этот раз не было бы ни притворства, ни напускной вежливости, это была бы открытая война.

Пути назад не было. Это был решающий момент: если бы Антонио догадался, что я собираюсь сделать, он бы нашёл способ помешать мне попасть на эту встречу. Я сообщил об этом лишь избранным, только тем, кому, как я точно знал, что могу доверять.

Дни, предшествовавшие встрече в «Куполе», о которой я просил, тянулись невыносимо медленно. Не помогало и то, что в моём доме словно поселились призраки.

* * *

Собираясь выйти из дома, чтобы отправиться на собрание, я остановился, чтобы поговорить с братом.

— Знаешь, если ничего не получится, тебе стоит уйти. — В ответ он приподнял бровь.

— Всё получится. — Сказал он, добавив, что никуда не уйдёт. Это почти заставило меня улыбнуться. Как и в старые добрые времена, мы были единой командой.

Я кивнул в ответ. Меня накрыла волна стратегического спокойствия, которая отодвинула на второй план все остальные чувства и дала мне стальной контроль, в котором я сейчас нуждался.

По дороге на встречу в «Купол» мы молчали. Я решил вести машину сам, чтобы все были готовы к войне, которая начнётся, если произойдёт наихудшее из возможных событий.

Встреча, как всегда, проходила в старых залах — большом здании, которое всегда было закрыто для публики. Несмотря на то, что здание называли «старыми палатами», оно выглядело относительно новым.

Я припарковался. Охранники у входа поприветствовали меня, когда я вошёл. Они знали, кто я такой.

Когда я вошёл в зону ожидания, при мне было досье. Согласно обычной процедуре, я должен был находиться в другом месте, так как сегодня мне нужно было представить дело. Это было сделано для того, чтобы я не мог заручиться поддержкой до начала заседания. За несколько дней до этого я попросил о встрече с членами «Купола», но, чтобы избежать проблем с Антонио, распространил ложную информацию о том, почему я хочу с ними поговорить.

Я ждал снаружи, пока не началось собрание, и вошёл только тогда, когда охранник сказал мне, что пришла моя очередь говорить. Я старался сохранять спокойствие, хотя моё сердце билось как барабан.

Главы сидел за большим столом, и, поскольку триумвират предоставил мне аудиенцию, я должен был встать, чтобы говорить, и сесть только после того, как начнётся обсуждение.

Я откашлялся и начал подробно рассказывать о роли Антонио в убийстве. Во время рассказа я передал им найденные доказательства, предусмотрительно подготовив копии для всех.

Я передал им копии финансовых отчётов, подтверждающие, что деньги перетекали от него к людям, совершившим убийство, а также зашифрованные сообщения между ними. Пока я говорил, в комнате воцарилась тишина. Доказательства, которые я привёл, могли бы не сработать в суде, но это был «Купол». Все здесь знали, как ведётся бизнес, и для них это было самым убедительным доказательством, которое я мог предоставить, не считая подписанного признания.

Тишина в комнате была подобна бури: все переводили взгляд с меня на передаваемые по кругу документы. Закончив, я поблагодарил всех и стал ждать их реакции. Мужчины пытались осмыслить то, что они только что услышали. Затем в комнате раздались гневные голоса, привычный порядок был нарушен, и все заговорили в один голос. Казалось, что каждому есть что сказать.

— Давайте сохранять порядок во время обсуждения! — Прозвучал голос одного из двух лидеров «Купола», заставив всех замолчать.

Я стоял и слушал их разговор. Доказательства, которые я привёл, были настолько убедительными, что никто не хотел выступать в роли адвоката дьявола. Они спорили о том, какое наказание назначить Антонио. Несмотря на это, моё сердце всё ещё бешено колотилось, а от адреналина, бурлящего в крови, мне было трудно стоять на месте. Я ввязался в это не только для того, чтобы наказать Антонио, но и ради места в триумвирате «Купола». Я хотел знать, получу ли я это место, если Антонио выбыл из гонки.

Члены Совета передали информацию своим людям, чтобы те перепроверили то, что я сообщил. И только когда их люди вернулись с совпадающими данными, мои слова были подтверждены. Я с облегчением выдохнул.

Наконец лидеры «Купола» вышли вперёд. Морщины на их лицах придавали им мрачный вид.

— Винченцо, твои обвинения подтвердились. Мы благодарим тебя за то, что ты сообщил нам эту тревожную новость, — сказал один из них.

Затем другой добавил:

— Голосование было единогласным, ты официально являешься членом триумвирата «Купола». Теперь мы должны найти дона Антонио, и тогда он предстанет перед судом. — Он произнёс слова, которые я отчаянно надеялся услышать.

Волна облегчения захлестнула меня, когда я поблагодарил его и руководство «Купола» за их решение принять моё новое звание.

Теперь мне нужно было сосредоточиться на предстоящих задачах, и единственный способ снова увидеть Изабель — это найти Антонио. Мне нужно было убедиться, что все принесённые мной жертвы того стоят.

* * *

Охота была трудной, как будто Антонио просто исчез.

Всякий раз, когда я получал информацию о его местонахождении, я добирался туда, но его уже давно не было.

Больше всего я ощущал отсутствие Изабель по ночам. Они были одинокими и бесконечными.

Я снова и снова прокручивал в голове момент, когда мы расстались, вспоминая, как она выглядела. Я ловил себя на том, что читаю её статьи и гадаю, как она там. Когда я увидел, как она работает, мне стало спокойнее. Это доказывало, что она в безопасности, как я и планировал.

Но я не мог не задаваться вопросом, каждый раз мучая себя, думает ли Изабель обо мне, находясь по ту сторону океана?

ГЛАВА 27

ИЗАБЕЛЬ

Я вернулась домой в Лос-Анджелес, в то место, куда, как я говорила себе, мне отчаянно хотелось вернуться. Однако что-то было не так.

Знакомые места, знакомые лица… всё казалось мне пресным. Я так долго мечтала вернуться в знакомое место, но я и подумать не могла, что к тому времени так сильно изменюсь.

Я была с друзьями, в окружении близких, но всё равно чувствовала себя одинокой. Дни тянулись без Винченцо, и это было невыносимо. Иногда я ловила себя на том, что смотрю на дверь, надеясь, что он вот-вот войдёт. Я чувствовала себя потерянной, как будто оказалась в пустыне. Я думала, что расстаться с Винченцо было самым трудным решением в моей жизни, но оказалось, что держаться от него подальше ещё сложнее.

Я пыталась убедить себя, что делаю это ради нашей безопасности, что это единственный способ помочь ему. Однако все эти причины