— Его фамилия Джоев, — сказала Белецкая. — Зовут Тимур.

— Лицо кавказской национальности? — хмыкнул я удивленно.

— Да, осетин. Правда, не похож? У него и акцента почти никакого... Мы познакомились в начале весны, в Нидерландах. Я летала туда за цветами к восьмому марта...

— Для мамы? — вежливо улыбнулся я.

— Что? Для какой мамы? Ах нет, конечно! Я же вам не сказала... Я держу сеть цветочных магазинов. «Флёр Шарман», слышали, наверное.

— В голове что-то такое вертится.

— Ну, если говорить честно, у меня их пока всего-то два. Один в пяти кварталах отсюда, на углу Гоголя и Маяковского, а другой — в здании бывшего кинотеатра «Восток». Я там арендую угол... На чем я остановилась? Ах да, мы с Тимуром познакомились в Нидерландах, почти три месяца назад. Он туда летал по делам своей московской компании. В общем, встретились мы совершенно случайно. — Она прыснула в кулачок: — Знаете, где? У цветочного киоска. Он с ходу объявил, что я почти точная копия Николь Кидман... Вы, кстати, этого не находите?

Я присмотрелся к Виктории. Действительно, в настоящем ракурсе едва уловимое сходство с кинозвездой просматривалось. В знак согласия я легко наклонил голову.

— Вообще-то, мне многие говорят, что я на нее похожа, — сделала она заявление.

Я принял крайне негодующий вид:

— Какая бестактность с их стороны! Просто возмутительно! Это Николь Кидман похожа на вас, а не наоборот.

Виктория изо всех сил постаралась, чтобы ее благодарная улыбка выглядела максимально застенчивой. Процентов на пятьдесят у нее это получилось, она продолжила:

— Мы с Тимуром разговорились, понравились друг другу. Он ужасно интересный собеседник...

— В смысле, слушать умеет? — не удержался я.

— Да. А как вы догадались?.. Короче говоря, после той встречи я еще раз пять летала к нему, в Москву. А в последнее наше свидание мы договорились, что теперь он должен приехать ко мне в гости. Тимур позвонил, сказал, когда прилетает, вчера я хотела встретить его в аэропорту, но указанным рейсом он не прилетел. Я...

— Когда он должен был приземлиться?

— В пятнадцать ноль-ноль. Я обратилась к своей старой знакомой — она там всеми кассирами командует, — и Изольда Борисовна сказала, что пассажир Джоев прибыл рейсом раньше, то есть в двенадцать часов. Вы представляете! Ни звонка, ни словечка! Прибыл и растворился.

— Как фамилия этой вашей Изольды Борисовны?

— Круглова. Такая, знаете, строгая дама бальзаковского возраста. Она обычно у себя в кабинете сидит — это на втором этаже, справа от ресторана. Вы сразу найдете, там только одна дверь.

— А чем занимается фирма вашего друга?

— Я понятия не имею, он никогда не говорил. Все бизнес да бизнес, и больше — ни слова.

— И вы ни разу не поинтересовались?

— Да как-то не пришлось.

— Уж не алмазами ли торгует ваш Тимур?

— С чего вы это взяли?

Я пожал плечами:

— Просто когда слышишь: «Голландия», — в мыслях рисуются две вещи — цветы и бриллианты.

— Ах, вон вы о чем! Но, кроме цветов и бриллиантов, там еще масса легализованных наркоманов и откровенных гомосексуалистов. О них-то вы меня не спрашивали.

Я сдержанно усмехнулся:

— Логично, Виктория Львовна... Джоев до этого бывал в Ясноволжске? Я хочу уточнить, знает ли он город?

— Нет, никогда не был. Я обзвонила все гостиницы, но ни в одной из них он не останавливался. И тогда я решила ехать к вам.

— Ясно. Что ж, начну прямо сейчас. Задаток на расходы оплатите у секретаря, она же вам выпишет чек. Ей же сообщите свой домашний адрес. Позвоните, а еще лучше — зайдите завтра. Всего наилучшего, сударыня...

ГЛАВА ВТОРАЯ

После ее ухода я еще посидел несколько, минут, любуясь своим Айвазовским, затем встал и вышел в тесную приемную.

— Деньги получила? Тогда беги, плати по счетам. И мне малость не забудь отстегнуть: бензин почти на нуле, размеры взяток растут, обедать я сегодня, видимо, буду в городе.

— Ой, какая жалость, Иван Петрович! А я пюре с котлетками принесла — ваши любимые. Одна-то я все не осилю.

— Ну, извиняй, подруга, придется постараться. Яблочный сгрызла?

— Да, Иван Петрович, — ответила Люба. — Спасибо.

— Не за что. Могу апельсиновый презентовать. Хочешь?

— Наверное, нет. О фигуре надо заботиться.

Я быстро окинул ее взглядом с ног до головы.

— Ты права — надо. Представь, что будет, если тебя в один ненастный день вдруг разнесет, как... как... В общем, помчался я, работа не ждет. Точнее, именно она-то и ждет меня, неспособного.

— Не кокетничайте, Иван Петрович, — Очаровательнейшая улыбка. — Вам это ух как не идет!

— Уговорила, не буду. Как братец поживает?

— Спасибо, хорошо. На прошлой неделе передавал вам привет.

— И ты говоришь мне об этом только сейчас? Великолепно!

— Ой, простите, Иван Петрович, я совсем забыла.

— Прощаю, — я вздохнул. — Всем отвечай, что детектив Панин вряд ли появится сегодня, и будь со мной на связи.

Уже подойдя к двери, я оглянулся и похвалил:

— А жакетик на тебе действительно элегантный.

Люба в ответ слегка покраснела...

Ясноволжский аэропорт расположен в пятидесяти километрах от города, в живописной низине, лежащей меж двух поросших лесом холмов.

Я рассудил, что вряд ли служащие автобусной кассы запомнят лицо одного пассажира среди сотен других. А впрочем, и вариант с автобусом в конечном итоге нельзя было сбрасывать со счетов.

Так или иначе, но я подъехал к главному зданию аэровокзала и остановил «старушку» на стоянке такси и частных извозчиков. Прогулочным шагом подошел к группе водителей неподалеку, тронул крайнего из них за локоть.

— Выручай, земляк, — сказал я. — Человека ищу.

— Дальше что?

— Как что? Помоги.

Мужик кивнул на рядом стоящего:

— Вот наш бугор, все дела — через него. А моя хата с краю.

Повернувшись к «бугру», я изобразил на своем лице крайнюю досаду:

— Понимаешь, друг, жена-сука, по ходу гульнуть решила, а я тут случайно узнал, что хахаль ее вчера прилетел. Выручи, очень прошу.

— А почем мне знать, что ты не с уголовки? Может, ты хорошего человека на нары определить хочешь, а я тебе помогать должен?

— Будь я с уголовки, я б с тобой не здесь разговаривал... Я даже заплатить могу. Сколько нужно? — Я сунул руку во внутренний карман.

Голос подал «бомбила», стоявший справа от главного:

— Не-а, кажись не мент. Менты разве ж платят когда?.. Я, дружбан, знаю, кого ты ищешь: это, поди, грузин, который почти без акцента шпарит. Фотка его у тебя есть?

— Есть, — я с готовностью открыл портмоне и вытащил фотографию Джоева. — На днях у жены из косметички тиснул.