него! А вот кто это мог быть, выяснить пока не удалось. В поместье Пэн трясли служанок и охранников, за пределами клана трясли тех, кто мог знать о том, что задумал Мо Ливэй, но всё было напрасно! И это совсем не радовало, потому что разум Лю Фэйлона продолжал быть связан с разумом сумасшедшей девицы. Да, пока он неплохо держался, пребывая в постоянной медитации, но, как известно, вода камень точит. Техника Внутреннего Очищающего Огня даёт лишь временный эффект, и если применять её слишком часто, наносит вред самосовершенствованию. Я старалась поддержать друга и не поддаваться отчаянию, а всё свободное время проводила в архивах и библиотеках. Старший господин Пэн и старший господин Лю допустили меня в хранилища знаний своих кланов. Лю Ланфэнь часто ко мне присоединялись, мы искали что-то, что могло бы нивелировать или хотя бы ослабить воздействие тёмного артефакта на человека. Такие исследования велись давно, но приличных результатов пока не было, все разрывающие тёмную связь ритуалы практически убивали спасаемого, а иногда и спасителя.

Однажды, когда мы с шицзе просматривали очередную гору древних свитков и фолиантов в архивах клана Пэн, в комнату, которую нам выделили для изыскания, вошёл мальчик лет десяти в одежде кухонного прислужника с подносом в руках. Я немного удивилась, обычно чай и закуски нам приносили господские служанки, но потом решила, мало ли, ни одной свободной не нашлось, вот и послали пацана.

Мальчик тихо вошёл и поставил поднос на столик, а когда шёл обратно, остановился около меня и сказал:

— Госпожа, возможно этот недостойный что-то знает о пропавшей шкатулке.

— Что ты знаешь? — встрепенулась я и уставилась на ребёнка, но тот отрицательно мотнул головой и, дрожа от страха, произнёс.

— Это прислужник не может здесь об этом говорить и слишком задерживаться тоже не может. Завтра у этого выходной, он будет ждать Госпожу в полдень в переулке за Чайной Старика Чу. Пожалуйста, приходите одна или с Госпожой Лю, иначе я к вам не подойду, — выпалив всё это на одном дыхании, мальчишка моментально вымелся из комнаты, будто его и не было.

— Я пойду с тобой, — ожидаемо сказала Лю-шицзе.

27. Утром деньги, вечером стулья

Чайная Старика Чу, что удивительно, нашлась недалеко от Сада Тысячи Наслаждений, но с другой стороны квартала, там, куда выходили ворота для простых смертных. На встречу с малолетним информатором мы с Лю-шицзе пошли вдвоём, как он и просил. Ну в самом-то деле, негоже купцу первой гильдии… то есть двум крутым заклинательницам бояться какого-то мелкого пацана. Но мы, конечно же, рассказали родным и близким, куда и зачем идём, и я подозревала, что какие-нибудь профессионалы своего дела скрытно за нами присматривали, люди из клана Гуйцзу Лю или гвардейцы Генерала Шао, или даже и те, и другие сразу. Но если мы их не увидели, то мальчишка точно не заметит.

Кому мы ничего не сказали, так это представителям рода Пэн, если ребёнок предпочёл подойти к нам, а не к кому-то из них, и вообще не захотел говорить на территории особняка, это что-то да значило… И тут возможны варианты. Вариант первый: в пропаже шкатулки был виноват кто-то из служащих или хозяев особняка Пэн и мальчишка этого человека боялся. Вариант второй: мальчишка в принципе боялся что-либо рассказывать своим хозяевам, потому что отношение к слугам у них в поместье такое, что отхватить наёмный работник может и за то, что скрывал правду, и за то, что не скрывал, и вообще за что угодно. Я вот легко могла представить, как, обнаружив, что их слуга что-то знает, супруги Пэн начнут его пытать, а потом, когда он расскажет всё, что знал и чего не знал, казнят за то, что не признался сразу. А я как-то против того, чтобы пытать и казнить детей, даже если они где-то накосячили! Вариант третий: это всё ловушка и пацан трясся, так как понимал, что для него ничем хорошим происходящее не закончится. Но даже если это ловушка, мы получим хоть какую-то новую информацию.

Мальчишка зашёл в переулок как пугливый кот, готовый в любой момент удрать подальше. А ещё он серьёзно озаботился конспирацией и выглядел как обычный уличный босяк, что десятками обретаются даже в благополучных кварталах.

— Этот недостойный смиренно приветствует госпожу Лю и госпожу Лиу, — тихо сказал он, чуть склонив голову и продолжая настороженно шарить взглядом по углам.

— Как тебя зовут? —