подробно объяснял, как я ошибался, – Аштар засмеялся, но зла в его глазах в этот момент не было – только тепло от воспоминаний о добрых временах. – Мы так впечатлили друг друга, что после потасовки они позвали меня с собой. С этого и началось мое восхождение в берзанской армии.

– Вот как, – я все еще пыталась осознать новость, что мужчина, который несколько ночей подряд не давал мне продыху, заставляя стонать и изгибаться под ним, еще старше, чем Мирале. – А ведь ты впервые что-то рассказываешь мне о своем прошлом.

– Ну, раньше как-то не до болтовни было, – он так сверкнул глазами, что мне стало жарко.

Я немного отдернула полупрозрачную занавеску на окне, надеясь, что ветер задует в салон немного прохлады. Правда, пока дневной зной не спешил отступать с тракта – все деревья рядом с ним вырубили, чтобы те во время штормов не падали на дорогу и не мешали повозкам, поэтому тенька здесь было не найти.

– Спасибо, что поделился историей о молодости, – искренне поблагодарила я.

– Рад, что тебя это развеяло ненадолго, но вижу, что сумрак уже опять находит на твое лицо. Что тебя так тревожит? Я угадал – это гашишшин?

– Да, – я виновато вздохнула. – Не столько он сам, сколько последствия этой встречи и вообще все, что может случиться. Мирале оговорился, что гашишшин может применить магию, и теперь не могу отделаться от мысли, а что если он в самом деле маг.

– Ну и что?

Аштар так легко пожал плечами, что я едва не фыркнула. Конечно, простачки часто недооценивают волшебство, считая, что это одни фокусы! Только генерал темных эльфов уж точно простачком не был.

– Считаешь, твой врожденный дар пересилит чары? – я покачала головой. – Ты уже доказал, что умеешь многое, но и тебя однажды поймали и взяли в плен. Не верю, что ты недооцениваешь противника, однако не пойму, что придает тебе такую уверенность в себе в этом случае. Ты уже сражался с гашишшинами?

– Если не учитывать нападение несколько ночей назад, то нет. Гашишшины редко осмеливаются лезть к тем, кто их создал.

Я приподняла брови.

– Что это значит?

– А ты не обратила внимание на очевидные сходства? – в ответ удивился эльф. – Они чернят кожу, нападают только ночью, рьяно поклоняются своему богу, и у них свой особый уклад жизни, которая проходит большей частью за закрытыми дверьми, в обособленных резиденциях. Точно так же и мой народ: мы среди всех богов чтим больше всего звездную богиню и из домов выходим только ночью, поэтому у людей может сложиться впечатление, что мы вообще их не покидаем. Про цвет кожи даже не упоминаю.

– Но из этого же не следует, что они созданы вами.

Аштар устремил взгляд в окно, на небо, постепенно окрашивающееся в розовые цвета.

– Нет, но я знаю историю своей страны. Я уже говорил, что родина моего народа далеко на островах в океане. Хотя мы все называемся дроу и придерживаемся примерно одних правил, между нами тоже не всегда царит мир. Много веков назад племена рассорились. Большая часть отправилась через море на восток – на материк Хелот, на побережье которого основала государство Берзан. А малая часть отправилась южнее, на материк Атлика, и застряла в пустыне. Кто не погиб, тот вернулся на острова или уплыл в Берзан. Но кое-кто нашел общий язык с местными человеческими племенами и стал их обучать. Так в конце концов и появился орден. Бог у них собственный, но методы и стиль боя наши. Только подделка с оригиналом никогда не сравнится, да и живут люди не настолько долго, чтобы отточить навыки до нашего уровня. Поэтому гашишшины предпочитают сражаться с людьми, а не с теми, кто их по определению превосходит.

– Вот почему они тогда отправили сразу пятерых, – пробормотала я.

– И все равно не рассчитали сил. Не буду скромничать, мои умения превосходят умения обычных дроу, иначе бы никто не позволил мне взять верх над войском. В Берзане суровые нравы.

Он произнес это спокойно, без эмоций, но я сразу заерзала на мягком сиденье. Об обычаях Берзана мне было известно по-прежнему недопустимо мало. Надо, что ли, заглянуть в мастерскую переписчиков – пусть поищут для своей хозяйки книгу о народе темных эльфов…

У меня, конечно, под рукой источник гораздо лучше, но Аштара не хотелось тревожить воспоминаниями о родине. Почему-то казалось, что ему это не слишком нравится. Не зря же он сказал вчера, что все, о чем он мечтал, у него есть прямо сейчас?

– Боевые приемы и образ жизни – это еще не магия, – напомнила я. – Заклинание мечом не разрежешь и не отпрыгнешь от него.

– Мэль, я не думаю, что он маг.

Вот так просто.

– И почему же?

– Потому что, если бы он был магом, он не был бы беглым. Гашишшины все с юга, а на юге всех колдунов давно подмял под себя Хелсаррет. Они там хуже драконов. Если впутался в эту систему, Хелсаррет тебя никогда не отпустит.

Я открыла рот, чтобы возразить, – и закрыла. В самом деле, в моем случае обитель и не думала ослаблять вожжи.

– Откуда ты столько знаешь о магах? – спохватилась я.

– Оттуда, что драконы на меня их не раз натравливали. Когда стало ясно, что мы слишком хорошо прячемся под землей и просто пролететь над нашими поселениями и все сжечь огненным дыханием не получится, династия вей-Амранов стала использовать разные колдовские ухищрения, чтобы обрушивать наши тоннели, заливать их водой и кипятить нас прямо там. Никакой врожденный дар превращаться в тьму от этого не спасет. Выход был всего один – нам пришлось искать собственных магов, – пожал плечами Аштар. – И я нашел себе такого. Он ненавидел драконов настолько же сильно, как и я, поэтому охотно помогал войску.

Я насторожилась.

– И что с ним случилось?

– Не знаю, – после паузы ответил он. – Судя по допросам, которые мне устраивал Хашим, драконы его так и не поймали. Думаю, его наконец настигли свои – он в свое время отказался подчиниться Хелсаррету, а там