Глава 16

— Мы договорились! — огорошил меня новостью магистр, по возвращении в Китеж. — Послезавтра, в пятидесяти километрах восточней Царицына. Он уже начал готовить себе площадку, чтобы гарантированно не проиграть.

— Уверен в своих силах, но всё равно не хочет рисковать?

— Разумно, в его позиции. К тому же нужно помнить, что восточная философия в корне отличается от западной. Не единоличие, а семейность. Не прямой напор, а хитрость. Не корпорации, а кланы, — пояснил Моисей. — Сильнее отличается лишь Китайская империя, в которой всё завязано на государевых людей. Чиновников всякого пошиба.

— Если место известно, тогда мне тоже пора готовиться, — хмыкнул я.

— Хорошо, — сказал магистр, а затем улыбнулся. — А я-то уже подумал, что ты пойдёшь напролом.

— Я не настолько отчаянный.

— Отлично. Царская служба выделила отряд ликвидаторов для сопровождения, они уже ждут у пристани, а послезавтра мы прибудем для наблюдения и в роли секундантов. Вмешаться не сможем, ни при каких обстоятельствах. Они и так, если ты победишь, будут стараться найти десятки и сотни причин, чтобы не признавать поражение.

— То есть нужно уработать его с гарантией?

— Желательно. Он хоть и один из сыновей султана… но лишь один из. Ради мести Сулейман не станет развязывать военную кампанию. Главное — в процессе не оскорбляй ни его, ни его род, тогда это останется лишь дуэлью равных.

— Если бы равных… — не сдержавшись, хмыкнул я. — Советы? Предложения?

— Готовься и продумывай, что сможешь сделать. Это всё, — улыбнулся магистр.

Попрощавшись, я покинул Китеж, а затем и город.

Царские ликвидаторы оказались мужиками мрачными, неразговорчивыми и на все вопросы отвечали так, будто за каждое лишнее слово им урезают паёк. Так что беседы с ними не вышло. Пересекли на бронемобиле мост через Волгу, оборонительные рубежи, которые я возводил, а затем выехали на равнину, исполосованную следами многочисленных битв.

Здесь могли колоситься обильные поля, могли расти плодовые рощи или пастись скот. Но сейчас некогда плодородная почва превратилась в измученную тысячами битв и набегов пустошь. Да ещё и чёртов дервиш, который своим пламенем выжигал всё на сотни метров, убивая даже отголоски чужих стихий, чтобы полностью контролировать поле боя.

— Там, километрах в полутора, — сказал командир ликвидаторов, настроив перископ на бронемашине. — Ближе подойти не можем.

— И не надо, дальше я сам, — поблагодарив, выбрался из машины, через нижний люк и, постучав, что они могут уезжать, слился с поверхностью. Полтора дня — не так много, чтобы всё подготовить. Но план у меня родился давно. Сейчас оставалось лишь довести его до конца.

Как и сказал Моисей Иоаннович, единый с пламенем старался сделать всё, чтобы остальные стихии на несколько километров вокруг были мертвы. Температура там стояла такая, что камень плавился, теряя какую-либо структуру и превращаясь в аморфную массу, непрозрачное грязное стекло.

Потоки жара срывали любые ветерки, поднимая их в едином столбе. Дышать было практически нечем. О воде и речи не шло — она полностью выпарилась. Нулевая влажность, в которой нормальному человеку долго не продержаться. Это не хамам и даже не сухая сауна — духовка.

Но всё это я знал заранее. Как и то, что как бы единый с пламенем ни пыжился и сколько бы сил ни вкладывал, есть вещи, которые такими температурами сделать невозможно. Время и расстояние. Даже звезда по имени Солнце не в состоянии расплавить Меркурий. А ведь он относительно недалеко.

Что же до подготовки… Мне нужны были всего пара-тройка вещей, и да, я нашёл всё, что необходимо, и с даже с большим запасом. Оставалось лишь разыграть подготовленные карты. Даже на удачу надеяться не нужно. А то ведь… она дама капризная, может посчитать, что долг за все предыдущие косяки ею полностью погашен. И тогда я в самый ответственный момент споткнусь на ровном месте.

К тому времени, как делегация во главе с магистром остановилась на том же месте, где меня высадили ликвидаторы, я был полностью готов. Только не показывался, прячась в толще земли, да так хорошо, что разведчики-профи вздрогнули, стоило постучать в днище. Через несколько минут мы уже ехали дальше.

— Вы уверены, что стоило бросать нашего бойца на сутки, вместо того, чтобы дать ему отдохнуть? — задал вопрос один из попутчиков.

Я посмотрел на него внимательнее. Выглядел он странно. Нет, на самом деле крайне гармонично, всё было при нём: мускулатура, идеальный стиль в причёске и одежде, умный взгляд. Обычно даже профессионалы могут себе позволить поддерживать лишь два из трёх. На последнее не хватает либо сил, либо времени, либо дисциплины.

Именно поэтому он выглядел странно и необычно. По поводу привлекательности ничего не скажу, это к девушкам, но…

— Позвольте вас друг другу представить. Его царское высочество, великий князь Миробор. А это мэтр Памир, Фёдор Иванович.

— Очень приятно, — демонстрируя, что этикета можно не придерживаться, протянул мне руку московский царевич, и я её крепко пожал, но без фанатизма, потому как он тоже не давил. — Первый мастер камня за очень долгое время. Да ещё и с такой тёмной предысторией. Уверен, вам есть что рассказать.

— Сейчас мне нужно сосредоточиться на схватке. А после, если найдётся время — пожалуйста, — ответил я, прикидывая, каким образом сюда занесло королевскую особу и что мне с этим делать. Честно говоря, у меня совершенно не было никаких планов на престол Великославии. Я, наоборот, хотел бы держаться от местного правительства как можно дальше. По разным причинам.

— Похвально, — улыбнулся царевич. — Желаю удачи.

— Надеюсь, в этот раз она мне не понадобится, — ответил я, а затем откинулся на стенку, прикрыв глаза. Всё же спать в каменном виде — не лучший вариант. Но зато я полностью обследовал область будущей схватки.

— Вы уверены, что вам стоит находиться рядом с битвой? — тихо поинтересовался Моисей. — Моего представительства вполне достаточно.

— Сам эмир приехал ради такого зрелища! Неужели я его пропущу?

Отрешившись от светской беседы, я сосредоточился на окружающей меня стихии. Хоть и старался не оставлять явных следов, но сам чувствовал все слои, с которыми работал. И даже заранее узнал первый внешний круг заготовок. Но через пару секунд машина резко вильнула и сменила курс.

— Простите, по прямой ехать не выйдет. Колёса плавятся, — пояснил, без всяких вопросов, водитель. — Придётся идти