— Как маленькая собачка умудрилась обосрать сразу все барьеры⁈ — выпалил я, поражённый услышанным.

Работник виновато пожал плечами и добавил:

— Теперь другие собаки поскальзываются и не могут нормально пройти дистанцию. Одна даже лапку подвернула.

Кто-то рядом поперхнулся от смеха. Но внезапно за спиной раздался суровый голос Гончего:

— Погоди-погоди… обкакалась чихуа-хуа по кличке «Потрошитель»?

— Да, — кивнул удивлённый сотрудник.

Вокруг снова послышались смешки.

— Так, похоже у нас преступная схема! — воскликнул стоящий рядом Гончий, чей пёс, как я уже успел заметить, тоже не избежал участи поскользнуться на испорченном препятствии. — Я видел, как владелица добермана, что лидировал в состязании, о чём-то договаривалась с мужчиной, которому принадлежит эта собака-засрака.

— Станислав… — начал было я.

Но он уже шёл к месту, где располагалась полоса препятствий:

— Если выяснится, что это было намеренно, я их обоих упеку за решётку!

Я покачал головой и двинулся дальше по манежу. Страсти кипели такие, словно мы проводили не конкурс животных, а всемирную ярмарку тщеславия. Люди толпились рядом с животными, спорили, смеялись, ругались, хлопали в ладоши и, что самое главное, без конца повторяли название нового бренда. А это, как ни крути, был главный показатель успеха.

И тут мой слух зацепился за ссору неподалёку:

— Я всего лишь на секунду отвернулась, а ваш охламон уже набросился на мою Матильду! — возмущённо звенел женский голос.

— Мой Коленька — воспитанный мальчик! — не менее возмущённо отвечал мужчина простоватого вида, прижимая к груди пушистого колли. — Это всё ваша вертихвостка его спровоцировала! Я видел, как она нюхала попы у половины конкурсантов.

Аристократка картинно схватилась за сердце:

— Да как вы смеете⁈ Мой муж вызовет вас на дуэль!

Я подошёл ближе и мельком взглянул на собачек. Колли-самец смотрел на мир с таким самодовольством, будто только что одержал величайшую победу в своей жизни. Ему не хватало только сигаретки в зубах. Матильда же, изящная болонка с розовым бантом, вовсе не выглядела оскорблённой. Скорее удовлетворённой.

— Простите, вы организатор? — заметила мой интерес дама с собачкой. — Я бы хотела подать официальную претензию.

— Ой, нет, что вы, — улыбнулся я. — Я знаете ли тоже, своего рода участник. Привёз сюда питомицу.

Аристократка с подозрением осмотрела меня и хотела что-то сказать но тут Коленька громко тявкнул и попытался снова рвануть к Матильде, после чего её владелица гордо удалилась, унося свою честь и Матильду подальше отсюда.

Я облегчённо выдохнул и наконец заметил свою питомицу.

— Фотографии и документы доставлены в Зимний дворец? — спросил я у подошедшей Алисы.

Стоящий рядом хозяин колли рассмеялся, осознав мою шутку про участника. Я подмигнул ему и приложил палец к губам, после чего он кивнул головой и с видом заговорщика пошёл приводить своего Коленьку в надлежащий после пятиминутки любви вид.

Алиса непонимающе посмотрела на меня, потом на владельца колли и наконец ответила:

— Да, всё отправили ещё утром. Но пока никакого ответа.

Я коротко кивнул. Это было ожидаемо. Но всё же я был уверен: реакция последует. Слишком много шума подняли вокруг нашего конкурса, слишком охотно в него вцепились и аристократы, и журналисты. Такие истории не проходят мимо трона.

— Он отреагирует, — сказал я Алисе. — Вот увидишь.

Но ответить она не успела, потому что к нам, расталкивая толпу локтями и сияя, словно только что выиграл в карты у самого дьявола, шёл Леонид Георгиевич.

— Даниил Александрович! — воскликнул он ещё издалека. — Это феноменально! Вы даже не представляете, что происходит! Ко мне уже выстроилась очередь из крупнейших сетей, желающих взять товар на реализацию. Вокруг только и слышно название моего бренда.

— Рад слышать, что вы довольны, — улыбнулся я.

— Доволен? Да я в жизни не видел ничего подобного! — он тряс мне руку с таким воодушевлением, будто пытался вытрясти из меня ещё пару маркетинговых идей бесплатно. — Я уже распорядился выплатить вам всю сумму по договору. И сверху приложил бонус. Солидный. Очень солидный.

— Благодарю за вашу щедрость, — кивнул я. — Но смею напомнить, что в нашем договоре был ещё один пункт.

Леонид моргнул:

— Что?

— Вы должны открыть приют для животных и взять над ним шефство, — строго сказал я.

Он удивлённо посмотрел на меня:

— Это разве не была шутка?

— Я никогда не шучу, когда дело касается таких вещей, — покачал я головой.

— Даниил Александрович, право, это несерьёзно, отмахнулся он.

Но я был непреклонен:

— Приходите ко мне на днях, и мы обсудим концепцию этой рекламной кампании.

— Рекламной кампании? — не понял он.

— Конечно, — кивнул я. — Для вашего бренда этот приют станет очень хорошей рекламной кампанией, после которой вы пересмотрите своё отношение к благотворительности.

Леонид хотел что-то возразить, но в этот момент по манежу прошла странная волна. Сначала люди просто начали оборачиваться. Потом зашептались. Потом шум стал нарастать, будто в дальнем конце зала кто-то опрокинул не стол, а весь привычный порядок вещей разом.

Я поднял голову.

Сквозь толпу уже двигалась цепочка гвардейцев. Быстро, жёстко, без лишних слов они освобождали проход, и всё пространство манежа будто само собой расступалось перед ними. Люди прижимали к себе животных, служащие вытягивались, аристократы шептали друг другу на ухо что-то очень взволнованное.

Ко мне подбежала испуганная Алиса:

— Что происходит? Опять гвардейцы?

Я посмотрел на приближающуюся волну из зелёных мундиров, а потом невольно улыбнулся:

— Не беспокойся. Кажется, Император принял наше приглашение.

И в этот самый момент гвардейцы расступились и в плотном кольце охраны появился он. Александр Пятый собственной персоной.

Манеж в тот же миг словно замер. Даже Полосатик в своей клетке перестал рвать мясо и поднял голову, будто тоже решил посмотреть, кто посмел перехватить у него внимание толпы.

Гвардейцы шли плотной стеной, широкими спинами отрезая Императора от всего остального мира. За ними почти невозможно было разглядеть самого Александра Пятого, но каким-то образом он всё равно видел всё вокруг.

Я невольно усмехнулся. Такое впечатление, будто он обладает даром смотреть сквозь людей. Впрочем, подобным даром обладают многие надменные и богатые люди и для этого не нужно никакой магии.

Смотря на Императора, я думал о разговоре с Долгопрудным в самолёте. В тот момент я думал, что узнаю важную тайну, но на деле всё оказалось до банального просто. Тот рассказал мне лишь то, что я и без него прекрасно знал: слухи о ментальном даре императорской династии. Никаких доказательств, никаких подробностей — лишь старые дворцовые сплетни, которыми уже десятилетиями пугают и восхищают придворных.

И всё же сейчас, наблюдая за тем, как Александр Пятый движется сквозь толпу, я поймал себя на мысли, что недооценил его.