Гигантский Часовой, словно заведённый механизм безостановочно гвоздил ревущего в бешенстве монстра тяжеленным боевым молотом по роже, взгромоздившись ему на грудь.

Но на других участках распавшегося на отдельные фрагменты боя дела обстояли хуже. Два последних Титана производили в рядах Часовых страшное опустошение. Во все стороны разлетались сбитые могучими лапами великанов блестящие фигурки воинов. Твари, наклонившись, хватали бойцов чудовищными лапами и злобно ревя, рвали на куски, со скрежетом разрывая броню и ломая закованные в доспехи тела.

Часть воинов, закрывшись, будто черепаха, огромными железными щитами, сбившись плотным строем, наподобие тарана, отважно пытались подбить толстенные ножищи разбушевавшегося колосса. В то время как третий, ревя разъярённым мамонтом, припав к земле, в бешенстве молотил вокруг себя кулаками, сплющивая самых неосторожных бойцов в кровавые лепёшки как консервные банки.

Я выскочил из десантного отсека и устремился с огромной высоты вниз. Мой прыжок был просто неотразим и закончился приземлением на закорках у полыхающего алыми глазами безостановочно ревущего великана.

Закрепившись на покатых плечах громадного чудовища, словно заправский объезчик диких мустангов, я вскинул высоко над головой черный рунный фамильный клинок. Грифон, расправив крылья, громко и торжественно заклекотал. Размахнувшись как следует, я со всей силы ударил мечом. Острейшие лезвие вспыхнув отчётливо поступившими на черном металле серебристыми рунами, накалившись, пробило основание черепа лупасящего длиннющими лапами по Часовым исполина.

Громадный меч без сопротивления погрузился в серую плоть чудовища почти по самую гарду. Титан гортанно зарычал, вздрогнул и отчаянно забил в воздухе лапами, выгнувшись дугой.

Я, упираясь ему в плечи ногами, потянул обеими руками за меч. Вырвав клинок, я откинулся и прыгнул вниз. Грифон мягко подхватил меня. А Титан, ревя от несусветной боли, завертелся волчком, бестолково размахивая конечностями. Из страшной раны в основании черепа упругими толчками хлестала багровая кровь.

Приземлившись на полусогнутые ноги, среди громкими и радостными криками встретивших меня товарищей, я бесстрашно рванул к беснующемуся чудовищу. От огромных, сотрясающих землю ног и исполинских когтистых ручищ которого полегло уже немало воинов.

Крутанувшись, уворачиваясь от бухнувшей в землю лапы, я размахнулся, перехватывая меч двумя руками, и со всей силы ударил монстра по серокожей ноге, толщиной со ствол молодого дуба.

Черный клинок, почти не замедлившись, с шипением перерубил ногу великана. Из обрубка водопадом ливанула вонючая кровь. Титан завопил от боли, пошатнулся и медленно начал заваливаться на спину. Тут уж и я от греха подальше отскочил в сторону.

Поверженный исполин бухнулся на спину так, что под ногами подпрыгнула земля. С яростными боевыми кличами Часовые набросились на него. Я же повернулся к последнему оставшемуся на ногах монстру. И тут над нашими головами просвистел скоростной снаряд, а голова страшилища разлетелась в облачке кровавого крошева.

Носовое крупнокалиберное орудие «Иерихона» угрожающе дымилось. Мне показалось, что я рассмотрел за толстым бронированным стеклом рубки управления ухмыляющуюся бородатую физиономию Игната.

Но битва была далеко не закончена.

— Хагеры! — громко крикнул рядом со мной один из бойцов.

Жужжа силовыми приводоми брони, я повернулся. От ставки верховной ведьмы отделились двадцать долговязых высоченных фигур. Обнажив изогнутые страшные косы, они быстро приближались к нам. Рух отправила в бой свою личную гвардию. О, представляю, как она взбешена! В тот миг, когда практически добилась желаемого, за кратчайшее время разом все потерять.

Ну а что ты хотела, тварь? Пришла за шерстью, да сама вернёшься стриженной.

Грохоча доспехами, ко мне подбежал вооружённый громадным боевым молотом исполинского размера Часовой и так хлопнул железной лапищей меня по спине, что я чуть не нырнул мордой вниз. Где-то из гущи стальных гигантов мне приветственно помахал громадной глефой один из Часовых. Сержант Федор Корнедуб. Живой.

— Ну что, Бестужев⁈ — радостно заорал Кречет. — Командуй!

За нашими спинами, звеня и лязгая, начали формироваться боевые построения готовых схватиться с приближающимися кошмарными жнецами смерти Часовых.

Я, опуская меч, отрицательно покачал головой. Слишком много изувеченных, смятых до неузнаваемости тел наших братьев лежало на земле, рядом с высившимися причудливыми серыми горами остывающими трупами, еще недавно бывшими страшными непобедимыми Титанами.

— Хватит на сегодня гибели наших ребят, — тихо произнёс я. Указав в сторону надвигающейся черной тучи размахивающих косами хагеров, я взмахом железной руки подал Игнату недвусмысленный жест.

«Иерихон», повернувшись в сторону приближающейся нечисти, угрожающе замер. Носовая пушка, жужжа приводным механизмом, опустилась на турели, выбирая наиболее оптимальный угол, и с бешенной скоростью начала выплёвывать один за другим разрывные снаряды.

Сильнейшие взрывы сотрясли землю, подкидывая в воздух хагеров, со страшной силой швыряя их в стороны и разрывая на части. Взрываясь, снаряды кромсали нечисть, превращая их тела в решето, пробивая на вылет осколками, а при прямом попадании вообще мало что оставляли.

Это было похоже на избиение. За пять минут наша шагающая крепость уничтожила почти два десяка могучих существ, с которыми, чтобы справится, пришлось бы попотеть и сотне закованных в броню Часовых.

И там, где еще недавно находились кошмарные, затянутые в кольчуги и балахоны твари, осталась лишь изрытая взрывами и затянутая дымной гарью изуродованная земля. Заваленая изувеченными трупами и кусками тел. Некотрые ещё шевелились. В живучести эти создания могли посоперничать с тараканами.

— Святые угодники, Алексей, — потрясённо выдохнул застывший рядом со мной капитан Кречет. — Что это за машина⁈ Ты где ее откопал⁈. У меня такое чувство, что мы все безнадёжно устарели.

Мое же внимание было прикованно к выпрямившейся во весь рост Рух. Я с трудом угадывал с такого растояния ее фигуру. Она замерла в своей чудовищной колеснице и делала какие-то пасы руками. Подле неё покорно замерли три маленькие фигурки.

Грифон, вскидываясь, снова обдал меня неистовым жаром, яростно вонзая в спину накалившиеся когти. Тревога!

— Еще ничего не закончилось, — прошептал я. — Ничего! Капитан, срочно уводите всех оставшихся солдат за стены города. Быстрее! «Иерихон» постарается вас прикрыть!

Пожалуй, впервые на моей памяти капитан послушно кивнул, не задавая вопросов, будто я был здесь командиром. Громогласно выкрикивая приказы, он начал спешно собирать людей. Вдалеке разорался привычным матом вторящий ему сержант Корнедуб.

Я, перехватив клинок, со всех ног помчался вперед. Уже на бегу я отчаянно жестикулировал Игнату, указывая себе за спину. Надеюсь, он поймёт. Времени мало. Рух явно собралась ударить по нам чем-то крайне убийственным и мощным.

И сейчас я был единственным, кто мог попытаться остановить её. Единственным, кто мог справиться с собравшейся обрушить на нас всю мощь Хаоса тварью.

.

Глава 21

Я стальной бронированной пулей устремился к Рух. За моей спиной, громыхая огромными тяжёлыми боевыми комплексами,