Но у меня есть воспитание. К сожалению.

После завтрака я иду в ванную, умываюсь, причёсываю волосы, чищу зубы. Граф не появляется, чтобы пялиться. Слава Богу.

Когда я завязываю свои тёмные волосы в колосок (на улице, наверняка, ветрено), я переключаюсь на груду одежды, аккуратно разложенной на кресле. Всё красное. Меня сейчас стошнит. Что символизирует это красное для женщин?

Их менструацию? Любовь? Огонь? Вожделение? Кровопролитие?

Первое я исключаю. Я выбираю красную блузку, завязанную узлом на животе, и короткие шорты с чертовски короткими штанинами. Начало моих ягодиц высовывается, когда я подхожу к зеркалу и поворачиваюсь вокруг своей оси. Но мини-юбка и платье — не лучший выбор. Одно движение — и рука Жоакима окажется между моих ног. Потому что нижнего белья, конечно же, нет.

Таким образом, у моей киски нет приватности. В шортах она есть, зато моей заднице приходится демонстрировать больше кожи.

Но чего я жалуюсь. Не то чтобы они уже не тащили меня голой на улицу.

Когда я полностью оделась, я вставляю ноги в шлёпанцы. Тоже не подходящая обувь для побега.

В гостиной я останавливаюсь безрадостно. Его светлость сидит за письменным столом, склонившись над книгой.

— Та-даа, мы готовы, — говорю я безразлично и так же безразлично поднимаю руки, давая понять, как мало я радуюсь его обществу в ближайшие часы.

Он вкладывает что-то золотое между страниц, закрывает книгу и поднимается, заметив меня.

— Я уж подумал, мне придётся выносить тебя из постели, потому что ты продолжаешь бунтовать. Но ты учишься.

Заткнись, а то я покажу тебе, чему я научилась.

— Нам нужно поторопиться, мой друг. У меня позже назначена встреча. — И я не собираюсь её пропускать.

Когда Жоаким своей властной поступью подходит ко мне, он поскрёбывает у виска. Он что, забыл?

— Верно, мой брат позже заберёт тебя для совместного урока. Надеюсь для тебя, ты будешь вести себя прилично в его присутствии.

— В отличие от тебя, он дружелюбен и честен.

На мгновение кажется, что мой ответ его задел.

— Пошли. — У двери он резко останавливается, не открывая её. Я прямо-таки врезаюсь в него. Бум.

Он хватает меня за предплечья, мрачно смеётся и смотрит на меня сверху вниз.

— Если ты вздумаешь сбежать, то, клянусь тебе, я не стану тебя спасать. Поняла?

Что?

— Ты не сделаешь мою голову короче?

— Зачем? У тебя нет вариантов. Либо ты поплывёшь и утонешь. Либо побежишь в лес и будешь растерзана убийцей или кабанами. — Почему его дьявольские глаза так порочно сверкают? — Так или иначе, без меня у тебя нет шансов на выживание. И даже если ты не утонешь и тебя не съедят, то умрёшь с голоду.

— Сообщение принято. Без тебя я не могу выжить.

— Очень хорошо. Умная девочка. — Он поворачивается к двери.

— Самодовольный павиан.

— Что ты сказала? — угрожающе спрашивает он.

Я покашливаю, прикрыв рукой рот.

— Прости. Самодовольная обезьяна.

Он резко вдыхает.

— Список твоих провинностей растёт с каждой минутой. Радуйся предстоящему расчёту.

Да, я действительно жду этого. Того, где я сведу с тобой счёты.

Без комментариев, словно я его не слышала, что царапает его идеальное хрупкое эго больше всего, я следую за ним. Он ненавидит игнорирование больше, чем дерзкие подколы.

Вероятно, в детстве им сильно пренебрегали родители, и он дитя нарциссов, вокруг которых вращается мир. Хотя… Плутон совсем не похож на своего брата.

На улице я вдыхаю свежий, тёплый морской воздух. С криками чайки описывают круги над нашими головами. Потому что да, романтическая прогулка по пляжу у моря с лордом лордов не планировалась, нет, его свита недалеко.

Уран, Марс и Нептун тоже здесь. Причём я намеренно не замечаю Нептуна. Для меня это злобное существо не существует. Для меня он всего лишь тень.

Дойдя до причала, я ступаю на деревянные доски, пока остальные идут дальше. Причал чертовски далеко уходит в море. Метров тридцать, наверное. Кассиу никогда не смог бы преодолеть это расстояние до берега.

С одной стороны есть поручень из деревянного ограждения, с другой стороны я замечаю места, где можно пришвартовать лодки.

— Мы действительно обыскали всё, — неожиданно слышу я за спиной голос Урана, который кладёт руки мне на плечи. Солнце ярко и горячо светит на нас, пока я смотрю на открытое широкое море. Лиссабон так далеко. Видимый, но недостижимый для нас.

— Может, вы искали невнимательно, — отвечаю я, прежде чем сбросить шлёпанцы, затем развязать узел на блузке с короткими рукавами на животе и расстегнуть шорты. Жоаким, Нептун и Марс пошли дальше.

— Что ты задумала?

Раздаётся свисток Нептуна.

— Возвращайтесь!

Этот придурок.

— Не мог бы ты просто присмотреть за вещами?

Я кладу одежду в кучу, после чего стою рядом с Ураном совершенно голая, и он выглядит деликатно озадаченным. Если бы было нижнее бельё, я бы прыгнула в море в нём.

— О, конечно. Где…

Я уже разбегаюсь и прыгаю в море с разбега. Если кто и найдёт моего брата, так это я. Они наверняка не искали под деревянными сваями, на которых держится причал. И, как и следовало ожидать, из дна торчат каменистые участки. Я всплываю под причалом. Ракушки и водоросли, словно оболочка, окружают сваи. Я оглядываюсь повсюду. С одной стороны, я хочу найти Кассиу, чтобы получить уверенность. С другой стороны, я ужасно боюсь вида, который может представить мне его раздувшийся труп.

Я хочу запомнить его таким, каким видела в последний раз. С этой мягкой улыбкой, в этом элегантном костюме и с аккуратно причёсанными волосами, которые обычно торчат взъерошенными.

Проходят минуты, пока я ныряю вдоль длинного причала или проплываю его, и кто-то подплывает ко мне. Уран.

Увидев меня, он стряхивает воду со своих вьющихся волос.

— Думаешь, он здесь?

— Без понятия. Но есть много возможностей, что его тело могло здесь застрять. Жуткая мысль.

— Я помогу тебе и поищу здесь сзади, а ты плыви вперёд, пока Жоаким не взбесился.

— Пусть спокойно стоит на пляже и взрывается. Может, солнце с этим справится, если он получит солнечный удар, — смеюсь я. Уран подхватывает мой смех.

— Я не знаю женщин, которые когда-либо так говорили о нём.

— Не рассказывай ему, а то опять рассердится. — Вообще-то, это не момент для смеха, но мне нравится