именно сейчас у меня были другие планы. Не хочу портить этими вопросами ужин:

— Ри, расскажи лучше, что ты слышал насчет камер: зачем? Зачем их надо было ставить? Что искали?

У моего собеседника снова настроение ушло в минус, и расцвело пышным цветом чувство вины:

— Я не знаю, правда! При мне не говорили, зачем это нужно. Если бы я тогда подумал, а не просто выполнял то, что сказали…

— Жаль, конечно, что ты ничего не слышал, хотя я не удивлена. Глупо было на это надеяться. Но, если ты что-то вспомнишь или услышишь — тут же иди ко мне! А сейчас запомни, что никому постороннему я не говорила, так что, если сами не проболтаетесь… ах, да, еще кто-то из женщин может случайно рассказать. Но будем надеяться на лучшее.

К тому времени, как Кайрен и сопровождавшие его мальчишки внесли несколько подносов с чем-то очень аппетитно пахнущим, мы покончили с неприятным разговором. Но, конечно, этот вопрос я полностью не оставила: придется еще раз просмотреть документы, а потом опросить моих помощниц и узнать, какие проступки здесь наиболее караются и осуждаются. Интересно, были какие-то подозрения именно насчет нашего рода, или родственницы Риэля всем подкидывали такие «подарочки» в комплекте с мужчинами?

Но это завтра, а сейчас всеми органами чувств завладели расставленные на столе блюда. Аромат только что поджаренных свежепойманных мелких рыбок, различные овощи только что с гриля, какой-то сметанный или йогуртовый соус с зеленью, умопомрачительно пахнущий; хрусткие сочные листья салата, только что выпеченные пирожки… А еще фруктовый салат и сок в графине. Повар-красавчик точно не зря ест свой хлеб! Вообще-то, это готовый ужин в хорошем отеле, остается только добавить еще несколько видов блюд. Да, идея с получением денег от «приличных» туристок прочно поселилась в моем сознании.

А сегодня оба моих мужчины сидели рядом, и наперебой подкладывали кусочки на мою тарелку. Риэль категорически воспротивился тому, чтобы лежать и приходить в себя после ощутимого наказания, и сидел с нами, ни разу даже намеком не показав, что ему может быть больно двигаться.

* * *

А утром, когда, полная сил и идей, я готовилась приступить вначале к завтраку, а потом к делам, заглянул Риэль. Вид у него был почему-то как у кота, который жмурится и боязливо прижимает уши, зная, что может по этим самым ушам за что-то получить…

— Я... — начал он.

— Мы врача вызвали, — засунул в дверь голову второй заговорщик. — Хотите — убивайте, но пусть врач скажет, что все хорошо! — И уши прижал еще сильнее, чем первый.

— Голову я вам, пожалуй, оторву! — пообещала, чтобы не выпадать из образа. Но, наверное, какой-то просчет я уже совершила, потому что они не особенно испугались. С другой стороны, Малика практически никогда и ничем не болела, по крайней мере, к врачам вообще не обращалась в обозримом прошлом. Может, поэтому парни и всполошились?

Я все же уверена, что сыграло роль нервное напряжение последних дней. Но, раз уж врач здесь, не буду его выгонять. Если кто-то не любит навещать врачей, это не делает автоматически его здоровье железным.

Врачом оказалась молодая девушка, которая выслушала перечисление симптомов, а я еле удержалась от извиняющегося тона — в пересказе они вообще показались смешными. Первый вопрос она задала очень неожиданный:

— А вы не беременны?

Я чуть заикаться не начала:

— Тогда я была бы очень удивлена…

Как-то, честно говоря, на средство защиты Малики я полностью полагалась. Впрочем, если подумать… я бы не расстроилась!

— Ну, вы же понимаете, что это первый вопрос, который я обязана задать! — тоже извиняющимся тоном сказала она. — Но, в любом случае, я вас послушаю, измерим давление, возьмем кровь на анализ.

Глава 36

Рита

Крови из меня нацедили достаточно для полного комплекта анализов: раз уж начала это дело, доведу до конца. Хотя самочувствие прекрасное, только иногда накатывает усталость, но в этом как раз ничего удивительного: оказывается, на себя работать намного тяжелее, чем на кого-то чужого. Ну, и заодно мы с врачом убедились, что поздравлять меня с прибавлением ещё рано.

После ее ухода мои мужчины с некоторой опаской дожидались, как я отреагирую на их самоуправство. На самом деле, меня тронула забота, но надеюсь, что принимать решения за меня не войдет в привычку. Поэтому выдала им по строгому взгляду каждому: "Ну, живите пока..."

В офисе обнаружила одну Лайру, которой задала уже традиционный вопрос:

— Ну, как там наши дела?

— Пока укладываемся в бюджет, — ответила она, отрываясь от монитора и разминая затекшую шею. — Сейчас, когда платим только проценты — все нормально.

— Послушай, я ещё раз хотела тебя попросить никому не рассказывать про камеры, и о том, что виноват оказался мой Риэль.

— Слушай, ну что я, не понимаю, что ли?! — возмутилась она. — Конечно, буду молчать. Тут либо наказывать при всех, либо считать, что ничего не было. А тебе этот красавчик нравится, да? Раз не отдаешь его на растерзание?

— Да я как представлю, что его просто затравят после таких новостей... Нет, я его уже сама наказала.

— А как? — загорелись глаза подруги.

— Все-то тебе расскажи! — засмеялась я. — И выпорола, и ещё кое-что. Татуировку я ему сделала на интимном месте!

— На совсем интимном? — оживилась собеседница.

— Не настолько интимном, как ты подумала, — развеселилась я. — Но все равно только я ее увижу. Надеюсь, — закончила, усмехнувшись.

— Ну, это даже не интересно, — тоже улыбнулась Лайра. — Кстати, может, и верно, что ты парня защищаешь — он мало того, что красивый, ещё и верный, на сторону не смотрит.

— И вот такого его родственницы, включая мать, не пожалели в своих играх использовать! И неужели они всем своим мужчинам подобные задания давали? Да если бы их раскрыли, то просто прикопали бы в садике под кустиками! Неужели им не жалко?

— Ну, может, они не собирались так грубо работать, — задумчиво протянула моя собеседница. — Там наверняка все эти камеры убрать собирались, не думали, что кто-то будет искать специально.

— Да, а мы вот такие непредсказуемые оказались! Слушай, но почему у нас-то? Я голову себе уже сломала. Давай, теперь ты высказывай свои предположения. Любые, хоть в порядке бреда.

— Ну, если в порядке бреда... - призадумалась Лайра. — Видимо, дали повод себя в чем-то подозревать. А помнишь, кстати, как вы с девочками праздновали, и оказались не в том месте и не в то время?

— Это когда? — что-то я такой ребус, да ещё в чужих воспоминаниях, разгадать не способна.

— Ну как