в зале, плаваю в бассейне до предобморочного состояния, когда не остается сил грести руками. Я надеюсь, что ничтожные мысли покинут меня. Однако ничего не меняется.

Каждый день перед сном я загадываю только одно желание. Мечтаю, чтобы Кайд вернулся ко мне.

Не помню, как доезжаю до дома. Прихожу в себя, когда остается сделать последний поворот и оказаться на центральной улице, где слева располагается наш семейный особняк.

Дворники работают на полную мощь, не справляясь с потоком воды. У дома Ригханов толпа.

Что происходит?

Я оставляю машину у ворот и бреду на звук доносящихся рыданий. Целая вереница траурных зонтиков тянется от ворот до самого входа в особняк. В горле образуется отвратительная кислота, из-за которой хочется прокашляться и выпить чего покрепче. Живот скручивает – это все стресс.

Спустя бесконечный десяток извинений мне удается пробраться к ужасающим воплям. За те двадцать пять секунд, что я шла, тысячу раз успеваю умереть и воскреснуть. Что-то случалось – это не догадка, а факт. Только бы не с Кайдом. Я готова отступить, простить, забрать проклятия, что обрушивала на него и Грейс обратно, только бы он был жив.

На ступенях дома сидит Мия – мачеха Кайдена. Ее дико колотит в объятиях Сары.

– Сестренка, посмотри на меня, пожалуйста. Я прошу тебя, Мия.

Сестра? Я чего-то не знаю?

Я уточню этот момент, но позже. Новость о смерти главы семьи затмевает ту, где выясняется, что Сара и Мия все это время были сестрами (об этом не знала только я).

Глава 14

Стейси

Всю ночь идет дождь. Ванкувер плачет вместе с уходом Рэймонда. После слов Мии у меня рухнул мир. Отец Кайдена и Зака не был для меня близким человеком, но известие о его смерти породило пустоту, глубину которой не в состоянии оценить ни один измерительный прибор. Я подумала о тех, кто рядом. Что, если мои любимые сегодня есть, а завтра их не станет? Почему мы не ценим тех, кто рядом?

На глазах слезы.

После своего возвращения я не пересекалась с Рэймондом. Кто знает, что мужчина испытывал в последние минуты своей жизни? Возможно, он болел или хотел поговорить с кем-то. Например, с сыном которого не оказалось рядом.

Я спросила у Мии, сообщили ли они Кайдену. Ни она, ни Зак не знают номер, местоположение Ригхана. Сердце сильнее сжимается от того, что Кайд не приедет на похороны своего отца. Не узнает, что его не стало.

Ступаю на стекла, разбитой минуту назад антикварной вазы, сделанной в традиционной китайской технике «ажурного форфора». Осколки ни в чем неповинной вещи вбирают в себя всю мою боль. Внутренняя ломка подкрепляется физически. Я не вижу на своих ногах порезы, в комнате слишком темно. Взбираюсь на подоконник. Обнимаю коленки и раскачиваюсь из стороны в сторону, вглядываясь в окно. Четыре месяца тьмы, а я все жду, когда же зажжется свет.

Извожу себя. Тешу надеждами, что Кайден вернется. Тайно проникнет в мою комнату и прижмет к себе. Как раньше… Только раньше никогда не повторится. Психу сейчас хорошо с Грейс. Я немного рада, что он пошел дальше.

Для каждого человека большой подвиг двигаться вперед, отпуская то, что было позади.

Со стороны я наверняка выгляжу, как душевнобольная. Слишком много разочарований. Разве не видно, что захлебываюсь в страданиях?

В глазах мутнеет от слез.

– Стейс? – Звучит изматывающий голос Ригхана в моей голове.

Я уже привыкла к нему. Он проигрывался до моего возращения в Ванкувер, на время исчезал, а после отъезда Кайдена появился вновь. Успешно ликвидирует мои нервные клетки уже пятый месяц.

– Стейс?

Обессиленно поворачиваю голову в сторону двери. Надо бы ее закрыть, чтобы не прибежал Терри. Пусть хоть один ребенок в семье будет психологически здоровым. На меня надежд нет, травм достаточно.

– Ай! – ступаю по стеклам, отвлекающих от мыслей о нас с Ригханом.

– Стейс?

– Прекрати! – Разговариваю сама с собой. – Я устала слышать тебя. Ты везде, Кайден! Везде!

Пролетаю мимо фантома и вваливаюсь в ванную. Благодаря подсветке зеркала я немного вижу помещение.

Может, нахрен это все?

– Уйди от меня, Ригхан! Просто уйди! – Выгоняю призрака прошлого, хватаясь за лезвие, что лежало на краю раковины.

– Убери. Лезвие. – Спокойный и такой реальный голос режет слух.

Не понимаю, как удается сохранять выдержку в такой ситуации. Какой-то диссонанс между творящейся внутри разрушающей боли и внешней безмятежностью, что я слышу.

Кайден

Она же не сделает это?

Поиграет на нервах и успокоится, верно? Наши отношения на этом и построены. Стейс так много всего делала, чтобы задеть меня. Сейчас – не исключение. Внутри тревожно, когда лезвие приставлено к запястью небезразличного мне человека.

Большие зрачки Рейвен пугают меня. Она что-то приняла? Что произошло, что малышка решилась на такой крайний шаг? Я бы на подобное ни за что не пошел. Почему Стейс так взбесилась, увидев меня? Мне казалось, что мое присутствие не должно вызывать раздражение. Не тогда, когда я появился впервые за столько месяцев.

Меня злит, что я не смог предотвратить всего, что происходит сейчас. Рейвен не пойдет на разговор.

– Кайд, я так устала.

– Стейс, – на выдохе делаю шаг. – Позволь… Я…

Ее нужно мягко отговорить от самоубийства. Рейвен должна прийти в чувства. Я могу забрать ее к себе, быть рядом, уложить на свою кровать и уйти в другую комнату. Дать кобре защиту. Она всегда может на меня положиться.

– Назад, Ригхан!

– Стейс, пойдем.

– Кайд! – Взрывается она, дергая рукой.

Рейвен мотает головой. На пол падает лезвие. Я тут же включаю свет и рвусь к ней. Стейс накрывает порез правой рукой в попытке остановить кровотечение. Рассеянный взгляд девушки мечется между мной и запястьем. Девушка поджимает губы и хнычет.

– Нет. Не плачь. Не вздумай плакать, кобра. Стейс, ты меня слышишь?

– Кайд. Кайд. Кайд, я не хотела. Боже, что теперь будет?

– Тише, тише.

Я оглядываю ее руку и понимаю, что пореза нет. Блядь, как же Рейвен напугала меня! Гребаная идиотка!

– С тобой все в порядке.

– Я порезалась. – Она поднимает большой палец вверх и смеется.

Дура! Придушил бы на месте за подобные игры!

– Ты правда реальный? – Малышка нежно касается моего колючего подбородка. Я закрываю глаза от любви, в которую хочу верить. Пусть хотя бы сегодня мое нахождение с Рейвен вытеснит боль от утраты отца. – Почему ты пришел ко мне?

Ноги сами привели к Стейс. Я не могу объяснить логику своего поступка.

– Кайден? – Ее мягкие волосы делают приятно всему телу,