— Теперь они мне гораздо нужнее, — ответил он, наклоняясь ко мне и не дожидаясь разрешения. Его губы требовательно накрыли мои, заставляя забыть всё на свете. Этот поцелуй был настойчивым, притягательным и пугающе глубоким.

Я оторвалась первой, чуть отдышавшись и стараясь сохранять равновесие в мыслях.

— Ты совсем не умеешь останавливаться, — прошептала я, чуть хмурясь.

— И не собираюсь учиться, — ответил он, не сводя с меня взгляда. Его голос был низким, будто урчание.

Некоторое время он смотрел на меня, словно обдумывая что-то, а потом, будто невзначай, спросил:

— Ты уверена, что не хочешь жить в моём мире? Там всё было бы проще. Спокойнее и для тебя, и для нашей малышки.

Его слова прозвучали с мягкостью, но в них читалась искренняя забота.

— На данный момент — точно нет, — ответила я без колебаний, не отводя взгляда. Я не знала как отреагирует богиня, если я поменяю мир проживания не исправив ту проблему, что тут существует. И рисковать моим последним шансом не хотелось.

Эрион замер на мгновение, затем кивнул, принимая мой ответ.

— Хорошо, — тихо произнёс он, проводя ладонью по моим волосам. — Я не буду настаивать, Ная.

Я улыбнулась, почувствовав, как его рука с лёгкостью возвращает меня обратно в его объятия. Я устроилась на его груди, слушая размеренное биение его сердца, и позволила себе расслабиться, наслаждаясь моментом тишины и покоя.

После того как мы наконец поднялись с кровати и позавтракали, Эрион подошёл ко мне, мягко взяв за руки.

— Мне нужно проверить, как дела с разломом, — сказал он, заглядывая мне в глаза. — Но я вернусь к тебе как можно скорее.

Я кивнула, стараясь скрыть грусть, но он сразу это заметил. Его ладонь нежно коснулась моего лица.

— Ная, — прошептал он, — я обещаю, что вернусь. А может и не один.

— Я знаю, — ответила я, улыбнувшись ему.

Его взгляд задержался на мне чуть дольше, а потом он поцеловал меня в лоб, словно закрепляя своё обещание, и вышел.

Мне стало немного пусто, но долго предаваться этому настроению времени не было. Сначала я полностью посвятила себя малышке: мы играли, смеялись, и её заразительный детский смех быстро вернул мне радость.

А потом я получила долгожданное известие — привезли игрушки, которые я заказала! Подхватив малышку, я отправилась к кормилице, и вместе мы разобрали коробки с милыми зайчиками, мишками и прочими фигурками. Я начала работать с игрушками, вливая в них магию и наполняя каждую особенным ощущением — любви, спокойствия, заботы. Это оказалось увлекательным, и я так погрузилась в процесс, что не заметила, как день подошёл к концу.

Вечером раздался стук в дверь.

Кормилица громко крикнула из кухни:

— Это, наверное, ко мне! — Но я уже открыла дверь и сразу же пожалела об этом.

На пороге стоял мужчина, высокий, с резкими чертами лица, и слишком знакомыми для того, чтобы я почувствовала себя комфортно. Внутри меня что-то сжалось, а в глазах мужчины вспыхнула едва заметная вспышка торжества.

— Вира Наэрия, — произнес он, сначала вежливо и даже учтиво. — Я искал вас. Это было нелегко, но, как видите, мне удалось.

— Рейст Маро'Таль, я не буду разговаривать с вами, пока моего мужа нет дома, — холодно ответила я, стараясь держаться уверенно. В голове мелькнула мысль, что, может быть, это даже к лучшему, что ни Каэл, ни Эрион сейчас не здесь. Кого бы я представила ему как мужа?

Он слегка наклонил голову, его глаза сузились.

— Мужа, значит? — сказал он, его голос стал ниже, грубее. — Хорошо. Тогда подожду. Но, думаю, нам с тобой есть что обсудить.

— Уходите, — сказала я, пытаясь звучать твёрдо. — Вам нечего делать в этом доме.

Его лицо исказила тень раздражения, он перешёл на угрожающий шёпот:

— Думаешь, сможешь прятаться за своим мужем? В тот раз тебе удалось сбежать, но больше не выйдет. Ты моя, Ная. Никому другому принадлежать не будешь.

У меня похолодело внутри. Его слова звучали как подтверждение всех моих предположений. Я сбежала не от хорошей жизни.

— Я повторяю: уйдите, — ответила я, изо всех сил стараясь сохранить самообладание. — У меня есть муж, и он непременно узнает обо всём, что здесь происходит.

Мужчина усмехнулся, его улыбка была кривой и неприятной.

— Он узнает, говоришь? Отлично. Посмотрим, как он отреагирует, когда я расскажу ему, как ты стонала подо мной. Что-то мне подсказывает, он вышвырнет тебя на улицу, как только услышит все подробности.

В этот момент я услышала шаги кормилицы, которая вышла из кухни, держа на руках малышку. Мужчина заметил их и замер. Его взгляд упал на ребёнка, затем на меня.

— Это твой ребёнок? — спросил он, его голос стал резким, как удар хлыста.

— Это вас не касается, вир, — ответила я, с трудом удерживая дрожь в голосе.

— Не касается? — его глаза вспыхнули гневом. — Это мой ребёнок, да? Скажи мне, Ная, это мой ребёнок?!

— Она не ваша, — отрезала я. — Это ребенок моего мужа.

— Не ври мне, неблагодарная тварь, — прорычал он, делая шаг вперёд. — Это моя дочь, я знаю это.

Малышка завозилась в руках кормилицы, и я поняла, что у меня остаётся всё меньше времени, чтобы действовать.

— Убирайся из моего дома, — сказала я, стиснув зубы.

Он поднял бровь, явно недоумевая, откуда у меня взялась такая твёрдость.

— Ты думаешь, что сможешь так просто избавиться от меня? — его голос был тихим, но угрожающим.

Но я каким-то чудом захлопнула дверь перед его лицом и повернула замок. Затем привалилась к двери спиной, пытаясь перевести дыхание.

— Ная... кто это был? — спросила кормилица, её голос дрожал от тревоги.

— Никто, кто заслуживает внимания, — ответила я, обнимая малышку, которая вдруг начала плакать. — Главное, что он больше не здесь.

Глава 21

— Пожалуйста, никому не рассказывайте об этом человеке, — попросила я кормилицу, чувствуя, как голос слегка дрожит.

— Вир решил, что это его дочь, но разве это возможно? — спросила она с недоумением.

— Невозможно. У ребёнка есть отец. Ты же сама говорила, как они похожи, или забыла уже? — кормилица хмыкнула, скрестив руки на груди.

— Нет, но...

— Никаких «но»! — отрезала она.

— О чём вы спорите? — раздался голос Каэла, который вернулся домой, слава богам.

Я не стала раздумывать, кинулась к нему на шею, обняла, крепко прижимаясь. Он обнял меня в ответ, напряжённо глядя в мои глаза.

— Что-то случилось, Ная? — спросил он серьёзно.

— Нам надо поговорить, — ответила я, и он сразу понял, что дело не терпит отлагательств. Кивнул, быстро увёл меня на кухню, а затем потянул за собой