class="p1">Вот только они (намного более склонные к героизму, чем я когда-либо стану) не дают мне ничего предпринять. Перед Цендрионом распускается огненный взрыв. Ашер сразил тенечудище, и дракон прорывается через взвесь черной демонической крови. Капли впиваются мне в щеки и язык, воняют отбросами, жгут кислотой. Кашляя и отплевываясь, я смотрю вверх и вижу то, от чего у меня замирает сердце.

Вален спрыгнул со спины Рексы. Он стремительно несется к воде, привлекая внимание оставшихся тенечудищ. Выдергивает из ножен блестящий серебром клинок и атакует третьего демона из тех, что преследовали Цендриона. Удар приходится в цель. Чудовище безвольно валится вниз.

Еще одним взрывом Ашер сражает другого врага. Они стали легкой добычей, растянувшись друг за другом в отвесном полете к Изменчивому морю в погоне за Валеном. Цендрион уже ныряет вниз, готовый его поймать.

Внезапно Вален перестает падать прямо. Глаза у него расширяются, когда его сносит в сторону, прочь от меня и Цендриона.

Дракон срывается следом. Резкое ускорение несет его мимо Валена. Он промахивается и мчится к крупному парящему острову.

Задыхаясь, Цендрион пытается развернуться в воздухе. Его мышцы подо мной растягиваются и бугрятся, но усилия почти безрезультатны. Нас по-прежнему тащит к острову. Как и Валена над нами.

– Что происходит? – доносит до меня кольцо голос Ашера.

– Я не… – Слова не успевают сорваться у меня с губ. За пушистой макушкой и перевернутым пиком парящей скалы я замечаю колебания воздуха. Облака неестественно искажаются, а когда Цендрион огибает край острова, я замечаю возносящийся столб морской воды и мусора.

– Водяной смерч! – кричу я.

Судя по тому, что вокруг жидкой оси вращаются листья, осколки камней и грязь, это едва ли просто погодное явление. Здесь действует силомагия – и она же влечет нас внутрь.

Цендрион перестает бороться с притяжением воронки и вместо этого с ее помощью разгоняется. Вытянув лапы, ловит Валена, которого тоже снесло в сторону.

Я прячу кинжал единорога в ножны и свешиваюсь со спины Цендриона, протягивая Валену руку. Он хватается за мои пальцы и забирается на спину дракона рядом со мной.

– Есть идеи, как нам выбраться из этого? – шепчет Вален, крепко прижимая меня к себе. Мы вместе пригибаемся, сопротивляясь порывам ветра, пока Цендрион безуспешно пытается выровняться и улететь прочь от воронки. Огромной, в полмили шириной. Если она создана силомагией, а мы не можем заклинать, едва ли мы успеем предпринять что-нибудь и спастись.

Резкий выкрик прорывается сквозь вой бурлящего урагана. Мы с Валеном смотрим вверх. Рексу, Фир'тала и оставшихся тенечудищ – двух виверн с теневиками-наездниками, грифона и еще одну гарпию – тоже захватило беспощадное магическое притяжение.

Ашер вскидывает лук, целясь в одну из теневиверн и прикрывая Рексу, которая пытается вырваться из поля тяготения смерча. Он выпускает стрелу, но та далеко облетает цель, как прежде делала наша магия. Ее затягивает в воронку, все быстрее и быстрее. Я смотрю, как она огибает край водяного столба и теряется в беспорядочной круговерти. Ашер выдергивает из колчана новую, и…

– НЕТ! – Вопль сам срывается с моих губ.

Один из кружащих обломков врезается в Рексу, она кубарем катится по небу. Ашер падает с нее и летит в сторону тенечудищ.

Цендрион устремляется за ним, но мы уже на внешнем туманном краю воронки, силомагия здесь слишком мощная. Крыло дракона попадает в поток воды, и он тоже переворачивается в воздухе. Я отчаянно шарю по чешуе у него на шее, пытаясь за что-нибудь ухватиться.

– Не отпускай! – кричит Вален.

Я не хочу его отпускать – ни сейчас, ни когда-либо, – но ужасающий толчок вырывает меня из его рук.

Я смутно слышу голоса и крики, которые доносит связное кольцо, но в реве урагана не различаю слов. Небо содрогается от грома. Ледяные плевки воды терзают меня, будто пули. Я барахтаюсь в воздухе, подхваченная буйным вращением воронки.

«Я сейчас умру».

От центробежной силы кровь приливает к конечностям, в глазах темнеет. Меня тошнит. Тело становится невесомым, как перышко, голова же кажется свинцовым якорем, тянущим меня вниз, вниз, во мрак. Я думала, меня прикончит смерть души. Похоже, природа ее опередила.

«Я сейчас умру».

– Вален… – шепчу я, но не знаю, добралось ли слово до него. Я не думаю о том, чтобы передать мысли через кольцо. Я не думаю ни о чем. Мозг болтается в черепной коробке, вертится волчком, пока воронка затягивает меня в свои водяные застенки.

Я недооценила Изменчивое море и его ураганы. Я думала, нам хватит сил его преодолеть. Теперь все поплатятся за мою самоуверенность.

«Я не хочу умирать».

Последняя мысль, и я покоряюсь забвению.

Глава 18

Мне снова снится кошмар.

Я просыпаюсь в продуваемой сквозняками спальне в Астории от звяканья айфона. Откатываюсь от пыльного окна и проверяю уведомления.

ЭРИК: Пообедаем завтра в «Данте»??

Я не хочу выбираться на обед. Мало того, что мне не хватает денег, – мне не хватает сил на взаимодействие с людьми. Закутавшись в одеяло, я провожаю взглядом поезд метро, ползущий в задымленной дали, и прикидываю, как лучше отвертеться.

Я: Завтра не могу. Может, на той неделе.

Еще один звяк. Я смотрю на экран.

ЭРИК: Чем оправдаешься на этот раз?

Во мне закипает хмурая злость. Я набираю едкий ответ:

Я: Главным образом тем, что измотана и подавлена.

ЭРИК: Значит, пора выйти из комнаты и погреться на солнце.

Если еще кто-то скажет мне, что нужно просто выбраться из дома, чтобы исцелиться, я оболью его бензином и подожгу. Солнце не помогает. Свежий воздух ни на что не влияет. Ничего ни на что не влияет, и я устала пробовать.

Но сказать такое вслух я не могу даже лучшему другу.

Многие устают, и все равно упорно стараются. Умудряются каждый день приходить с работы домой и бороться за свои мечты. Я вижу это. Я завидую этому. Зависть окисляется и разлагается, выделяя бессильную ненависть.

Я смотрю на них и гадаю: почему не я?

Почему мне не удается привести свою жизнь в порядок? Это должно быть легко. Я сама виновата в этом застое. Постарайся я чуть лучше – постарайся я вообще – думаю, что справилась бы. Смогла бы зависать с друзьями, найти работу получше, переехать в место поуютнее, встретить своего принца, начать воплощать свои мечты.

Беда в том, что я не могу сдвинуться с места. Я застряла. Утратила связь с телом, отключилась от реальности. Я кручу и кручу в голове: «Поднимайся. Ты должна подняться».

Но я не могу.