А охрана? Две телеги охранять? Семён есть, три новика совершенно не пострадавших есть. Георг есть. Не хватит? Ну, из раненых новиков ещё трое условно годные. Рубиться в полную силу ещё не могут, но для массовости сядут на коняжку и доедут до Риги. Опять же Отто Хольте с ними отправится.

Всем этим сопровождающим нужно овсом и сеном кормить в дороге лошадей. Нда⁈ Ладно, поедет четыре телеги, в одной припасы будут. А балясины? Их Клаус наточил сто с лишком уже. Всю мастерскую заняли. А мыла наварили сто шестьдесят кусков? А две картины, последний лев и первый дракон. Если по самой скромной цене в тридцать марок продать, то это к плюсу за балясины и мыло целый сундук серебра назад везти. Охранять надо. Да и по дороге туда охранять не лишнее будет.

Пушка третья по счёту готова. Брать, значит, Соньку с тюфянчеем Самсоном нужно. Это точно защита.

Угнисос за железом в Ригу собирается? Ну, где шесть телег, там и седьмая влезет.

— Отто, мы же хотели дом у моста через Двину купить, в пригороде, чтобы там можно было останавливаться? — выслушав все эти планы, за ужином обратился к управляющему Иоганн.

— Говоришь, около ста марок… Большие деньги. Даже огромные. Тогда уж лучше в самой Риге. Возле нового замка, на холме, я в прошлый раз слышал, что дом продают. Сто марок как раз просили. Дом старый. Там сразу ещё марок двадцать потратить придётся. Крыша заваливается. Зато забор новый и со стороны реки из камня сложен.

— Тогда и мне нужно ехать. Сам хочу посмотреть и фронт работ оценить…

— Чего оценить? Фронт?

— Я с вами поеду. Хочу на дом посмотреть.

— А как сделку оформлять? Нужны же опекуны…

— Стоять! Фрайфрау Марию мы туда точно не повезём. И преподобного Мартина тем более, в прошлый раз съездили с ним, теперь несколько лет расхлёбывать! — Иоганн вскочил и даже стул опрокинул.

Отто Хольте развёл руками. По-другому не получится. Магистрат не закрепит сделку. Фогт Риги даже не подумает утвердить продажу дома и земли несовершеннолетнему.

Иоганн сел назад, подняв стул, и уставился на перловую кашу с мясом. Только через месяц тринадцать ему. До совершеннолетия два года.

— А если Семён купит? А через два года я у него выкуплю. Ну, только по бумагам.

— А ты уверен, Иоганн, что Семён тебе отдаст такую ценность? — мачеха встрепенулась. Вообще, она после монастыря Марии Магдалины вела себя очень тихо. Теперь, выходит, оправилась, пришла в себя.

— Дядька Семён? Уверен.

— Он ведь не католик? — неуверенно пожал плечами управляющий.

— А как же дед? Мне Самсон говорил, что у деда было подворье в пригороде Риги.

— Дед?

— Стоп!!! Давайте этот разговор отложим. Дед! Я Самсона пораспрашиваю. Всё, что можно про деда узнать, выпытаю. Где было подворье? Один он владелец или там несколько купцов вскладчину купили? Как там Ганза завязана? Завтра утром снова обсудим. У отца Иакова тоже выпытаю чего. Он деда хорошо знает. Он и сам из Новгорода.

— А с поездкой…

— Собирайтесь. Послезавтра утром, если буря какая не прилетит, то рано утром выезжаем.

Что Иоганн вообще про деда знал? Второй женой боярина зайца или уже правильнее барона фон дер Зайцева и матерью Иоганна была дочь Новгородского купца Ивана Кожина, ведшего обширную торговлю с Ливонией и вообще Ганзой. Звали мать Иоганна Зыряна. И она умерла родами, когда пришла пора рожать сестрёнку Иоганну. Дед после похорон дочери ни разу в замке не был. Хоть каждую весну приплывал на одном, а то и на нескольких стругах из Новгорода. Торговал Кожин в основном мягкой рухлядью, воском и мёдом. Самые ходовые товары с Руси. И самые дорогие. И вообще был Иван Кожин был богатым и уважаемым в Новгороде человеком. У Иоганна — Ваньши имелось три дяди. Одного точно звали Иваном. Это был старший сын Кожина. В честь деда и дядьки его Иоганном и обозвали. Оба на свадьбе были и при крещении Ваньши присутствовали, а дядька Иван был крёстным. Семён же добавил к этим знаниям, что дела у купца идут вполне себе, есть подворье в Риге, правда, Кожин его вроде продавать собирался. Хотел перенести торговлю в более выгодное место, в Данциг. Там те же соболя чуть не в два раза дороже, а плыть всего лишних пару дней. Воск с мёдом тоже в Данциге в два — три раза дороже. Здесь в Риге купцы ганзейские сговорились и умышленно цену на русские товары сбивали. Не давали хорошей цены, а другим покупать запрещали.

В эту весну, Иван Кожин с двумя сыновьями приходили в Ригу. На трёх кораблях. И пушки были на каждом, для чего Самсона и наняли. Подворье было небольшое. На берегу Двины, рядом с портом, почти на море, или правильнее будет, на берегу Рижского залива.

От отца Иакова удалось узнать Иоганну не много. В Новгороде у Кожина огромное подворье с пятью домами в два поверха, с кучей мастерских. Кожин он не зря Кожин. Множество народа работает на купца, кожи выделывают, сапоги шьют. Может, сейчас и не так всё, так как отец Иаков уже семь лет на родине не был. Не близок туда путь. Это год целый туда — обратно. А кто тут паству окормлять будет?

— Покажешь подворье в Риге? Найдёшь? — в конце допроса обоих знатоков обратился Иоганн к Самсону.

— Подворье? Ну, не знаю. У меня от боли в ногах круги тогда перед глазами плавали.

— Я покажу. Каждый год, как дед твой приезжает, я там весною бываю, новости с родины узнаю, — отец Иаков троекратно перекрестился, — Хочется Господин Великий Новгород перед смертию увидеть! Да не суждено видимо. Сгину на чужбине.

Событие шестьдесят восьмое

Пистоль у Ивана Фёдоровича получился знатный. Им и стрелять не надо. Если по лбу прикладом брякнуть, то вжик, вжик не надо, сразу уноси готовенького. Прикладом именно, а не рукоятью. Сначала Иоганн нарисовал приклад типа как у парабеллума немецкого времён первой мировой. Но когда это дело собрали вместе со стволом и замком и полкой, то получилась тяжёлая штука и целиться в ворога из него было не удобно. Пришлось из пистолета делать что-то типа обреза. Не зря первые пистоли были с такими рукоятями или прикладами, вытянутыми сильно назад. Иоганн хотел и яблоко присобачить к прикладу, но