старался запомнить каждое движение. Отпечатать в памяти каждое мгновение.

Все что происходило дальше, было как во сне.

Встреча. Ночь. Разговор.

Разговор, после которого жизнь Старшего Инквизитора Его Величества уже никогда не будет прежней.

За этими мыслями Роланд Безродный и сам не заметил, как зашел внутрь Южного Пантеона, где его встретили и проводили внутрь. Лифт. Подъем. Мелькающий за стеклом водопад, и вот он уже у нужного кабинета.

С трудом собравшись с разрозненными мыслями, Старший Инквизитор тяжело вздохнул, набрал воздуха в легкие и постучал.

* * *

Рихтер неподвижно сидел на кресле и задумчиво смотрел на стоящего перед ним Инквизитора. Его доклад был длинным, подробным и весьма занимательным.

— Это точно? — уточнил Рихтер после короткой паузы.

— Более чем, господин, — отозвался Роланд Безродный, не поднимая головы, — я видел все это своими глазами, и слышал своими ушами.

— Что ж, ясно, — кивнув собственным мыслям, откинулся на кресле Рихтер.

— В таком случае, я соберу Инквизиторов и сам им все объявлю…

— Нет нужды, — безразлично отмахнулся Рихтер, — «Глас Императора» уже запущен.

— Запущен⁈ — полезли на лоб глаза у Роланда, — но как это… подождите… это ведь опасно…

— Риски просчитаны и признаны приемлемыми, — пожал плечами Рихтер, — мы ведь изначально не планировали сражаться с Маркусом силой. Так что твои слова ничего не меняют.

— Но ведь сила Императора не сработала на него! — упрямо заявил Старший Инквизитор.

— Да, но ведь она вернулась к тебе назад, верно? — мило улыбнулся Рихтер, глядя на сверкающую броню Инквизитора, — а значит наши изначальные расчеты верны. Более того, ты их подтвердил. Будь Маркус хоть как-то связан с Императором, клятва была бы нарушена, и ты бы потерял силы навсегда за эту атаку. Но ты не потерял, значит идти против него безопасно. Просто нужно делать это не физически.

— Но… но… это же просто манипуляция фактами, — нахмурился Роланд, — вы же слышали мой рассказ! Про Бореслава, про Императора, про…

— Я все слышал, — перебил его Рихтер, — ты проделал прекрасную работу, и мы все очень ценим твой вклад. Ты славно послужил Его Величеству, а теперь можешь идти.

— Хорошо… — качнув головой, вздохнул Инквизитор и развернулся в сторону выхода.

— Еще один момент, — окликнул его Рихтер, у самого выхода, — Инквизиторам сегодня предстоят очень важные и опасные задания, поэтому я прошу тебя не отвлекать их.

— Не переживайте, господин Рихтер, не отвлеку, — не поворачивая головы совершенно спокойным голосом произнес Роланд Безродный, — я и так не собирался возвращаться во Дворец, — произнес он, после чего сорвал с себя командирский значок в виде двух скрещенных мечей, бросил его на пол и молча вышел прочь.

Рихтер проводил это действие взглядом, совершенно никак не отреагировав.

— И ты его просто так отпустишь? — спросил его вышедший из соседней комнаты мужчина в безликом сером костюме.

— Да, а что? Никуда он не денется, — отмахнулся абсолютно спокойный внешне Рихтер.

— С чего ты взял? — спросил мужчина.

— А ты разве не заметил? Клятва с него не слетела даже после этого.

— Это да. Но разве это не значит, что он прав?

— Нет же, друг мой. Это значит, что сила клятвы куда крепче, чем боялись старые маразматики, — широко улыбнулся Рихтер, после чего повернул взгляд на своего друга в сером костюме и добавил, — готовь девчонку. Настал ее выход.

— Хм… я думал ты хотел подождать ответа от группы зачистки «Миротворца».

— Нет, сейчас самое время. Больше ждать нельзя, — покачал головой Рихтер, — мы изначально вступили в игру с опозданием и уже потеряли «Форт-Каплан». Теперь ускользнул и «Последний Оплот». «Миротворец» наш последний шанс.

— Это понятно, но вдруг отряд зачистки погиб? — поднял бровь мужчина в сером костюме.

— Очень на это надеюсь, — еще шире улыбнулся Рихтер, и, поправив галстук, добавил, — ведь я изначально не рассчитывал взять «Миротворец» силой.

С этими словами Рихтер повернулся к своему столу, нажал кнопку селектора и, дождавшись ответа, приказал.

— Выведи меня на главный экран. Я хочу сделать заявление.

Глава 19

Тьма провела меня через систему древ и, за считанные мгновения, вывела в нужную точку. Я открыл глаза, вдохнул приятный воздух и осмотрелся.

— Давненько я тут не был, — улыбнулся я и провел рукой по стволу пространственного Древа, которое вымахало уже под три метра.

А рядом с ним, величественно раскинув гигантские листья, возвышалась пальма. Та самая, которую мы «привезли» с Амелией.

— Прижилась, — хмыкнул я, оценив четырехметрового гиганта, ставшего отличным украшением внутреннего сада.

Дворик в целом выглядел очень аккуратным, ухоженным и чистым. Да и растений прибавилось. Причем все сорта подобраны так, чтобы уживаться рядом с весьма капризным и энергетически «токсичным» пространственным Древом.

Отличная работа. Поставить Ольгу присматривать за поместьем было хорошим решением. И внутренние дела квартала она ведет просто идеально. Что я могу понять по тому, что отсюда не поступало ни единой проблемы.

По крайней мере такой, которая бы требовала моего вмешательства.

Я бы с радостью полюбовался внутренним садом подольше, но шастанья по руинам и ночевки в лесу давали о себе знать, и от исходящего от меня аромата весь с таким трудом высаженный сад мог завянуть.

Поэтому я направился на винтовую лестницу, оттуда в свои покои, где принял душ, переоделся в чистую одежду и перекусил тем, что нашел в холодильнике.

Дальнейшим планом было исполнить долг ответственного Князя и разобрать накопившиеся на столе бумаги, хотя бы частично, но мое внимание привлек шум, на который я с радостью отвлекся. И дело вовсе не в том, что я не хотел заниматься скучными бумажками.

Совершенно нет.

Просто мне стало… любопытно, да. И я вышел в коридор, где громкие звуки стали более отчетливыми, как и сопровождающее их напряжение в воздухе, которое я мог ощутить даже отсюда.

— Тут всегда было так шумно? — задал я вопрос, покосившись назад на рабочий стол.

Но сидящий там попуг мне ничего не ответил и странно на меня посмотрел. А потом подошел к чернильнице, опустил туда клюв и… хотел бы я сказать, что он начал подписывать документы за меня, но нет. Он просто начал делать в них дырки, сбрасывая «отработанные» листы на пол.

Эх,