина, почему я хочу, чтобы он был рядом в этот момент. Какая-то часть меня не хочет проходит через боль в одиночку. А я знаю, что будет очень и очень больно.

Его теплые руки опускаются на мою шею, и мы вместе снова погружаемся в мое сознание. Моя магия током расходится по стенам и полу. Слева от нас возникают образы. Мефира у каких-то стеллажей.

– Не сопротивляйся. – вдруг говорит мне Зейд, наблюдая за хаосом вокруг. Стены покрываются трещинами, когда появляется мужчина. Король. – Твоя магия слабее этой. Ты только больше себе навредишь.

Странно слышать его голос так близко. Странно, что теперь он шевелит губами.

– Я…не контролирую это.

Моя магия чувствует угрозу, поэтому сопротивляется. Зейд проводит большими пальцами по моей челюсти, успокаивая. Я пытаюсь унять ток, что окутывает здесь все вокруг, но не получается, а ведение продолжается.

Мы оба видим все. А я еще и чувствую. Страх. Панику. Ненависть. И все это чувства Мефиры, не мои. Король швыряет фею в стену, и мое тело охватывает тупая боль. Из горла вырывается стон. Во рту скапливается кровь и струйкой стекает по подбородку. Легкие горят огнем, словно я надышалась дыма.

Мы с Зейдом наблюдаем за тем, как Мефира пленит мужчину, видим, как она использует какое-то заклинание и последний свиток исчезает. А затем ее деревянные путы разлетаются к чертям, и на моей коже по всему телу раскрываются порезы.

Обхватываю пальцами собственное горло, когда король сдавливает Мефиру, и острые осколки впиваются глубже. Из меня вырывается болезный всхлип, и все разом обрывается.

Я возвращаюсь в реальность, и Зейд притягивает меня к себе, обнимая. Руками цепляюсь за него, чувствуя как по щеке стекает слеза. Не только от боли. Но и потому что я знаю, что это только начало. Король не отпустил Мефиру. Нет. Он не мог. Что если после он пытал ее? Что если в следующем видении мне придется пережить ее смерть?..

«Она выжила» – раздается уверенный голос в моей голове.

Рука Зейда успокаивающе гладит меня по спине.

«Ее портрет написан в Эларисе, значит, он не смог ее убить»

Делаю глубокий вдох и отстраняюсь. Рубашка больно прилипает к ранам на теле, которые на этот раз не затягиваются. Черт. Не понимаю, как Камилла добровольно соглашается лечить кого-то своим даром. Раз за разом испытывать на себе то, что испытывают другие…Я бы свихнулась.

Поднимаюсь на ноги, слегка пошатываясь.Зейд встает следом и осторожно удерживает меня за локоть. Валери, едва не бросается ко мне, но все еще сохраняет дистанцию.

– Ты в порядке? – спрашивает она, окидывая меня встревоженным взглядом.

– Нет, твою мать, я не в порядке. – выбираюсь из хватки Зейда и выпрямляюсь. – Этот артефакт сведет меня в могилу еще до окончания соревнований. – мои кулаки сжимаются, и я прикусываю себе язык, чтобы не сморозить чего похуже.

Ненавижу, когда кто-то видит меня такой слабой и раненой. В особенности Валери.

– Мне нужно в душ. – бросаю я Зейду. – У тебя наверняка есть мазь от ран.

Он складывает руки на груди, серебро сверкает в серых глазах.

«И с чего ты это взяла?»

– С того, придурок, что тебя часто избивают.

От моей догадки на его губах появляется легкая улыбка, но он воздерживается от комментариев и просто кивает.

Вздохнув, залетаю в ванную и захлопываю за собой дверь. Стиснув зубы, сдерживаю слезы и дрожь в конечностях. Стаскиваю с себя окровавленную рубашку и швыряю на черную плитку. Затем снимаю трусы и встаю под душ. От воды раны болезненно саднят. Но слава богам, нет ни одного глубокого пореза.

Почему артефакт заставляет меня испытывать все, что и Мефира века назад?

Ответ появляется практически мгновенно, и это меня несметно бесит. Все было настолько очевидно? Рывком хватаю мыло и мою голову.

Я