– В-вы обвиняете меня в-в преступлении? Я ничего не делала, а нашу связь подтвердили в храме, – прохрипела я, вжимаясь в спинку стула с такой силой, что ощутила ребрами все неровности этого самого стула.

– Обвиняю? Нет. Пока выдвинуто обвинение в применении запрещенного любовного приворота лишь в отношении вашей сестры.

Ключевое слово здесь “пока”, но вслух я этого произносить не стала.

– Ближе к делу, господин Цепуш, – раздался раздраженный голос адвоката защиты. Не думала, что буду рада его вмешательству, но так оно и было.

– Итак, леди Дарина, когда произошла вторая встреча лорда Ардена и леди Аиши?

– Когда я была на втором месяце беременности. Она приехала помочь мне с беременностью.

– Вы ее позвали?

– Нет. Я написала письмо о том, что потяжелела и рожу своему мужу наследника. Это была личная инициатива Аиши.

– Когда вы впервые увидели на ней эти серьги? Сразу по приезду?

Мне снова сунули под нос рисунок, и я вдруг вспомнила тот день так отчетливо, будто это случилось только вчера.

– Нет. Они появились на ней после отставки старого лекаря.

– И появления молодого лекаря лорда Овдея?

– Протестую! Наводящий вопрос!

– Протест отклонен, – махнул рукой судья, даже не взглянув на адвоката защиты. Он внимательно вслушивался в мои слова, и отчего-то мне казалось, что глаза прокурора так же засияли довольным блеском. Будто я лишь подтвердила их догадки.

– Да. Лорд Овдей появился в замке примерно в одно время с Аишей.

– Они общались?

– Нет. Я такого не видела, – покачала я головой, и браслет снова засиял оранжевым. – Но у меня были подозрения одно время, что они любовники. Мне показалось, что я видела ее выходящей из его покоев, но я посчитала, что перепутала Аишу с какой-то служанкой.

– Почему вы так решили?

– Лорд Овдей холодно и презрительно относился к Аише, никак ее не выделял. Он вообще мало интересовался женщинами, на мой взгляд.

Когда я произнесла это, поняла, что это и правда выглядит подозрительно. Половозрелый взрослый мужчина-дракон, и не интересуется самками? Довольно странно. Но раньше я не обращала на это внимания, ведь всё, что тогда меня интересовало – моя собственная беременность.

– Какие у вас были взаимоотношения с лордом Овдеем?

– Никаких.

На этот раз браслет засверкал яркой краснотой. Ложь. Но в то же время и правда, ведь на тот момент мы с ним не общались близко, так что в какой-то степени я не соврала, просто ответила, не подумав. Поэтому клятва, которую я дала перед дачей показаний, и не сработала. Вот для чего на свидетелей дополнительно надевали браслет.

– Я неправильно выразилась. На тот момент мы пересекались только по вопросам моей беременности. Он являлся единственным лекарем в замке, который мог вести меня.

Я даже не поняла, каким образом разговор с Аиши плавно перетек на лекаря Овдея, и я рассказала всё, что помнила и держала в своей голове. И как он поначалу рекомендовал мне сделать аборт, а затем передумал, и как защитил меня перед Аишей, когда та обвинила меня в краже сережек, и как…

– Леди Дарина, – резко перебил меня господин Цепуш. – Получается, что серьги леди Аиши пропали в день ваших родов, верно?

– Да.

– И лорд Овдей покинул замок лорда Ардена в тот же самый день?

– Он помог мне уехать с сыном из замка, а что происходило там после моего отъезда, я не знаю. Правда не знаю.

Зеленое сияние, которое подтвердило правдивость моего ответа, удовлетворило прокурора, и он довольно кивнул.

– У меня больше нет вопросов, господин судья. Прошу вызвать в свидетели…

Стражник, стоявший неподалеку, снял с меня браслет, я села на прежнее место в дальнем углу, но дальнейшие допросы слушала вполуха. Мои собственные ответы прокурору заставили меня задуматься и начать складывать пазлы воедино. И я начала подмечать в памяти то, на что раньше не обращала внимания. И с каждой пройденной минутой всё больше впадала в панику, не представляя, в чьи попала руки по наводке и “помощи” лорда Овдея. Ведь если верить своему чутью и наводящим вопросам господина Цепуша, он явно как-то замешан в гнусном преступлении по привороту Ардена.

Вот только если прокурора интересовало лишь нарушение закона, то я видела во всем этом нечто другое. Казалось, что истинной их целью был отнюдь не Арден, а я. И моя кровь метаморфа.

Глава 30

Я качала на руках беспокойного Мира и едва не плакала, не представляя, как его успокоить. Ханна ушла за продуктами на рынок, а я осталась в доме одна.

Запись к магичке Лиане, которую мне порекомендовал лекарь Рюффет, была назначена лишь на завтра, и я с нетерпением ждала этой процедуры.

Декан Бейрут, казалось, забыл обо мне, и я была этому безумно рада. Чувствовала, что от его помощи мне стоит отказаться. Жалела, что пошла на поводу у своих рваных эмоций и провела рекомендованный обряд разрыва связи между Арденом и Миром. Не покидало нехорошее предчувствие, и всё, на что я сейчас была способна – это винить себя, что поступила весьма опрометчиво, доверившись не тем людям.

Я бы рада списать это на тяжелые роды и предательство мужа, ведь это любого подкосило бы, и то состояние, в котором я тогда была, позволило незнакомцам втереться мне в доверие и облапошить меня. Вот только и с себя вины я не снимала. Не маленькая ведь девочка, никогда ко мне никто хорошо не относился, ничего не делал бескорыстно и без задней мысли. С какой стати я вдруг поверила, что удача повернулась ко мне лицом? Глупая, глупая Дарина.

– Тише, мой маленький, тише, скоро всё будет хорошо, обещаю тебе. Только потерпи чуть-чуть, пожалуйста, потерпи, – приговаривала я чуть ли не плачущим голосом и одновременно корила себя за это, ведь знала, что ребенок чувствует мой настрой и перенимает его, из-за этого и не успокаивается.

– Тш, тш, – прошептала я снова и зажмурилась, пытаясь взять себя в руки.

Это было довольно сложно, ведь всё, что мне хотелось – это бить себя по щекам за глупость. Но я не могла себе такого позволить. Не тогда, когда на моих руках – беспокойный сын, который страдает по моему недосмотру и желанию насолить бывшему мужа. Идиотка.

– Леди Дарина,