отбиваемся, всё снова работает. А нападавшие исчезают, унося с собой тела своих убитых. Никаких следов. Даже нет пятен крови на полу. Как будто и не было тут убитых. — Он сглотнул. — С нашей стороны погибло больше десяти штурмовиков. Это огромные потери.

Ярослав замолчал. В зале на мгновение повисла тишина.

— Тогда мы решили вывезти семьи сюда, на ваш корабль, — произнёс Мстислав, глядя мне прямо в глаза. — Пока не разберёмся, что происходит. И надеемся, вы не откажете. Больше нам негде их спрятать.

Я сидел, погружённый в размышления. Ситуация была крайне интересной. Необходимо было обсудить её с Яром, но делать это мысленно я не хотел. Сначала нужно было решить вопрос с семьями Оболенских.

Я медленно перевёл взгляд на князей. Их лица были напряжены в ожидании моего решения, а взгляды полны тревоги и надежды.

— Они могут оставаться здесь столько, сколько потребуется, — наконец произнёс я. — На корабле есть все условия для жизни. Дети смогут посещать школу, если, конечно, вы сочтёте это нужным.

Я сделал паузу, наблюдая за реакцией князей. В их глазах промелькнуло облегчение.

— Но вы должны понимать, что корабль постоянно совершает прыжки. Порой мы вступаем в боевые действия. Вы должны предупредить об этом свои семьи.

— Разумеется, мы всё прекрасно понимаем, — ответил князь Владимир, говоря за всех. — Наши семьи уже в курсе. Что касается школы… если это будет уместно, мы будем только рады.

— Тогда решение принято, — кивнул я. — После экскурсии им выделят постоянные каюты. Вещи у них с собой?

— Да, всё на шаттле, — ответил Мстислав. — Мы сами принесём.

— Не стоит утруждать себя, — остановил я. — После экскурсии и распределения кают к каждой семье будет временно прикреплён андроид-помощник. Он проведёт инструктаж, покажет систему коммуникаций, поможет адаптироваться. Консультирует по любым вопросам. Если на этом всё, то можете возвращаться к своим семьям. За вами придут и проведут экскурсию по «Северной Твердыне». Встретимся позже.

Я встал. Князья тоже поднялись, поклонились с явным облегчением и направились к выходу.

Как только двери за ними закрылись, я вызвал Яра.

— Всё слышал? — спросил я, когда он вошёл в зал для совещаний и сел напротив меня.

— Каждое слово, — раздался его спокойный голос. — И я уже начинаю понимать, что происходит.

Я медленно опустил руку на подлокотник кресла.

— Говори.

Спустя четыре часа я сидел в тронном зале, не отрывая взгляда от голографического экрана. Наши тяжёлые истребители и фрегаты, плотным кольцом окружив шаттл Дома Валуа, медленно вели его к «Северной Твердыне». А корабли охраны Оболенских расчищали им путь.

Я встал с трона, спустился по ступеням и подошёл к общему столу, где уже сидели Аурелия, Женевьева, Себастьен и Гастон.

— Надеюсь, ваше присутствие их немного успокоит, — произнёс я.

— Или, наоборот, — усмехнулся Себастьен, скрестив руки на груди. — Всё-таки они, скорее всего, считают нас предателями.

— Не факт, — я покачал головой. — Я думаю, они прекрасно понимают, почему вы перешли на мою сторону.

Я посмотрел на Женевьеву и Аурелию.

— А что касается наших прекрасных девушек… — улыбнулся я, — так это вообще отдельная история.

— Всё будет хорошо, Себастьен, — мягко сказала Аурелия, касаясь его руки. — Они не такие, как их мужья. И многое понимают… порой даже лучше них.

Себастьен молча кивнул.

— Ладно, — я глянул на голографический экран. — Пора. Через десять минут шаттл начнёт заход на посадку в ангар «Северной Твердыни». Пойдёмте. Встретим их вместе.

Мы пошли к выходу из тронного зала, направляясь в ангар, где уже стоял шаттл Оболенских.

Шаттл Дома Валуа мягко опустился рядом с кораблём Оболенских. Я ждал, что трап откроется мгновенно. Но шаттл остался закрытым. Минута. Вторая. Третья. Никаких признаков жизни. Шаттл продолжать стоять с закрытым трапом.

Я уже собирался отдать приказ Яру, чтобы он взломал системы корабля и открыл шаттл, как вдруг трап начал медленно опускаться.

И то, что открылось взгляду, было крайне неожиданным.

Перед спуском на трап стояли двое штурмовиков, заняв оборонительные позиции. Оружие нацелено на нас и готово к использованию.

Я инстинктивно шагнул вперёд, закрыв собой Аурелию и Женевьеву. За Гастона и Себастьена я не переживал, в крайнем случае Яр их оживит.

— Добрый день, — поднял я руки, демонстрируя, что без оружия. Хотя это и так было очевидно. — Можем мы поговорить?

— Нет, — раздался голос, искажённый динамиками бронекостюма. — Пусть Аурелия подойдёт сюда.

— Не могу согласиться, — ответил я, и в голосе моём прозвучала сталь. — Я — князь Медведев. Я сам подойду.

Штурмовики переглянулись. Я почувствовал, что они общаются между собой по внутренней связи.

— Хорошо, — наконец произнёс один из них.

Я посмотрел на Гастона и Себастьена:

— Прикройте девушек. На всякий случай.

И сразу поднял руку, останавливая наших штурмовиков, уже бегущих к шаттлу.

— Отставить — крикнул я, чтобы меня услышали. — Всем отойти от шаттла!

Мои штурмовики замерли и переглянулись. Но приказ был выполнен, они отступили, заняв позиции подальше от шаттла.

Я убедился, что никто не последует за мной, и пошёл к трапу. Поднявшись до середины трапа, я остановился.

— Мне идти дальше? — спросил я, ожидая согласия.

Один из штурмовиков молча протянул руку с запечатанным конвертом.

Я медленно поднялся и забрал письмо. Тут же его вскрыв, принялся читать. И чем дальше я читал, тем больше вопросов у меня