имя Господа, пока я трахаю тебя до потери пульса, малышка. — Винченцо застонал, продолжая двигаться.

Одной рукой он крепко схватил меня за талию. Другой рукой он обхватил моё горло и сжал его. Я тяжело и прерывисто задышала.

— О, чёрт... Винченцо.

Я кончила так сильно, что увидела звёзды.

Он жёстко трахал меня, пока не кончил, погрузив свой член так глубоко, как только мог, и наполнив мою киску своей спермой.

Я тяжело дышала, когда он вытащил из меня свой член, и мы оба были скользкими от выделений и спермы.

И чёёёрт… я действительно могла бы к этому привыкнуть.

ГЛАВА 23

ВИНЧЕНЦО

В дни, последовавшие за нападением, моя решимость свергнуть дона Антонио и укрепить свои позиции, встать во главе, стала всепоглощающей. Мой кабинет превратился в штаб-квартиру, где все доступные поверхности были завалены документами, картами и стратегическими планами. Мягкий свет настольных ламп отбрасывал тени на стены, а в воздухе витал запах старой бумаги, чернил и едва уловимый аромат сигарного дыма, оставшийся после ночных посиделок.

Я проводил там бесчисленные часы, мой разум был острый как бритва, а решимость непоколебима. Я обдумывал каждую деталь, каждый возможный сценарий, каждый шаг, который мог предпринять дон Антонио. Я был сосредоточен, как лазер, движимый твёрдой решимостью защитить Изабель и закрепить своё положение.

Давление было сильным, но я справился с ним. Я был в своей стихии, используя все своё мастерство и хитрость, чтобы перехитрить своих врагов. «Купол» был в моих руках, и я не остановился бы ни перед чем, чтобы завладеть им и встать во главе. Дон Антонио совершил серьёзную ошибку, нацелившись на Изабель, и теперь ему придётся за это заплатить.

Я часами изучал финансовые отчёты, закодированные сообщения и отчёты о наблюдении в поисках неуловимого слабого места, которое могло бы привести к падению дона Антонио. Пьетро работал со мной в слаженном ритме.

Мне приходилось разрываться между кампанией за «Купол», защитой Изабель и поиском способа разоблачить дона Антонио, и это меня изматывало. Мои глаза часто были красными от недосыпа, а движения были продиктованы исключительно силой воли. Несмотря на растущее напряжение, я сохранял невозмутимое выражение лица, а мой разум постоянно просчитывал следующий шаг.

Мы с Пьетро были как хорошо отлаженный механизм: работали сообща, чтобы найти любое преимущество, которое мы могли бы использовать против дона Антонио. Я знал, что могу положиться на него, и вместе мы были непобедимы.

Однажды вечером, среди бумаг и планов, я наконец нашёл важнейшее доказательство, которое искал. В лабиринте финансовых отчётов и зашифрованных сообщений я нашёл необходимое мне доказательство: прямую связь между доном Антонио и убийством дона Сальваторе Мессины.

Раскрывать эту информацию было опасно, и действовать нужно было крайне осторожно.

Я подозвал Пьетро, стараясь говорить спокойно, но настойчиво.

— Пьетро, посмотри на это, — сказал я, протягивая ему документы. Пьетро быстро просмотрел страницы, и выражение его лица сменилось с сосредоточенного на смесь облегчения и беспокойства.

— Вот оно, — выдохнул Пьетро, глядя на меня снизу вверх. — Это то, что нам нужно. Но как нам это использовать, не вызвав ещё больший хаос?

Мы стояли в тускло освещённом кабинете. Нам нужно было действовать осторожно, но я также понимал, что мы не можем ждать. Дона Антонио нужно было устранить, и я был единственным, кто мог это сделать. Я посмотрел на Пьетро, и мы оба поняли, что наш следующий шаг изменит всё.

Мы обсудили потенциальных союзников, лучший способ представить доказательства и возможные последствия. Мы рассмотрели все варианты, взвесили все возможные реакции. Но мои мысли постоянно возвращались к Изабель. Её безопасность стала моим главным приоритетом, она не выходила у меня из головы.

Любой неверный шаг мог подвергнуть её ещё большей опасности.

— Я не могу допустить, чтобы с ней что-то случилось, — пробормотал я почти про себя.

Пьетро положил руку мне на плечо.

— Мы защитим её, — заверил он меня. — Но нам нужно сосредоточиться.

Когда я позволял себе думать об Изабель, я представлял себе будущее, в котором она будет в безопасности, вдали от теней моего мира. Часть меня тоже хотела увидеть себя в её будущем. Именно это видение двигало мной, давало мне силы преодолевать усталость и страх. Я знал, что с каждым моим шагом я становлюсь на шаг ближе к тому, чтобы не только сохранить своё положение, но и обеспечить Изабель безопасное и свободное будущее.

Я не мог позволить эмоциям повлиять на мои суждения, но и отрицать их я тоже не мог. Изабель стала для меня причиной бороться, причиной выжить. И я сделаю всё, что в моих силах, чтобы обеспечить ей достойное будущее.

Когда забрезжил рассвет, осветив окна кабинета бледным светом, мы с Пьетро окончательно определились с нашей стратегией.

Я был готов. Я никогда не был так сосредоточен и целеустремлён. Глубоко вздохнув, я отвернулся от окна и посмотрел Пьетро прямо в глаза. Мы были в одной лодке и вместе добьёмся успеха.

ГЛАВА 24

ИЗАБЕЛЬ

В тихие утренние часы я начала замечать едва заметные изменения в своём теле. Сначала я списывала тошноту и усталость на стресс, естественную реакцию на окружающую нас опасность. Но дни шли, а симптомы не исчезали.

Однажды утром Сара сидела рядом со мной, своим присутствием успокаивая меня в напряжённой атмосфере поместья. Я посмотрела на неё, и она, казалось, почувствовала моё беспокойство.

— Изабель, что случилось? — Спросила она мягким обеспокоенным голосом.

— Сара, я думаю... — начала я, моё сердце бешено колотилось в груди. Я заколебалась, подыскивая нужные слова. — Я думаю... Возможно, я беременна. — Глаза Сары расширились от удивления, но она быстро скрыла свой шок за робкой улыбкой.

Она взяла мою руку в свои и нежно сжала её.

— Ты уверена? — Спросила она меня. — Давай сходим в клинику и выясним наверняка. В любом случае, мы во всём разберёмся вместе.

— Да, давай, — кивнула я.

Мы сказали Винченцо, что пойдём за покупками, и эта ложь далась мне с трудом, но выбора не было.

Поездка в местную клинику была наполнена нервозностью и предвкушением.

Когда мы вошли, меня охватило волнение. Вот он — момент истины. Сара ободряюще сжала мою руку, и я глубоко вздохнула, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. Через час после того, как мне сделали анализ крови, пришли результаты.

И я была беременна.

* * *

Когда мы вернулись, Пьетро остановил меня в коридоре и сказал, что Винченцо хочет видеть меня в своём кабинете. Я кивнула и