Вам и всем вашим достопочтенным морякам, покрывшим себя неувядаемой славой в этом сражении, будут оказаны все почести, которые только возможны в нашей ничтожной и истерзанной войной стране. Ведь о вашей грандиозной победе будет говорить весь цивилизованный мир, у презренных русских не осталось флота в этой части океана!

«Ваша безумная авантюра обернулась для вашего флота страшным поражением. Это же надо так бездарно просрать такие мощные силы. Разменять целую авианосную группу, три авианосца со всем охранением, да еще с десантным конвоем, на несколько легких крейсеров и горстку русских эсминцев!» – так думал Минору Гэнда, произнося дежурные слова похвалы.

– Но, нижайше прошу простить меня за любопытство, смиренно спрошу вас, какова причина столь срочного появления такого великого адмирала в нашем невзрачном месте? Чем моя скромная персона заинтересовала такого важного человека, как вы, многоуважаемый Дональд-сама?

– Хватит юлить! Ты сам это прекрасно знаешь! – прохрипел Фелт.

С легкими у адмирала теперь были проблемы. Сначала он надышался горящего пластика и изоляции от электрических кабелей, когда с группой офицеров выбирался из искореженного центрального поста тонущего крейсера. Потом вдоволь хлебнул холодной морской водички, которая к тому же была радиоактивной. Потом замерзал на полузатопленном спасательном плотике, в бессильной ярости наблюдая, как «Мясники» и «Барсуки» красных добивают немногочисленные поврежденные корабли его эскадры. Потом томительное ожидание в полубредовом состоянии среди других умирающих и уже умерших людей, пока японские «союзники» не соизволили прислать самолеты-амфибии для спасения жалких остатков личного состава TF–71. И сразу, едва только он пришел в себя, на него высыпался ворох проблем. Все американские военные базы в Японии, как воздушные, так и морские, оказались фактически захвачены японскими Силами самообороны. Американцев заблокировали в отдельных зданиях, без всякой связи друг с другом. С командиром 18-го авиакрыла, который фактически руководил всеми воздушными операциями USAF в этом регионе, связаться не удалось даже ему, адмиралу американского флота! Удалось только коротко переговорить с его начальником штаба, который находился на авиабазе Ацуги. Фелт узнал, что в Корее происходит что-то странное, со всеми американскими частями там потеряна связь, а от южнокорейских союзников не удается добиться никакой вразумительной информации. Между тем, по данным радиоперехвата, северокорейские коммунисты торжественно вещают о своей победе на полуострове, даже о революции в Южной Корее, поддержанной этими самыми частями союзников! И что попытка поднять разведывательные самолеты с авиабазы Ацуги для прояснения ситуации кончилась полным провалом. Один самолет даже был сбит непосредственно над взлетной полосой. Дальше связь прервалась, вызванный разгневанным Фелтом, японский офицер-связист на прекрасном английском языке в самых учтивых выражениях объяснил, что это результат диверсии.

– Ок, как говорят у вас в Америке, глубокоуважаемый Дональд-сама. Хватит, так хватит. И вы, и ваши доблестные подчиненные представляют теперь слишком большую ценность для моей бедной многострадальной страны. И мы не можем себе позволить даже в мыслях подвергать жизни и здоровье ваших доблестных летчиков и героических моряков ни малейшему риску. Который неизбежно возникнет, если мы разрешим хоть одному вашему самолету подняться в воздух, или кораблю выйти в море.

Теперь голосом Минору Гэнда, казалось, можно было заморозить воздух. Эта интонация, с которой он произнес последние слова, настолько контрастировала с хвалебными эпитетами в адрес американцев, что Фелт на несколько секунд опешил, и просто молча смотрел на застывшую дежурную улыбку японца. В его голове что-то щелкнуло, и он вспомнил слова старого капитана, который еще в Аннаполисе им читал лекцию про Японию и японский менталитет: «Запомните, парни. Зарубите себе на носу. Джапы – это совершенно другие люди. Не европейцы, не американцы. Они думают совсем не то, что они говорят. Не обольщайтесь на красивые словосочетания, которые они постоянно произносят, когда обращаются к вам. Это все красивая восточная оберточная бумага. Даже на английском языке они просто переносят обороты и словосочетания со своего птичьего на английский. Просто по привычке, машинально. Японец никогда не скажет вам: «стой, стрелять буду!». Он сначала вам улыбнется и произнесет что-то вроде «что касается вас, уважаемый незнакомец, то я, опираясь на господин пулемет, нижайше прошу вас остановиться, или принять почтенную пулю». И если вы не остановитесь, он выстрелит в вас, причем, не прекращая вам улыбаться».

«Ну конечно же. Как я сразу не догадался. Пример французов оказался слишком привлекательным для этих маленьких косоглазых ублюдков. Они наверняка сговорились с русскими. Что эти желтомазые, что те желтомазые в Южной Корее. А мы, и наши парни на корейском полуострове просто оказались в заложниках. Чтобы наш президент сгоряча не ударил по этим предателям в Японии атомным оружием». Но адмирал решил бросить на стол еще одну карту. Не козырного туза, конечно, а так, десятку или валета.

– Ваше стремление соскочить с поезда на полном ходу мне понятно, хотя вряд ли это у вас получится. Допустим, у вас получится сговориться с русскими. И с северными корейцами, этот гребаный Ким Ир Сен, захватив весь полуостров, утихомирится, достигнув своей мечты. Но что вы будете делать с Мао? Или вы думаете, что залив ваши города зарином, китайцы успокоятся? Наивные мечты, слишком долго вы, японцы, воевали на территории Китая, и слишком большой счет к вам накопился у китайцев.

– Нет, конечно, мы так не думаем. Мы с радостью предоставим разобраться с китайскими коммунистами вам, нашим старшим союзникам. Вы ведь все равно будете спасать Чан Кайши на Тайване? Кстати, по нашим данным, китайские коммунисты уже захватили архипелаг Магун, и вот-вот высадятся на сам остров. Вы же не бросите своего старого союзника, которого поддерживаете более тридцати лет?

– И как это понимать: «с радостью»? – саркастически рассмеялся американский адмирал. – Вы ведь фактически блокировали все наши авиабазы в Японии?

– Ну что вы, уважаемый Дональд-сама. Не все. Правда, главная ваша авиабаза Кадена, на острове Окинава, полностью разрушена русской ракетой в самом начале войны, а наш аэродром Гинован на этом острове подвергся сильному радиоактивному заражению, уцелели наши аэродромы на островах к югу и западу от Окинавы. Кумедзима, Исигаки, Миякодзима, Муако. И как верные своему союзническому долгу, Силы самообороны Японии смиренно могут вам их предоставить. И даже помочь организовать туда перебазирование ваших прекрасных самолетов с японских аэродромов на севере. Правда, прошу учесть, что все четыре полосы имеют длину самое большее полтора километра. Поэтому я с глубоким уважением умоляю вас принять тот факт, что ваши самолеты смогут взлетать с японских авиабаз без подвешенного вооружения, только с подвесными топливными баками. Наземный технический персонал ваших авиакрыльев вместе с оборудованием и припасами может быть переброшен по морю транспортными судами. Мы даже согласны