class="p1">Оскар толкнул дверь плечом, и та нехотя скрипнула, впуская внутрь свежий запах дерева и немного сырости. Внутри было просто: одна большая общая комната, печка, стол и лавки и несколько комнат наверху.

— Уютно, — сказала София, проходя по скрипящему полу. — Здесь будет тепло зимой.

Мия бегала по комнате, заглядывая в каждый угол.

— Тут есть место для всех, — радостно объявила она.

Эд подошёл к печке, проверил её. Ливия посмотрела на него и улыбнулась.

— Спасибо тебе, Эд.

— За что? — удивился он.

— За то, что ты рядом. За то, что держишь нас вместе.

Эд смущённо потёр шею.

— Я просто делаю, что должен. Ради тебя. Ради всех нас.

Ливия подошла ближе и обняла его.

К обеду дом уже преобразился: полы подметены, кровати застелены. София и Мия устроили небольшой уголок для кухни. Джулия сказала, что хочет порадовать всех своим фирменным пирогом, чтобы отметить новоселье. Когда солнце начало склоняться к закату, вся их семья собралась у окна, глядя, как золотистый свет играет на воде пруда. Они не знали, что ждёт их дальше.

Но сегодня у них был дом. И надежда. И иногда, в новом мире, этого было достаточно.

Вечером, когда лагерь погрузился в привычную тишину, их новый дом наполнился мягким светом от маленькой керосиновой лампы. Окна были плотно завешены, что свет не был виден ожившим. Все устроились вокруг стола: Ливия с Эдом сидели рядом, напротив — София, Джулия, Оскар и Мия. На столе стоял ароматный пирог с яблоками, который заботливо приготовила Джулия.

— Всё кажется таким нереальным, — первой нарушила тишину София, задумчиво глядя на огонь в печке. — Теперь… у нас есть дом.

— И соседи, — усмехнулся Оскар, отламывая кусок пирога. — И работа с утра до вечера.

— Лучше так, чем скрываться от оживших каждый день, — тихо заметила Ливия.

Остаток вечера друзья шутили, смеялись.

Ночь опустилась на лагерь. Где-то вдалеке завыл одинокий ветер, задев шаткие крыши палаток. Но в их доме было тепло и тихо.

Ливия легла рядом с Эдом на их небольшую, но тёплую кровать, натянув одеяло до подбородка.

— Эд… — шепнула она в темноте.

— Ммм?

— Ты веришь, что у нас получится здесь выжить? По настоящему выжить, не просто прятаться?

Он долго молчал, прислушиваясь к её дыханию.

— Да, — наконец ответил он. — Потому что у нас теперь есть не только страх. У нас есть мы.

Ливия улыбнулась, крепче прижавшись к нему. Она закрыла глаза.

Прошло ещё несколько недель. Каждый день начинался с работы: кто-то отправлялся на вылазки за припасами, кто-то ремонтировал дома, кто-то трудился на кухне или в медпункте. С приближением осени жара начала спадать, дни стали короче и прохладнее. София всё чаще работала в медпункте, помогая ухаживать за ранеными и больными. Там она познакомилась с Питером — одним из охотников лагеря. Высокий, крепкий, с чуть вьющимися светлыми волосами и добродушной улыбкой, Питер быстро завоевал её доверие. Поначалу они просто обменивались парой слов между делами, София помогала перевязывать его порезы и ссадины. Но постепенно их разговоры становились всё длиннее, а взгляды — теплее. Мия первой заметила перемены.

— София всё время улыбается, — прошептала она как-то Ливии, наблюдая, как София разговаривает с Питером. — И краснеет!

Ливия улыбнулась, с теплотой наблюдая за подругой.

— Это хорошо. После всего, что мы пережили… Она заслуживает счастья, — тихо ответила Ливия.

***

В один из вечеров, когда лагерь погрузился в тишину, София робко подошла к Эду и Ливии, которые сидели у крыльца их дома.

— Можно поговорить? — спросила она, переминаясь с ноги на ногу.

— Конечно, — сказал Эд, вставая, чтобы уступить ей место.

— Я… — София запнулась, нервно теребя край рубашки. — Я хочу попросить вас кое о чём. Питер… Я подумала… Вообщем мы решили жить вместе. Можно он заселиться к нам? В доме полно места.

Ливия взглянула на Эда. Тот задумчиво почесал подбородок, затем пожал плечами.

— Если он тебе нравится, София, — спокойно сказал он и усмехнулся, — значит, нам стоит дать ему шанс.

— Спасибо! — София буквально просияла.

На следующий день Питер переселился к ним. Теперь их дом оживился ещё больше: Питер приносил с собой не только навыки охотника, но и хорошее настроение. Он часто рассказывал истории о своих вылазках, смешил Мию забавными байками и помогал Эду и Оскару в ремонте. Быстро стало понятно — он не только силён, но и надёжен. Вечерами, когда работы заканчивались, они все собирались на веранде. Джулия варила травяной чай, Мия доставала свои запасы печенья, а Питер развлекал всех рассказами о том, как однажды, по ошибке, принял упавший старый манекен за ожившего и чуть не прострелил ему голову. София сидела рядом с ним, смеясь и сияя так, словно весь ужас мира на время забыл о них.

***

Однажды вечером Ливия с Эдом задержались, возвращаясь домой по аллее между домами, они увидели на крыльце своего дома Софию и Питера. Они сидели совсем близко, склонившись друг к другу. Ливия улыбнулась и тихонько потянула Эда за руку, чтобы не мешать.

— Им хорошо вместе, — прошептала она.

Эд кивнул.

— Пусть хоть ещё кто-то будет по-настоящему счастлив, — ответил он. — Мы все это заслужили.

***

Пришла зима.

Большая часть выживших обосновалась в церкви. С утра женщины и подростки убирали матрасы в аккуратные стопки вдоль стен, освобождая середину зала. На простор расставляли длинные столы и лавки. В дневное время здесь кипела жизнь: взрослые играли с детьми, кто-то рисовал, кто-то читал вслух старые книги, принесённые из заброшенных домов. За столами собирались на обед, за разговорами коротали длинные зимние вечера. К ночи некоторые возвращались в свои дома. Джон часто говорил, что к следующей зиме надо будет обязательно отремонтировать больше домов — расселить остальных. Чтобы больше не тесниться.

Глава 6. Кровавый рассвет

Настал сочельник Рождества.

Женщины целый день хлопотали на кухне, готовя особый ужин. В воздухе витали запахи печёного хлеба, тушёного мяса и запечённых корнеплодов. Каждый приём пищи здесь начинался с молитвы, и сегодня, в честь праздника, священник произнёс особенно долгую и трогательную речь о вере, надежде и новом мире. Они сидели за столами, ели простую, но горячую и сытную пищу, улыбались новым знакомым, слушали смех детей, видели, как