растерянно спросил я, потому что в этот момент мое привычное сознание вернулось. — Ты же…

— Вижу, Марк. Просто вижу. Твое естество изменилось, оно будет подавлять тебя до тех пор, пока ты не исчезнешь. Это паразит, который развивается в носителе, убивая самого хозяина.

— Ты так говоришь об этом…

— Да, — выдохнула Мия. — Из личного опыта.

— У тебя столько спокойствия и сил. Хотелось бы мне быть таким, как ты.

Бросив на меня укоризненный взгляд, Мия сухо произнесла:

— Никогда не желай того, о чем не знаешь. Ты не представляешь, чего просишь.

— Расскажи об этом, — попросил я, совершенно вернувшись в свое прежнее состояние. — Мне тебя не хватало. Можешь со мной поговорить?

— Отпусти этих несчастных. Они тоже жертвы, помни об этом.

Я разжал блок и дал существам возможность уйти в густые заросли. После мы направились к ограждению, но остановились, не входя на зону территории института.

Мия раскрыла сжатую ладонь, где лежал бронзовый кролик, и покачала головой:

— Спасибо тебе. Если бы ты знал, насколько важна для меня эта вещь.

— Я увидел это в шестом отсеке.

— Что ты там делал?

— Искал тебя.

Сжав пальцы, Мия замолчала и помрачнела, а через время со скорбью произнесла:

— Теперь ты видел его.

— Кого?

— Последний тест показал, кто есть кто. Это была совершенно ничтожная его часть, и я не имею права быть слабой. Нужно бороться, Марк. Пока мы можем. Но в любой ситуации ты должен оставаться человеком.

— Так говорила моя мама. Каждый наш разговор сводился к этой фразе. Она будто предвидела события.

— Возможно. Твоя мама знала больше, чем мы.

— Мия, поговори со мной откровенно, прошу. Я переживал за тебя. После того, как мы очнулись в помещении, где проходил тест, ты пропала из вида. Валентин сказал, что твой тест продолжается, потом он солгал мне, что тебя нет в шестом отсеке, но я нашел фигурку кролика на полу именно там. Ребята поддержали меня в поиске, и мы нашли саркофаг, откуда вытащили тебя совершенно слабую и без сознания. Николь сказала, что ты жива, только в тебе все остановлено, и еще она сказала, что чувствует в тебе смерть. Скажи, что происходит? Что требовали от тебя эти люди? Почему ты была в таком состоянии?

Мия подняла синие глаза, взгляд которых мне теперь удавалось выдержать, и печально улыбнулась:

— Николь права. Я несу смерть. Мы владеем друг другом, но пока мои силы решают. Братья Штефана провоцируют меня, они хотят видеть его, но не знают, кто он. И я не имею права быть слабой. У меня с ним свои счеты.

Я растерянно оглядел свою напарницу, ее откровения даже напугали меня.

— О ком ты говоришь? Кто он?

Выдержав паузу, Мия угрюмо ответила:

— Мой внутренний демон. Он не должен выйти за пределы моих возможностей, иначе будет плохо всем. И Штефану тоже.

Получив ответ, я сначала не мог проронить ни слова, потому что был потрясен.

— Этот черный дым и есть он? Ты сдерживаешь его?

— Да. В особых случаях мне приходится выпускать его, как цепную собаку, но это очень большой риск. У меня есть предел. В любую секунду мои силы могут закончиться, и тогда в игру вступит он. Но это будет последнее, что мы запомним. Он беспощаден.

Тая надежду на более легкий вариант, я спросил:

— Это твоя способность? Или ты…

— Он не моя способность, Марк. Это паразит, о котором я тебе говорила. Только мой пришел извне.

Услышав последнее, я замер. Отец рассказывал о похожей ситуации с моей мамой, потому что сама она предпочла вычеркнуть страшное событие из нашей жизни. Но именно этот случай затронул и меня: я был внутриутробно поврежден духом тьмы Самаэлем.

— Ты выпустила его на тесте, чтобы остановить провокаторов?

— Да. Мне невыносимо смотреть на их издевательства, вы не видели себя со стороны. И провокация меня им удалась, они в курсе слабостей каждого из нас.

— А что произошло потом? Почему мы очнулись на полу одни? Тебя и след простыл.

— Валентин просто закончил тест ваших способностей, а мой тест продолжил. Но я не могла позволить выйти своему злу и отключила себя.

— Отключила? Как это?

Мия опустила глаза на фигурку кролика.

— Это как анабиоз у живых существ. Однажды меня этому научили.

— И что было дальше? Тебя же закрыли в железном ящике. Зачем? Чего они добивались?

— Моя фишка им не понравилась. Они попытались проникнуть через мое подсознание, вытянуть его моей фобией закрытого пространства, потому что в нестерпимых для меня условиях, я выпускаю часть его, как свою силу. Но в крайнем случае я предпочту умереть, чем отдать его.

— Зачем он тебе? — потрясенно спросил я. — Если Валентину будет от него плохо, отдай это страшное содержание.

— Ты хочешь устроить войну здесь, в нашей жизни, среди обычных людей, спешащих утром на работу и рожающих детей?

— Нет, конечно не хочу. Почему ты так говоришь?

— То, что не имеет телесной формы, не имеет права находиться среди нас. Он выйдет в ярости и будет сражаться с Валентином за первенство. И он победит. Потому что сильнее. И тогда начнется ужас для людей. Понимаешь?

Сказать, что я был шокирован, ничего не сказать. Мия удивила меня. Но еще более я проникся к ней, как к родственной душе, потому что весь ее рассказ перекликался с моей жизнью, с тем, что я слышал от отца с детства.

— Понимаю, — ответил я. — Должно быть, тяжело держать такое в себе. Как тебе удается?

— Мне помогают.

— Кто?

Мия многозначительно подняла голову в небо.

— Для тебя секрет, что человек сам по себе не все может?

Я снова был растерян, хотя догадывался о сути.

— Нет, не секрет. Но с тобой все необычно. Знаешь, я чувствую в тебе родственную душу. И чем больше тебя узнаю, тем сильнее это чувство. Только прошу, не закрывайся от меня.

— Теперь ты знаешь обо мне больше, чем родной отец, — с грустной улыбкой произнесла Мия. — Как же я смогу игнорировать тебя?

В этот момент мы услышали хруст веток, и за оградой появился Януш. Он покачал головой, глядя на нас, и шутливо объявил:

— Вот кому закон не писан. Выход за территорию!

— Плевать мне на закон, — процедил я.

— Надеюсь, вы успели от всех отдохнуть. — Наш огненный парень подмигнул и заулыбался. — Потому что я соскучился.

Мия сжала ладонь в кулак, скрыв в нем маленькую фигурку бронзового кролика, как нечто бесценное, и шагнула за ворота.

Мы поднялись на свой этаж и вошли в комнату Януша, где собрались