Посмотрим, как ты справишься, когда вокруг тебя будет не одна цель, а больше десяти, и они будут двигаться с удвоенной скоростью. А если ты хоть раз споткнёшься из-за своей «обострённой реакции»...

Он резко развернулся к пульту и с каким-то едва уловимым ожесточением нажал кнопку. Половина полигона пришла в движение: механизмы зажужжали, выбрасывая в воздух сразу двенадцать мишеней, которые начали носиться по кругу с непредсказуемой амплитудой.

— Показывай, на что способна, — бросил он через плечо, не оборачиваясь. — Или ты пришла сюда просто упражняться в том, как меня избегать?

Лика стиснула зубы, чувствуя, как злость снова наполняет кровь, вытесняя страх. Он провоцировал её — и она была готова принять этот вызов.

Одну за другой она уничтожала деревянные дощечки. С тихой яростью, сжимая зубы до боли, чтобы не позволить слезам прорваться наружу, Лика швыряла всё новые и новые боевые плетения. Её ладони горели, плечи ныли от напряжения, а магия, обычно послушная и плавная, сегодня вырывалась из пальцев рваными, жадными вспышками.

​На десятой мишени её силы иссякли. Резко выдохнув, она почувствовала, как подкосились ноги, и рухнула на холодные камни полигона.

​Лика тяжело дышала, хватая ртом ледяной воздух, словно выброшенная на берег рыба. Пот катился по вискам, смешиваясь с остатками утренних зелий, а перед глазами плыли чёрные круги. Она сидела на коленях, обхватив себя руками, пытаясь унять предательскую дрожь в теле и восстановить сбившийся ритм сердца, который звучал в ушах громче любого заклинания. Она была полностью опустошена: весь тот гнев, что копился сутками, исчез, оставив после себя лишь звенящую пустоту и горькое осознание собственной уязвимости.

​Шаги Альдо раздались совсем рядом — размеренные, тяжёлые, не оставляющие места для бегства. Он остановился в паре шагов, и Лика почувствовала, как тень, отбрасываемая его высокой фигурой, накрыла её, словно защитный купол.

​— Довольна? — тихо спросил он. В его голосе больше не было стальной властности, лишь глухое, пугающее спокойствие. — Ты не тренировалась, Сальви. Ты пыталась себя разрушить.

​Он опустился на одно колено прямо напротив неё, вынуждая её поднять взгляд. Его лицо, обычно скрытое за маской ироничного безразличия, сейчас было пугающе серьёзным.

​— А теперь — продолжал Альдо, медленно протягивая к ней руку, на этот раз не для того, чтобы поправить стойку, а чтобы коснуться её подбородка, — ты расскажешь мне, что именно заставило тебя так отчаянно сражаться с призраками?

Она резко отвернулась, уклоняясь от его протянутой руки и не позволяя к себе прикоснуться.

​— Зачем? — всё так же тяжело дыша, тихо спросила она. — Зачем ты касаешься меня, Альдо? Зачем заботишься? Чего ты хочешь этим добиться?

​В её голосе больше не осталось злости — только бескрайняя, глубокая усталость человека, который устал бороться с самим собой. Она подняла на него глаза, и этот взгляд был полон такой неприкрытой боли, что Сартори невольно замер.

​Альдо удивлённо приподнял брови, вглядываясь в её осунувшееся лицо.

​— Ты из-за этого сегодня в таком состоянии? Из-за моей заботы?

​— У тебя же в столице невеста есть, Сартори, — прямо выдохнула Лика, не в силах больше скрывать эту удушающую правду под замком. Она на секунду отвела взгляд, чувствуя, как горят глаза. — Ты поиграешь и уедешь к ней, наплевав на всё. А я... я останусь здесь с разбитым сердцем. Зачем ты это делаешь? Зачем приручаешь меня, если твоё будущее уже решено за тебя?

​В воздухе над полигоном повисла оглушительная, звенящая тишина. Слышно было только, как вдалеке тихо потрескивают остывающие магомеханические мишени.

​Альдо смотрел на неё, и на его лице впервые за всё время их знакомства отразилось нечто, похожее на искреннее потрясение. Его идеальная маска уверенного в себе столичного аристократа дала глубокую трещину.

— Какая невеста? О чём ты? — он искренне удивился новой для него информации. — У меня из-за работы даже времени и желания ни с кем знакомиться не было, а тем более заключать помолвку.

— Я слышала твой разговор по кристаллу связи... о том, что тебя ждут в столице, — она хмуро посмотрела на него, упрямо вскинув подбородок. — А потом, — щёки Лики мгновенно опалило жаром, и она продолжила уже тише, — я случайно услышала, как тебя обсуждают адептки. Они говорили про твою невесту.

Альдо замер на секунду, а затем рассмеялся — так открыто, громко и заразительно, что Лика посмотрела на него совершенно ошеломлённым, неверящим взглядом. Как в такой страшный, переломный для неё момент можно было настолько искренне веселиться?

От этой несправедливости слёзы сами собой, неконтролируемо потекли из её глаз, обжигая воспалённые щёки. Гордость Лики была уязвлена до предела. Она рванулась было в сторону, собираясь подняться с колен и навсегда уйти с этого проклятого полигона, но Сартори не позволил.

Он резко подался вперёд и порывисто, но удивительно бережно заключил её в свои объятия. Альдо сам опустился на холодные плиты рядом с ней, скрестив ноги, и просто крепко прижал Аделику к своей груди, усаживая её в кольцо собственных рук. Он не пытался усадить её к себе на колени, не нарушал границ дозволенного, но держал так надёжно, словно она была его самым главным сокровищем, которое он ни за что на свете не согласился бы отпустить.

— Дели, — позвал он, и его голос, обычно ироничный или строгий, сейчас прозвучал так нежно, что у Лики перехватило дыхание. — У меня нет никакой невесты. И никогда не было.

— Но как же так? — всхлипнула она, утыкаясь носом в его плечо, пахнущее озоном и теплом. — Помолвки же у аристократов заключаются ещё в раннем детстве. Это закон высшего света.

— Во-первых, мой род хоть и знатный, но я выбрал военную службу и получу свой собственный, личный титул по её окончании, — Альдо осторожно коснулся её лица, заправляя влажные, выбившиеся из хвоста пряди волос за ухо. — А во-вторых... Я второй сын, Дели. Не наследник. Невеста есть у моего старшего брата, их помолвку родители действительно заключили, когда они были детьми. Но они искренне любят друг друга, и это соглашение скоро скрепится законным браком. Моя будущая невестка сейчас как раз оканчивает столичную академию, поэтому её имя постоянно на слуху.

— А с кем ты тогда разговаривал? Я же слышала голос, — обиженно надулась Лика на его смех, всё ещё не до конца приняв новости.

— С младшей сестрой, — хмыкнул Альдо. — Она растёт очень