Но Аня не унималась.

— Так кофе хочется, — однажды вздохнула она просто так, в пустоту, как будто ни к кому конкретному не обращаясь.

Но находилась при этом в кабинете начальника. Видимо, ответ ей все-таки требовался.

— Пользуйтесь кофемашиной, вам никто не запрещает.

— Ох, нет. Я бы не отказалась от чашечки кофе из кондитерской на углу, с молочной пенкой… м-м-м… Вы там были?

Анна облизала губы и мечтательно вздохнула.

Этот намек Максим тоже прекрасно понял, но сделал вид человека, глубоко занятого работой.

— Не был. Можете сходить себе за кофе в обед, — бросил он.

— А давайте я приглашу вас в ту кондитерскую? — внезапно спросила девушка; голос её чуть дрогнул, видимо, она не привыкла так открыто добиваться мужиков.

Она вообще выглядела как человек, который насмотрелся мотивационных видео в духе «Не упускай своего шанса», «Кто, если не ты⁈» — а теперь всячески пытался взять быка за рога. Правда, гонялся при этом не за быком, а за коровой, да ещё и безрогой — в том смысле, что кадрить Максима не имело никакого смысла.

Если бы он захотел — сам бы давно предложил. Прямым текстом.

Но он не хотел.

— Нет, спасибо.

Даже от чтения бумаг не стал отрываться.

— Я угощаю.

— Анна, благодарю, но не стоит.

— А может… может, тогда я приглашу вас не на кофе?

Девушка застыла перед его столом, полная решимости. Непонятно только, что она собиралась сделать: вцепиться в него без разрешения с поцелуями? Так сказать, устроить полный разврат на рабочем месте?

Совсем некстати Максим задумался: может ли он пожаловаться на домогательства или его не поймут?

— Например, я могу задержаться после работы, — пальчик девушки покрутил локон завитых волос. — Обсудим с вами мои успехи. Мало ли я с чем-то не справляюсь. Или наоборот… справляюсь очень хорошо.

Максим взглянул на неё так, будто у него разболелись все зубы разом. К сожалению, намеков Анюта не понимала. Она оказалась в нетипичной для себя ситуации, а потому начала нести полный бред, не имея уже шансов остановиться. Чисто от адреналина, выброшенного в кровь.

— Анна Сергеевна, вы прекрасный работник, поэтому мне нечего с вами обсуждать. Поверьте, если бы меня что-то не устраивало — вы б узнали об этом первой.

— Я согласна услышать любые советы и рекомендации…

— Их нет.

— Хорошо, но что я могу сделать, чтобы стать таким же незаменимым секретарем как Елена?

— Не понимаю, на что вы намекаете.

Теперь он уставился на неё прямо, не мигая. Разумеется, под таким взглядом Аня стушевалась, и вся её напористость сдулась как воздушный шарик. Видать, мотивационные ролики не учили, что делать, если жертва сопротивляется.

— Я… я слышала… Денис сказал, что вы с Леной… ну…

— Ну? — тактично уточнил.

— Ну, — подтвердила Анна, и шея её начала покрываться красными пятнами от смущения.

— Анечка, солнышко, — бархатистым голосом произнес Максим, заставив девушку разомлеть. — Пожалуйста, идите к себе. Вы чудесный референт, и именно поэтому я не собираюсь с вами спать. Кроме того, не знаю, что и где вы услышали, но я не стану вас наказывать за плохую работу — даже если вы этого очень хотели. Я вообще не привык унижать подчиненных физически. Лишить премии могу — это факт. Отшлепать — сразу нет.

Анюта кивнула и побежала к двери, едва не запнувшись на каблуках.

Пусть он её смутил своей прямотой, зато доходчиво донес до неё основные тезисы.

Сейчас Максим понимал, что ему особенно сильно не хватает Лены. А еще не хватает возможности позвонить ей и рассказать о самом нелепом соблазнении в его жизни. Потому что позорилась Аня, а стыдно было ему.

Да и вообще вся эта ситуация только утвердила его в том, что он устал от одноразовых связей. Устал от таких вот неловких знакомств или свиданий с целеустремленными девицами.

Когда у него была Лена — ему не хотелось никого другого. Потому что все мысли и фантазии занимала она одна. Даже без откровенных вырезов или ажурных лифчиков. Лене не требовалось навешивать на себя особые тряпки, чтобы заинтересовать Максима.

Он и так думал только о ней.

Даже сейчас, когда их отношения кончились, Максиму была неприятна мысль о ком-то, кроме неё. Во всех смыслах. Ему не хватало Лены-друга, Лены-помощницы, Лены-любовницы.

Лены — целиком. В любом из обличий.

Сделка по продаже квартиры была назначена на завтра, а Максим так и не сумел признаться Лене в том, что он и есть покупатель. Он даже думал оформить доверенность на своего риелтора — и пусть бы она бегала с документами. Да только в договоре всё равно будут указаны фамилии сторон, а Лена слишком внимательна, чтобы не заметить подозрительно знакомое сочетание: «Игнатьев Максим Витальевич».

Кажется, своим необдуманным поступком он загнал себя в угол, и завтра его настигнут последствия.

* * *

В день сделки я дико нервничаю. С той стороны есть риелтор, и по идее проблем при оформлении быть не должно. Сделка ведь проходит через банковскую ячейку. Вся сумма оговорена заранее. Останется только подписать договор и передать ключи. Я видела черновой вариант, куда необходимо только вписать имена сторон. Вроде всё обычно. Светкина знакомая-юрист подтвердила, что на беглый взгляд договор чист.

Но, памятуя о том, как в последнее время Дима радостно сходит с ума и влезает в сомнительные авантюры, я не особо верю в чудо. Не удивлюсь, если наш покупатель готов платить исключительно монгольскими тугриками.

Дима, как и покупатель, запаздывает. Я стою у входа в отделение банка (не нашего, это было для меня принципиальным фактором) и выглядываю на стоянке нашу старенькую иномарку. Только сейчас подумала, что её тоже можно было бы поделить. С другой стороны, ну, сколько этот драндулет стоит? Дольше продавать будем, а выручим три ржавые монеты.

— Здравствуйте. Вы случайно не Елена?

Ко мне подходит женщина очень стильная, прям-таки роковая.

Ей сильно за сорок, но выглядит она не старше тридцати. Если бы не морщинки, выдающие истинный возраст, я бы решила, что передо мной моя одногодка. Одета она в бирюзовый брючной костюм. Короткие угольно-черные волосы идеально зачесаны, волосинка к волосинке.

Дама закуривает тонкую сигарету, пускает в сторону струйку дыма.

— Случайно — Елена, — улыбаюсь я. — А вы… Ирина Павловна?

Вроде так звали риелтора со стороны покупателя.

— Давайте просто Ирина. Девочкам нашего возраста как-то не подобает обращаться друг к другу по отчеству.

Если честно, я даже не реагирую на это замечание. Ей — простительно. Хотела бы я держаться так же,