Я остался один в кабинете. На столе горела лампа, а я подводил итоги тяжёлого дня. Сводил цифры в рабочей тетради, записывал траты на мясо и овощи. Дела шли отлично, прибыль росла с каждой неделей, ведь люди распробовали настоящую еду. Я планировал новые рецепты для столичной франшизы. Думал, как лучше организовать логистику между городами.

Рат крепко спал на стульчике в углу комнаты, свернулся пушистым клубком и тихо сопел. Фамильяр объелся обрезками говядины и теперь спокойно переваривал пищу. В кабинете стояла умиротворяющая тишина. Я потянулся в кресле до хруста костей. Мышцы гудели от накопившейся усталости. Завтра нам с Лейлой предстоял долгий путь обратно в Стрежнев. Нужно было выспаться перед дорогой.

Внезапно тишину разорвал резкий звук, звонил мобильный. Рат вздрогнул, проснулся и уставился на меня сонными глазами. Я посмотрел на экран и удивлённо вскинул брови. Звонила Вероника. Время было позднее, вряд ли бы она позвонила без веского повода. Ну не для очередной же интрижки, в конце-то концов… с другой стороны, с женщинами всегда непросто.

— Слушаю, Ника. Не слишком ли поздно для деловых бесед? Что-то случилось?

— Игорь, — её голос почему-то дрожал. — Слава богам, ты взял трубку. Ты ещё находишься в Зареченске? Не уехал?

— Да. Завтра утром уезжаю в Стрежнев. Что-то стряслось?

Я сразу подобрался. Сонливость мгновенно испарилась из головы.

— Игорь, я получила результаты. Окончательные результаты анализа твоей крови. Я закончила тесты буквально пару минут назад.

Она замолчала на несколько секунд, и я отчётливо слышал стук стеклянных колб на заднем фоне. Вероника явно нервничала и мерила шагами свою лабораторию.

— И что там такого страшного? — спросил я ровным тоном. — Я мутант? Или во мне нашли редкий вирус? Говори прямо.

— Не смей шутить, Игорь. Это совершенно не смешно. Всё оказалось гораздо серьёзнее наших предположений. Твоя кровь скрывает страшную вещь. Я не могу говорить об этом по телефону.

— Хорошо, я тебя понял.

— Приезжай ко мне в лабораторию. Прямо сейчас.

Уф, час от часа не легче…

— Жди, я скоро буду.

— Отлично, — её голос чуть расслабился. — Я буду ждать.

Разговор закончился. Я посмотрел на погасший экран телефона, затем перевёл взгляд на Рата. Крыс сидел на стуле и напряжённо шевелил усами.

— Что там случилось, шеф? — спросил Рат. — Наша аптекарша зовёт тебя на ночное свидание? По голосу не похоже на романтику.

— Гораздо хуже, — ответил я мрачно. — Она нашла что-то в моей крови. И она напугана, а Вероника не из тех, кто паникует на пустом месте.

* * *

Я шёл по пустым улицам и прятал руки в карманы куртки. Погода стояла мерзкая. Свет фонарей выхватывал из темноты лужи, а вода громко чавкала под ботинками. Я натянул воротник повыше, пытаясь защититься от промозглого ветра.

Впереди бежал Рат. Мой фамильяр работал разведчиком, юркал под заборы, проверял подворотни, принюхивался к мусорным бакам.

— Шеф, тут чисто, — пискнул Рат, вынырнув из темноты. — Но у меня лапы замёрзли. Требую двойную порцию сыра за вредность.

— Получишь кусок сала, — ответил я вполголоса. — Сыр нынче дорогой. Двигай дальше, разведка. Нам нельзя светиться.

— Эксплуататор, — проворчал крыс. — Я для него стараюсь, брюхо мочу в этих лужах, а он сало предлагает. Ладно, пошли.

Он снова растворился во мраке, и я ускорил шаг. Влажный холод пробирался под одежду, заставляя иногда вздрагивать и мысленно ругаться на эту «весёлую» новую жизнь.

Мы вышли к зданию аптеки. Вывеска не горела, окна были закрыты. Здание казалось вымершим. Я подошёл к задней двери и постучал три раза. Сделал короткую паузу. Постучал ещё дважды. Не знаю зачем, никаких условных сигналов у нас не было, но мне просто хотелось отогнать мрачные мысли такой вот простенькой шуткой.

По ту сторону послышался шорох. Лязгнул засов, и дверь приоткрылась. В проёме показалось лицо Вероники. Аптекарша оглядела улицу, схватила меня за рукав и затащила внутрь.

— Быстрее, — прошептала она.

Она захлопнула дверь, провернула замки. В коридоре стояла темнота. Рат запрыгнул мне на плечо, вцепившись коготками в ткань куртки. Фамильяр тоже почувствовал нервное напряжение ведьмы.

Вероника не стала тратить время на приветствия. Волосы растрёпаны, а под глазами залегли чёрные тени. Она выглядела как загнанный зверь. Или как су-шеф после банкета на двести персон.

— Идём вниз, — бросила она коротко.

Мы прошли через торговый зал в подсобку, спустились в подвал.

Тайная лаборатория аптекарши была тускло освещена. Вдоль стен стояли длинные столы, на которых громоздились колбы и горелки. В воздухе висел едкий химический запах.

— Ты меня пугаешь, Вероника, — сказал я спокойно. Встал возле стола и скрестил руки на груди. — Я пришёл сюда пешком через весь город посреди ночи. Давай перейдём к делу. Что ты нашла в моей крови?

Вероника подошла к центральному столу. Там царил хаос. Поверхность завалили какие-то бумаги, графики, пробирки с остатками реактивов. Она взяла один из листов дрожащими руками.

— Помнишь, я брала у тебя кровь на анализ? — начала она. Голос её срывался. — Мы нашли там неизвестные маркеры. Сперва я думала, что твои врождённые особенности достались от отца, но…

— Помню. Это логичный вывод. Генетика работает предсказуемо.

— Я ошиблась, Игорь.

Она протянула мне документ и посмотрела прямо в глаза. В её взгляде плескалось такое напряжение, что мне снова стало не по себе.

— Я провела глубокий химический распад твоих образцов. Использовала самые сложные реактивы. Я разложила твой маркер на базовые элементы. Твоя защита не имеет отношения к отцу. Он был просто сильным и талантливым поваром.

— Тогда откуда всё это? Мой иммунитет, ментальный щит от заклинаний?

— От матери.

Я нахмурился. Воспоминания моего реципиента о матери были туманными.

— То есть, моя мать была магом? — сказал я твёрдо. — Но почему мы об этом ничего не знаем?

— Она скрывала это, — отрезала Вероника, начав нервно ходить вдоль стола. — И скрывала гениально. Структура твоего маркера содержит следы первозданной магии. Это не дешёвая сила местных баронов, и не магия «Альянса». Это магия высшего порядка. Она передаётся исключительно по женской линии.

Она остановилась, обхватила себя руками.

— Игорь, этот маркер есть только у одной семьи в Империи. Я сверяла результаты по закрытым справочникам три раза. Я не верила своим глазам. Ошибки быть не может. Химия не врёт.

— Говори конкретнее, — я почувствовал холод внутри, а интуиция шефа кричала об опасности.

— Твоя кровь ведёт к правящему Дому Петра Четвёртого, — выпалила Вероника. Она почти задыхалась. — Твоя мать принадлежала к аристократии. К верхушке. К монархам. Ты прямой носитель императорской крови.

В лаборатории повисла тишина. Рат на моём плече замер и перестал