Ша Сэн честно сказал, что он с нами, но нас по-любому выкинут, даже не выслушав, и хорошо, если не превратят в мух или блох. Причем на тысячу лет без всякой надежды на перерождение. И это еще вполне себе лайтовый вариант, могут и просто в пыль растереть.

Зато неунывающий Сунь Укун ходил колесом, крича на всю округу, какая это прекрасная идея, как он счастлив вновь повидать Нефритового императора и заодно поставить на уши весь дворец! Этот деловой парень всегда за любой кипиш, его уговаривать не надо. Скорее уж в прыжке ловить за воротник и притормаживать, когда чрезмерно заиграется.

Собственно, для этой цели богиня Гуаньинь и надела на царя обезьян золотой обруч смирения. Я отлично знаю, как он включается и работает. Проверено не только на самом Укуне, но и на главном царе демонов. Думаю, старина У Мован тоже поминает тот день в Диюе не самым добрым словом.

Зря я о нем вспомнил. Ох, зря…

Поскольку зрелые тыквы были заранее помечены гномами, а незрелые я запретил есть, мы были вынуждены собираться на голодный желудок. Старейшина Ван Ху объяснил своим подчиненным поставленную задачу, и все дружно тронулись в путь. Мы впереди, марширующая армия гномов за ними.

Благо тропа поднималась между гор, а рано утром облака висят еще очень низко. Наш путь пролегал по крутому склону, как можно выше. Цель — умудриться так удачно подпрыгнуть, чтобы упасть прямо на облако. Да, именно так и только так.

Мудрец, равный Небу, рассказал всем, что он отлично умеет летать на облаках, что они мягкие, но упругие и отлично выдержат даже коня. Юлун, услышав об этом, фыркал, клацал зубами, вырывался, упираясь всеми четырьмя копытами, но гномов было больше, и на каком-то этапе они просто перевернули его и несли ногами вверх. Тут уж не забалуешь…

— Вот там есть небольшая площадка, — указал старейшина ктонов, сидя у меня на плече и держась за мое левое ухо. — Можно попробовать дотянуться. Но поспеши, Ли-сицинь, солнце поднимается, а с ним и тают облака…

— Всем ускориться! Шире шаг!

Мы почти бежали, если такое возможно при наклоне скалы почти в сорок пять градусов, но, когда вышли на площадку, облака уже почти растаяли.

— Маленький шанс есть, — окончательно сбрендив, решился я. — Вы толкаете нас всей массой и даете отчет нанимателям, что сбросили всю банду со скалы. Мы падаем вон на то облако и летим прямым курсом ко двору Нефритового императора. Все молодцы, все в шоколаде, никто не крайний. Вопросы?

Юлун покорился судьбе и первый шагнул к краю обрыва. Рядом выстроились мы: я, Сунь Укун, Чжу Бацзе и Ша Сэн. Никто уже и не парился. Разве что мне немножечко было щекотно от осознания собственной авантюры, потому что, если не получится, мы же расшибемся в хлам!

— Ктоны готовы, — просемафорил Ван Ху. — Сейчас мы вас пнем! Раз, два…

Он не успел сказать «три», поскольку грохот копыт заглушил все звуки. Вот уж интересно, кого нам тут еще не хватало? Но громогласный бычий рев развеял все сомнения…

— Я знаю, что ты задумал, коварный монах! — тяжело пыхтел У Мован, огромными прыжками взбираясь на склон. — Ты не пройдешь на Небеса! Я сам скину всех вас в пропасть!

Гномы спешно выстроились в некое подобие трамплина, на который мы дружно вскарабкались, нависая над бездной. Я даже не пытался смотреть вниз: страшное дело, там же тысячу метров лететь, не меньше. Сунь Укун осторожно подергал меня за рукав:

— Учитель, ты только не волнуйся. Но внизу уже нет облаков, последнее проплывает над нами…

Ох ты ж, бороденка бальмонтовская! Я даже не успел воззвать о помощи или сочувствии, как страшный удар бычьих рогов буквально разметал тысячную армию ктонов, подбросив нас так высоко, что…

— Хи-хи-хи! Ты вновь показал себя дураком, тупоголовый Мован!

Я аккуратно открыл левый глаз, осмотрелся, потом открыл правый. Вроде как все нормально. Ощупал себя. Цел, автомат на месте, цилиндр с сутрами за спиной. Пересчитал наших. Чудеса, все трое плюс конь бледный — тут!

И всех нас несет большое розоватое облако куда-то очень далеко от обиженно ревущего быка и громко аплодирующих гномов…

— У нас получилось?

— Потому что ты очень мудр, Учитель, — уважительно закивали мои отчаянные парни. — Как ты мог узнать, что царь демонов вмешается в наши планы, и заставить его сделать опрометчивый шаг, докинув нас до спасительного облака?

— Хр-хрю, да я почти распрощался с жизнью!

— А я вспомнил все свои грехи и был готов на любое служебное взыскание!

— Хи-хи-хи! А вот я просто верил в Ли-сициня и не боялся ровно ничего!

— Хвастливая обезьяна, — дружно надулись оба братца-демона. — Думаешь, что теперь он любит тебя больше, чем нас?

— Стоп, машина! — поспешил скомандовать я. — Прекратить гнилые разборки внутри мужского коллектива! Ишь, распустились тут… Кто лучше, кто хуже?! На пути познания Истины нет первых и нет последних!

— Учитель, — дружно поклонились все, включая коня.

Ну и хорошо. На этом зафиксируемся и будем двигаться дальше. Я попытался хоть как-то унять дрожь в коленях и предательское чувство тошноты, подкатившей к горлу. Потому что под нами были километры, а облако лишь набирало высоту.

Я, так-то, и на самолете кататься не самый большой любитель. Ну, напрягает меня один момент: в отличие от автоаварии, ты и на дорогу не выпадешь, если что не так. Тьфу, то есть наоборот! Если с такой высоты даже и выпадешь, то тебя размажет ровным джемом метров на пять с хвостиком…

Мне оно надо? Лучше поезд, там хоть какой-то шанс выжить, но есть. Тем более что из Москвы в Вышний Волочек к моим родителям самолеты не летают. А наземным транспортом добраться и легко, и удобно, и быстро. Вот так.

Нет, не так. Это я сам себя успокаивал, потому что ни один вменяемый человек не сможет сохранять спокойствие, сидя на, мать его, облаке! Которое с нереальной скоростью воспаряет вверх, с каждой минутой уменьшая любые шансы на мягкое приземление…

— Ли-сицинь, смотри! Вон там дворец самого Нефритового императора!

Я категорически не хотел никуда смотреть. У меня и так голова кружилась, а облако меж тем взлетало все выше и выше. Я был готов в любую минуту излить внутренние жидкости прямо всем под ноги, как бы оно ни казалось неприлично.

И видимо, все это было так или иначе написано у меня на лице, потому что Чжу Бацзе