— Я понял, спасибо, — Корн взял листок и уже хотел убрать его в сумку, как замер, и всмотрелся в тиснение в его углу в форме герба семьи Ниро.

Герб Ниро состоял из двух пересекающихся квадратов, на фоне которого сверкала фиолетовая молния. Она разделялась на несколько ветвей, и их было столько, сколько наследников у нынешнего главы. Раньше их было три. Но на том тиснении, что видел сейчас перед собой Корн, одной ветви недоставало. Это могло означать только то, что одного из братьев Мао не стало.

— Что-то не так? — спросил лорд Ниро.

Корн подрагивающей рукой сложил лист и убрал его.

— Со мной всё нормально, — Корн не смел посмотреть в глаза директору. И он не мог спросить, что случилось с его сыном. Он должен был узнать об этом сам. К сожалению, у него имелась определённая догадка по этому поводу.

После разговора с директором Корн поспешил в библиотеку, но проведя там больше часа, но нужные ему сведения отыскать не смог. Открыв книгу с изображением всех гербов аристократических семей Аталии, Корн подтвердил, что герб Ниро действительно был изменён. Ветвей молнии на фоне было лишь две. Теперь его интересовало лишь одно — когда именно из реестра вычеркнули третьего наследника?

В этом поколении, в семье Корна было трое детей, также как и в семье Ниро. Две семьи всегда были на ножах, и только король сглаживал острые углы. Количество детей напрямую показывало потенциал силы нового поколения великой семьи и в двух великих семьях королевства, он всегда должен был оставаться одинаковым. Иначе был велик риск, что одна из семей превратила бы другую в пыль.

Корн хорошо изучал историю Массвэлов и Ниро, если один из наследников умирал, часто за ним следовал наследник второй семьи. Сила семей вновь находила баланс, и войны не следовало.

И хотя Корн вовсе не умер, он никак не мог прибавить силы своей семье, более того, его даже официально изгнали, что по изменению в реестре можно приравнять к смерти. Он убрал книги на место.

Он должен был узнать о том, что случилось.

Корн пошёл в общежитие и негромко постучал в дверь. Вскоре Ихет открыл ему.

— Ты спал? — спросил Корн.

Ихет выглядел сонным и потирал глаза, будто только что проснулся:

— Корн? — удивился он. — Ты ко мне или к Террану?

— Мне сгодится любой из вас.

— Хмф… — фыркнул водник, жестом приглашая войти. — Почту за честь. Террана нет, поэтому придётся «сгодится» мне, — с усмешкой произнёс он.

— Ты же из семьи Колмах? — Корн зашёл и сел на стул.

Качнувшись туда обратно, он пришёл к выводу, что, когда его связали, он сидел именно на нём. Что ж, он в том же месте, сидит на том же стуле, однако ощущения совсем иные.

— Верно, — нахмурился Ихет. — Это тут при чём? Ты же не собираешься устраивать моей семье проблемы?

— Да как бы я смог? — удивлённо моргнул Корн.

Водник облегчённо вздохнул и присел на кровать. Корн продолжил:

— Если ты не из совсем разорившейся аристократии, то должен был слышать различные слухи… Поскольку я от такого рода слухов был некоторое время изолирован, хочу кое-что узнать.

— Если это не секретная информация, то спрашивай. Мне даже стало интересно, что же могло заинтересовать самого Корна, — Ихет усмехнулся.

— Раньше в семье Ниро было трое наследников. Я чётко помню это по их гербу. Но сейчас на нём всего лишь две молнии, а значит, с одним из них что-то произошло. Расскажи мне всё, что знаешь об этом.

— О, ты об этом. Разумеется, я слышал слухи. Но правды, похоже, никто не знает. Всю информацию подчистили, мне известно лишь то, что один из сыновей лорда Ниро умер при каких-то мутных обстоятельствах. Вот и всё.

— Когда? — Корн затаил дыхание.

— Думаю, это было лет пять назад. Хм… — Ихет задумался. — Нет, я вспомнил! Это было шесть лет назад, в середине осени. Террану тогда исполнялось десять, и меня пригласили на празднество, но в итоге его отменили… из-за траура.

День рождения Корна был в начале осени, только он младше Террана почти на год. Шесть лет назад Корну исполнилось девять, за день до этого его изгнали из семьи. Получается, в течение месяца после этого сын Ниро умер.

Корн расширил глаза. Сердце билось быстро-быстро. Как он и думал, его наихудшие опасения подтвердились. Это он косвенно виноват в том, что случилось с тем ребёнком! Если бы его не изгнали из семьи, Массвэлы бы не приняли никаких действий по устранению одного из Ниро! Он был уверен, что его отец определённо бы пошёл на это. Чтобы обезопасить будущее семьи Массвэлов.

Но если всё так и было, то как директор мог принять Корна в Академию? Разве он бы не убил его на месте сразу же, как только увидел? У Корна закружилась голова.

— Ты в порядке? — перед ним оказался стакан с водой. Корн посмотрел на него, и схватив опрокинул жидкость в себя.

— Я узнал, что хотел. Пока, — Корн встал, поставил пустой стакан на стол и вышел из комнаты.

— Пожалуйста, не нужно благодарностей, — хмыкнул ему вслед Ихет.

В голове царила неразбериха. Что это всё значит? Почему директор принял его в Академию? Неужели в этом всё же не была замешана его семья? Но таких явных совпадений не бывает! Ихет сказал, что была мутная история, это ещё больше походило на работу его семьи. С таким количеством артефактов можно было подстроить какой угодно несчастный случай, и почти всё бы подходило под слово «мутный».

Корн вздохнул. Даже если он виноват, он не был из тех, кто будет отягощать себя бесполезными сожалениями. Сейчас было важнее понять, имеет ли директор против него злой умысел. Но как Корн сам недавно ему и сказал, если бы таковый был — навряд ли бы он до сих пор учился в академии Ниро. Поэтому беспокоиться не стоило, но вот и об осторожности забывать было нельзя.

Закинув переживания по этому давнему случаю в дальний угол своего сознания, Корн переключился на своё новое увлечение и устремился к Белому дворцу.

Уже неделю он каждый вечер пропадал в алхимической лаборатории, и находил в этом странное наслаждение. Конечно, он не стал настолько сумасшедшим, как Сур, и трудился больше чем вдвое меньше, чем он, только пока ему было интересно. И всё же за прошедшее время он выучил столько нового, что уже сейчас мог бы сдать экзамен на помощника алхимика и устроиться на работу. Разумеется, Корн не планировал