как попало, и реальность начала искажаться. Я попытался сотворить на него «фиксацию». Хорошее заклинание школы земли против бестелесных созданий, более примитивная его версия это окаменение. Но сработало оно не так как должно.

— Так рука и появилась?

— Да. Заклинание по своей природе очень сложное, так как стихия земли противоположна явлениям нематериальности, а сложное для демонов означает только одно, высокая энтропия. Вот отдачей и долбануло. Сначала только по локоть превратило, но за сто лет эта штука прогрессирует, а компоненты для зелья очень редкие. Поэтому могу лишь сдерживать.

— Так, подведём итоги. Ты хочешь сказать, что демоны, существа чистого хаоса и там, где они действуют этот хаос лишь, возрастает. Настолько, что начинают распадаться даже мировые законы?

— Именно так. Можешь сам проверить, отправив разведчиков в место этого боя, там теперь постоянно такая картина будет. Ну и теперь ты понимаешь, почему они наслаждаются страданиями. Это не совсем верно, они наслаждаются любыми сильными эмоциями, ведь что может обладать большей энтропией чем иррациональная часть разумных существ?

— Ядерный распад, например. — Буркнул я. — Но я тебя понял, эмоции доступнее.

Все мои старые заявления в адрес магов о их нарушении законов физики были голословными. Я, оказывается, нарушений законов мироздания ещё и не видел на тот момент. Даже аномалии представляли собой лишь причудливые выкрутасы реальности.

Демоны же действовали на принципиально ином уровне. Ином, даже по отношению к Мутанту Вуали и к ней самой. Они не просто искажали мировые законы, они извращали само явление порядка, являя собой чистую энтропию, наделённую злобной и чуждой волей. Они брали мировой уклад и инвертировали его во что-то противоестественное, сминая шестерни законов мироздания.

Моя сеть… моя система столкнулась с нарушением фундаментальных точек опоры. Такая ситуация, теоретически, могла возникнуть и в обычное время, ни одна система не защищена от технического сбоя полностью. Но лишь с одним элементом в каждый момент времени, а вот нарушение сразу всех фундаментальных базисов реальности — это что-то, что не могло возникнуть на уровне логики самой причинно-следственной связи. Грубо говоря, демоны могут изменить ответы на вопросы вроде: «если дерево упало там, где никого нет, издаст ли оно звук». Впервые в истории Вселенной ответ на этот вопрос мог стать: «нет».

Как с этим бороться? Как объяснить энтропии, что здесь ей не рады? Тут не то, что магия не поможет, работай мои машины на принципах моего родного мира — результат был бы тем же. Батареи не могут генерировать электрический ток, если атомы химического носителя заряда внезапно забыли, как вступать в реакцию.

Но, может законы мироздания и пасуют перед извращающей мощью этой напасти, мои законы не обязаны быть такими бесхребетными. Законы логики инженерных систем — это нечто, придуманное людьми. Оно несёт на себе печать несовершенства своих создателей, отчего ни одна система не может быть абсолютно безотказной. Но вместе с этим, такие системы несут в себе и другую печать — адаптивности. В каком-то смысле, сейчас зарождается уникальная ситуация, когда «искусственное» более гибкое чем «естественное».

Глава 18

Нематериальный Брайан сидел на материальном стуле закинув ногу на ногу и левитировал перед собой свой нож, перекидывая его из призрачного состояния в обычное и обратно. Мэри активно сёрфила по базе данных биомантии в поисках идей, поглядывая на постоянно открытую вкладку сканирования «нейро-ореха». Арбранд с суровым видом рассматривал голографическую карту известной мне местности, проецируемую столом в штабе. Дамьен созерцал вселенную расфокусированным взглядом. Сидевший рядом с ним Эталаниэль смотрел в потолок беззвучно шевеля губами в попытках что-то вспомнить. Только Зёма смотрел на всё это с недоумением, тема энтропии то ли не понятна ему, то ли он знал что-то, что позволяет ему не бояться локального конца куска мироздания.

У меня же в голове висел один вопрос вот уже два часа. И вопрос этот: «как?» Сперва у него были продолжения: «как выжить», «как справиться», «как подготовиться». Но все эти вопросы ответа не находили, и потому сократились до тупейшего «как». Тупейшего, так как этот вопрос ни разу не помогал придумать ответ или хотя что-то. В общем, морально я был на уровне Дамьена сейчас, тоже в голове пустота.

— Ты уверен, что не надумал кучу проблем на ровном месте? — Лениво спросил Брайан. — Энтропия, ускоренный конец времён, не слишком ли мощно для одной расы?

— Поэтому их и называют Разрушителями миров. — Вздохнул Дамьен. — Я не видел их вживую, до недавнего времени, но представлял, насколько они опасны.

— Откуда ты тогда мог знать? Если они разрушители миров, а твой мир цел? — Голос призрака так и сочился сомнением.

— У нас были глупцы, захотевшие получить силу демона. А вот откуда в нашем мире появилось знание об этой расе изначально, увы, мне не ведомо.

— Вспомнил! — Щёлкнув пальцами, воскликнул Эталаниэль, и поймал на себе ленивые взгляды всех присутствующих. — Демоноборцы нашего народа проводили всё время в тренировках духа!

— М-м-м. Кажется, это не сильно полезная информация в нашей ситуации. — Произнёс я. В этот раз надежды на то, что дело сдвинется с мёртвой точки у меня не появилось. Первые десять раз была, сейчас уже нет.

— Если добавить слова Эйдолона, можно предположить, что эти тренировки нужны для закалки их воли, чтобы они своим присутствием подавляли хаос вокруг себя.

— Теория интересная. У кого есть пара десятилетий чтобы её проверить? Да и будь она верна, как я к своим машинам её применю?

— Големы оказались очень уязвимы к хаосу, не знаешь почему?

— Потому что их алгоритмы очень сложные. Они сложные даже для машинных алгоритмов, потому что имитируют работу органического разума.

— Может это исправить?

— Можно. Написать алгоритмы проще и прямолинейнее и тогда их победить сможет любой противник. К тому же не думаю, что такие алгоритмы смогут подавлять вокруг себя энтропию. Я… Ай, забейте! Я вообще не понимаю, что происходит.

— Нас всех скоро убьют демоны. — Любезно просветил меня Дамьен. Сказал бы я, что он паникёр, но сейчас лич прав.

— А что именно ты не понимаешь? — Это уже Брайан сказал. Они с Дамьеном прям хороший и плохой полицейские сейчас. Один накручивает безнадёгу, второй пытается аккуратно привести к ответу. К ответу, который и сам не знает.

— Смотри, если абстрагироваться от этой энтропии, получается, что есть некий эффект, очень мощно действующий на