мысли, я брожу по Пашкиной квартире. У него евродвушка – большая гостиная, совмещенная с кухней, и спальня. Говорит, не снимает. Купил? Как ему это удалось? Наверное, взял в ипотеку.

На первое время нам хватит. А потом я продам свою, и мы расширимся. Или в дом переедем, или в квартиру побольше.

А пока в спальне надо будет сделать детскую, а мы с Пашкой разместимся в гостиной. Даже хорошо, что у него ремонт не закончен и мебели почти нет. Потому что нам понадобится совсем другая мебель. Детская кроватка с балдахином, которую я видела в магазине, будет прекрасно смотреться вот здесь, у окна. Я пытаюсь прикинуть, войдет ли она. И замираю, осознав, чем занимаюсь.

Что я делаю? Я уже почти обставила детскую! А тест еще не сделала. Хочу сделать его вместе с Пашкой. Он был весь в делах, не слышал мои тонкие намеки. Но я не обижаюсь. Работа – это важно. И он понятия не имеет, что происходит.

Меня снова одолевает неистребимый инстинкт гнездования, и я продолжаю размышлять о переделках в спальне. Вот эту тумбочку надо будет убрать…

Я слегка двигаю ее. От этого движения ящик выезжает. И я вижу, что там лежат… женские трусики. Красные, кружевные, размер, наверное, эска.

Это как укус ядовитой змеи. Прямо в сердце. Резко, внезапно и очень болезненно.

У моего Пашки кто-то есть! Он с кем-то спал на этой самой кровати, где сегодня ночью так нежно трахал меня…

Я смотрю на эту красную кружевную мерзость. Задвигаю ящик. Снова выдвигаю.

И думаю: как вообще можно забыть трусы? Она ушла без них? Да еще в тумбочку положила… Кто так делает? Если с тебя срывают трусы в порыве страсти, то они летят куда-то на пол. А никак не в ящик.

От Пашки, конечно, вполне можно уйти без трусов. Он может так затрахать, что наденешь платье задом наперед и белье наизнанку. Но оставить в тумбочке… Это странно.

Ладно. Он с кем-то трахался. Когда? Давно? Недавно?

Тумбочка пустая, он явно ей не пользуется. В ящик этот, скорее всего, сто лет не заглядывал. А труселя кружевные лежат как будто специально, напоказ. Как будто владелица их нарочно сюда засунула…

Что происходит, блин?

Я беру в руки телефон. Набираю Пашку. Сбрасываю. Мне хочется наорать на него. Устроить истерику. Ну так и устрою, когда он придет! Пусть объяснит, почему у него в тумбочке лежат трусы. А я послушаю…

Мы встречаемся совсем недавно. У него были женщины до меня. Естественно.

Нет, я не буду истерить. Но обязательно спрошу!

И у меня были мужчины. Что тоже вполне естественно.

Когда-то, еще до Никиты, у меня были серьезные отношения. Мой первый, самый болезненный облом. Я тогда очень хотела ребенка. Не пила таблетки, не предохранялась. И – ничего. Я не забеременела. Ходила по врачам, сказали, все нормально, продолжайте дальше. Есть небольшой загиб матки, но это это вроде как не критично.

Я уверена: зверская сперма дикого кабанчика преодолела все возможные преграды.

Но все равно… за труселя он мне ответит!

Я еще более импульсивно начинаю носиться по квартире. То и дело хватаю телефон. Но откладываю – знаю, что у Пашки какая-то там важная встреча.

Да я уже почти забыла про эти трусы… Но все равно в груди покалывает. Как от змеиного укуса.

Я его спрошу. Он мне объяснит. Это было до меня… Все будет хорошо! Иначе просто быть не может.

Я беременна и у нас будет счастливая семья.

На этой мысли я, сама не замечая как, вскрываю тест. И иду в в ванную. Руки трясутся.

Я хотела вместе, но… Не могу ждать. Хочу знать. Хочу убедиться, что все хорошо. Так, как должно быть.

Секунды ползут, как старые черепахи. Я смотрю на часы и подпрыгиваю от нетерпения, сидя на краю ванной.

Сейчас… еще немного… Я моргаю, не веря своим глазам.

Одна полоска. Сейчас будет вторая. Точно будет. Я чувствую. Я знаю. Я беременна!

Повторяю это про себя. Зажмуриваюсь.

– Беременна, беременна, беременна… Ну пожалуйста! Пусть я буду беременна.

Открываю глаза. Одна. Всего одна полоска…

Я не помню, что было дальше. Кажется, я целую вечность сидела неподвижно на краю ванны. Я не ревела. Я вообще ничего не чувствовала.

Что я делала потом – не знаю. Очнулась в спальне, над своей дорожной сумкой с собранными вещами. В голове колотится только одна мысль: “Домой. Я хочу домой”.

Я иду в прихожую. Ставлю сумку на пол, обуваюсь. Слышу, как в двери поворачивается ключ. Смотрю на вошедшего Пашку. На цветы, неизвестно как оказавшиеся в моих руках.

Пашка кажется каким-то незнакомым… Все как-то странно. Я как во сне. Или в трансе.

– Маруся, выходи за меня!

Он опускается на одно колено.

Я молчу. Он протягивает мне кольцо. А я…

– Я уезжаю домой, – срывается с моих губ.

Глава 53

 

Маруся

 

– Я вызвал тебе такси, – слышу я голос Пашки.

Он стоит передо мной. Уже не на одном колене, а прямо. И с пустыми руками.

Я не помню, как он поднялся. И… куда он подевал кольцо? Я хочу видеть его на своем пальце!

Я хочу сказать: “Да”. Я готова это сделать. Мне сейчас плохо, больно, я в прострации и мало что соображаю. Но я хочу стать его женой! Все равно хочу.

– Машина подъехала, – говорит Паша, не глядя на меня.

И отступает.

Я автоматически делаю шаг к двери. Потому что он… он как будто выгоняет меня. Да не как будто! Он точно хочет, чтобы я ушла.

Я вижу, что он берет мою сумку, стоящую на полу. А я про нее забыла…

Он идет к двери. Я за ним. Мы выходим из квартиры. Пашка нажимает кнопку лифта, раздается характерный шум. Я не хочу, чтобы он вообще когда-нибудь приехал! Я хочу остаться. Я хочу быть с Пашей. Я хочу…

Поднимаю глаза на него – лицо каменное, на меня не смотрит. Взгляд устремлен на дверцы лифта. Такой жесткий… И совсем чужой… Никогда его таким не видела.

Я тяну руку, чтобы коснуться его ладони. Он в этот момент меняет позу и я не могу понять, специально он отдернул руку, или так получилось.

Я так хочу сказать ему… рассказать, что со мной случилось. Через что я только что прошла. Я целый день чувствовала себя беременной! Я размечталась и улетела на зефирном облаке. А потом больно шмякнулась