из шуток, сарказма, гордости – развалились. Я плакала. Не от боли. От любви. От того, что выжила. От того, что была нужна. От того, что стала чьей-то мамой в этом мире, где когда-то была просто потерянной девочкой с перепачканной душой и пустыми руками.

Я обняла Морену крепче. Потому что теперь знала: я здесь. Навсегда.

Глава 24

Я не думала, что когда-нибудь соглашусь, чтобы меня трогали одновременно четыре феи, две портнихи и одна драконесса, вооружённая гребнем, как мечом справедливости. Но вот я стояла – точнее, сидела, в кресле у зеркала, закутанная в нежнейшую ткань цвета лунного инея, и позволяла им творить со мной… чудо. Или ритуал. Или модную магию. Впрочем, какая разница? Я – невеста.

Руки вокруг были быстрые, тёплые, ловкие. Одна придавала локонам вид роскошной небрежности, другая вплетала в пряди тончайшие нити, похожие на кристаллы инея. Корсет затягивали осторожно, но с уважением к форме. Юбка колыхалась, как облако снега, едва я двигалась. А я смотрела на своё отражение и… не узнавала себя.

Не потому что была другой – потому что была собой, но впервые видела в зеркале не просто выжившую, а избранную. Любимую. Настоящую.

Сбоку послышался тихий шорох, и я повернула голову. Морена стояла у второго зеркала. В белом. Первый раз в жизни. Маленькая драконесса, которая всегда скрывала свои чувства за хмурым лбом и упрямым подбородком, сейчас застыла, как статуэтка из снежного хрусталя. Платье на ней было воздушным, с вышивкой в форме звёзд, а волосы собраны в причёску, которая придавала ей почти взрослый вид.

– Тебе идёт, – сказала я, улыбаясь ей в отражении.

– Я похожа на сахарный торт, – фыркнула она, но глаза блестели. – Но… ты красивая.

– А ты – настоящая принцесса.

Она отвернулась, будто бы от стыда, но я заметила, как уголки её губ задрожали от улыбки. И вдруг она подошла, обняла меня со спины – аккуратно, чтобы не смять платье – и прошептала:

– Ты вернулась. И останешься?

– Навсегда, – ответила я. Без колебаний.

А где-то у камина, свернувшись клубками на меховом ковре, дремали драковолки. Их дыхание было ровным, глубоким, уши подрагивали, словно им снилось, как они спасают нас всех ещё раз. А между ними, как король на своём плюшевом троне, лежал Мрак. Хвост поверх лап, глаза прищурены, и только кончик уха дёргался – то ли от скуки, то ли от того, что слишком громко щебетали феи.

– Ну и дурдом, – проворчал он, не открывая глаз. – Человечка, если ты когда-нибудь выйдешь замуж за кого-то ещё, я сбегу в другой мир.

– Угу, – усмехнулась я. – Только сначала съешь свою порцию рыбки, придворный кот.

– Леди, – надменно протянул он. – Я – пушистый хранитель равновесия. И, к несчастью, теперь официально связан с этой семейной сагой.

Я хихикнула. Морена прыснула. А в зеркале – мы. Невеста, приёмная дочь и ехидный магический кот. Почти семья. Почти нормальные. Почти счастливы.

Но, знаешь, почти – это уже почти всё.

Если бы мне кто-нибудь год назад сказал, что я, обычная девочка из мира, где максимум волшебства – это скидка в кофейне, окажусь на свадьбе… с драконом, я бы попросила проверить этого человека на содержание грибов в крови. А теперь я стояла на ледяном балконе, среди снежных лилий, и мне в глаза светило не солнце, а огонь церемонии, зажжённый на магическом пьедестале перед нами.

Балкон был открыт в небо – в это особенное, глубокое, морозное, где звёзды были не точками, а взглядами древних. Драконы – в истинной форме – стояли в круге, подняв головы к ветру. Свет от их чешуи отражался в льдинках на перилах, и весь замок дышал в унисон.

Между нами и вечностью стоял он – Велийр, дух рода, древний, как само дыхание драконьей крови. Высокий, серебряный, с глазами, в которых отражались эпохи. Он смотрел на нас не с насмешкой, не с равнодушием, а как библиотека, в которую внесли новую страницу – неожиданную, но очень важную.

– Сегодня, – сказал он, и его голос прошёл по коже, как мелодия, – соединяются две души. Не по силе. Не по магии. А по выбору. Она – без крыльев, но с сердцем. Он – с крыльями, но впервые без страха.

Морок стоял рядом. Не в доспехах. Не с холодом в глазах. Просто – в тёмной мантии, с распущенными волосами, с ладонью, вытянутой ко мне. Его взгляд был твёрдым, как клятва, и мягким, как шёпот. Я взяла его руку.

– Катя, – спросил Велийр, – ты идёшь с ним не в силу долга, но по зову сердца?

– Да, – сказала я. Просто. Без колебаний. Без драм.

– Морок, – повернулся он к нему. – Ты принимаешь её – не как союзницу, но как равную?

– Да, – ответил Морок. Его голос был глубоким, и я почувствовала, как дрожит его рука. Да-да. Он волновался. Лорд Тьмы. Мой.

Дух выдохнул, и на мгновение показалось, что небо стало ближе.

– Тогда кровь рода Тьмы и душа света становятся единым кругом. Обручение завершено. И пусть мир знает: это – союз не магии, но выбора.

Из огня перед нами взметнулся поток света, который обвил наши руки. Тепло прошлось по коже. Вены вспыхнули, как от древней силы, и в груди – дрогнуло. Не болью. Принадлежностью. Я теперь – часть этого мира. Частица его рода. Не по крови. По любви.

– Поцелуй её, – добавил Велийр. – Или я сам начну верить в чувства.

Морок усмехнулся. И притянул меня.

Он поцеловал меня – не как победитель. Не как лорд. А как мужчина, который ждал. Терпел. Прошёл через всё. И наконец получил своё «навсегда».

В зале взорвались чары. В небе – фейерверки. А где-то внизу, я точно слышала, как Мрак буркнул:

– Ну всё, теперь эта сказка официально зарегистрирована. А я желание исполнил…Я могу конечно быть теперь свободен, но здесь вкусно кормят и…человечка меня любит. Так что, пожалуй, останусь.

Я – невеста дракона. Леди клана Тьмы. Катя. Просто Катя. Но теперь – жена.

***

Он снял с себя рубашку – и я впервые за долгое время забыла, как дышать.

Нет, я и раньше видела его без мантии. Но это… было другое. Не просто кожа. Не просто тело. Это было воплощение власти, скрытой под плотью. Тьма в форме идеала. Линии мышц – острые, выточенные, как клинки. Грудь – упрямая, с тонкими, чуть светлеющими шрамами, словно древние знаки, оставленные битвами, о которых он никогда не говорил. Он был живым символом силы, запертым в человеческую оболочку – и