Нападение на нашу страну произведено, несмотря на то, что между СССР и Германией заключён договор о ненападении, и Советское правительство со всей добросовестностью выполняло все условия этого договора. Нападение на нашу страну совершено, несмотря на то, что за всё время действия этого договора германское правительство ни разу не могло предъявить ни одной претензии к СССР по выполнению договора. Вся ответственность за это разбойничье нападение на Советский Союз целиком и полностью падает на германских фашистских правителей.

Уже после совершившегося нападения германский посол в Москве Шуленбург в 5 часов 30 минут утра сделал мне, как народному комиссару иностранных дел, заявление от имени своего правительства о том, что Германское правительство решило выступить с войной против Советского Союза в связи с сосредоточением частей Красной Армии у восточной германской границы.

В ответ на это мною от имени Советского правительства было заявлено, что до последней минуты Германское правительство не предъявляло никаких претензий к Советскому правительству, что Германия совершила нападение на Советский Союз, несмотря на миролюбивую позицию Советского Союза, и что тем самым фашистская Германия является нападающей стороной.

По поручению Правительства Советского Союза я должен также заявить, что ни в одном пункте наши войска и наша авиация не допустили нарушения границы и поэтому сделанное сегодня утром заявление румынского радио, что якобы советская авиация обстреляла румынские аэродромы, является сплошной ложью и провокацией. Такой же ложью и провокацией является вся сегодняшняя декларация Гитлера, пытающегося задним числом состряпать обвинительный материал насчёт несоблюдения Советским Союзом советско-германского пакта.

Теперь, когда нападение на Советский Союз уже свершилось, Советским правительством дан нашим войскам приказ – отбить разбойничье нападение и изгнать германские войска с территории нашей родины.

Эта война навязана нам не германским народом, не германскими рабочими, крестьянами и интеллигенцией, страдания которых мы хорошо понимаем, а кликой кровожадных фашистских правителей Германии, поработивших французов, чехов, поляков, сербов, Норвегию, Бельгию, Данию, Голландию, Грецию и другие народы.

Правительство Советского Союза выражает непоколебимую уверенность в том, что наши доблестные армия и флот и смелые соколы Советской авиации с честью выполнят долг перед родиной, перед советским народом, и нанесут сокрушительный удар агрессору.

Не первый раз нашему народу приходится иметь дело с нападающим зазнавшимся врагом. В своё время на поход Наполеона в Россию наш народ ответил отечественной войной и Наполеон потерпел поражение, пришёл к своему краху. То же будет и с зазнавшимся Гитлером, объявившим новый поход против нашей страны. Красная Армия и весь наш народ вновь поведут победоносную отечественную войну за Родину, за честь, за свободу. Правительство Советского Союза выражает твёрдую уверенность в том, что всё население нашей страны, все рабочие, крестьяне, интеллигенция, мужчины и женщины отнесутся с должным сознанием к своим обязанностям, к своему труду. Весь наш народ теперь должен быть сплочён и един, как никогда. Каждый из нас должен требовать от себя и от других дисциплины, организованности, самоотверженности, достойной настоящего советского патриота, чтобы обеспечить все нужды Красной Армии, флота и авиации, чтобы обеспечить победу над врагом.

Правительство призывает вас, граждане и гражданки Советского Союза, ещё теснее сплотить свои ряды вокруг нашей славной большевистской партии, вокруг нашего Советского правительства, вокруг нашего великого вождя товарища Сталина. Наше дело правое. Враг будет разбит. Победа будет за нами!

(Выступление по радио Молотова 22 июня 1941 года)

С тех пор, как Александр видел Ташкент в последний раз, город явно похорошел. Вокзал был отреставрирован и приведен в порядок, в центре появились новые учреждения и дома, улучшилась дорожная сесть, работали фабрики и заводы.

От вокзала на извозчике проехали к тестю домой, где их встретила жена, вручили ей подарки, позавтракали на террасе и отправились в узбекский филиал Академии наук СССР, созданный при участии Ферсмана.

Академик оказался рослым, лет шестидесяти мужчиной, принял их радушно и, узнав, что Ковалев профессиональный военный да к тому же воевавший в этих местах, тут же согласился зачислить его в штат, а Поспелов познакомил с другими участниками экспедиции. В их числе были известный минералог профессор Щербаков, два геолога и горный инженер.

Через сутки самолетом вылетели в Ашхабад, где находилась база экспедиции. Ее целью являлось отыскание новых месторождений серы и других полезных ископаемых, в которых все больше нуждалась страна. Первые две группы уходили в Каракумы на верблюдах и лошадях, эта на механизированной тяге. В качестве таковой выступали два повышенной проходимости грузовика ГАЗ-АА с брезентовыми тентами. Для проведения изысканий имелось все необходимое оборудование, запас воды и продуктов.

В Ашхабаде к группе добавился проводник по имени Тайча, ранее служивший у Поспелова, бывшие пограничники получили на базе оружие – два маузера и карабин.

Из города выехали ранним утром, взяв курс на север, где в двухстах километрах в пустыне находилось ранее открытое Ферсманом месторождение под названием Серные бугры. Теперь в них закладывался завод, а изыскания продолжались.

Пройдя десяток километров по ведущей туда дороге, свернули на восток и углубились в пространства барханов[124]. Вскоре из-за далекого горизонта поднялось солнце, залив ярким светом безжизненную пустыню, кое-где расцвеченную бледными красками саксаула да верблюжьей колючки. Барханы сменились такырами, стали встречаться солончаки[125], на которых изредка мелькали ящерицы.

К полудню, сверяясь по карте, добрались до небольшого оазиса с десятком корявых акаций и старым пастушьим колодцем. Там немного отдохнули и подкрепились, долив в радиаторы воды, тронулись дальше.

Ближе к вечеру, когда зной спал, а золотой диск клонился к западу, полуторки оказались у развалин старого городища. От него осталась часть глиняной стены да основание крепостной башни. В тени разбили бивак, а когда на пустыню опустилась ночь и в небе замерцали звезды, из собранного саксаула развели костер, поужинали и сварили кок-чай[126].

– Интересно, что это за развалины? – прихлебывая из пиалы, спросил Ферсмана Ковалев.

– Полагаю, древнее согдийское поселение, – ответил академик. – Далеких предков таджиков с узбеками и туркмен. Населяли эти места в девятом веке до нашей эры и вели войны с Персией, которая долгое время не могла их завоевать, а порой даже терпела поражения, о чем свидетельствуют исторические документы.

– Совершенно верно, Александр Евгеньевич, – вступил в разговор один из геологов – таджик. – На этот счет у нас даже имеется легенда о пастухе Шираке.

– Интересно послушать, – оживились остальные.

– В 530-м году до нашей эры войска персидского царя Кира были побеждены в сражении с саками-массагетами под предводительством царицы Томирис. Персы не простили кочевников за эти поражения, и их новый