— Старейшины не разрешат. Проклятые будут скорее всего казнены. В них течет кровь врага.

— Но она же погибнет мам!

На этом месте я опять отключилась, а очнулась от дикой боли в голове.

— Успокоилась? — услышала я голос Ялы.

Кое-как подняла голову и поняла, что по лицу что-то течет. Автоматически смахнула рукой лезущую в глаза жидкость и увидела, что рука в чем-то красном.

— Кровь? — вырвался хрип из моего рта.

— Ты головой билась об стену, — ответила мне Яла, стоящая за кругом.

— Зачем? — кое-как сев на попу (до этого я лежала на земле), я с удивлением посмотрела на женщину.

— Твоя волчица, пыталась добраться до своего самца, — ответила Яла, и махнула рукой в сторону.

Я автоматически перевела взгляд за её небрежным жестом и ахнула.

— Тэрэ Аир!

Я вскочила на ноги, и меня сразу повело, а в голове словно взрыв произошел, пришлось обратно садиться на землю.

Подождав, когда пройдет боль, а перед глазами вместо темных пятен появится нормальное изображение, я подняла голову, чтобы убедиться, что мне не привиделось и ахнула.

Демон, почти голый, весь в крови страшных ранах был распнут на деревянном кресте, как Иисус Христос.

— Что это? Зачем? Отпустите! — закричала я, с ужасом рассматривая страшные раны на ладонях и ногах мужчины.

Боже, его прибили на какие-то деревянные штыри за руки и за ноги! Голова мужчины безвольно висела, кажется, он был без сознания, грудь его медленно вздымалась, значит он был еще жив. Хотя мне показалось, что после такой чудовищной пытки никто не выживает.

Я поползла в сторону демона, но преодолеть невидимую стену не смогла и просто уперлась в неё руками. Теперь я понимаю, почему волчица билась головой, она хотела спасти своего мужчину.

Я переводила взгляд на старейшин, которые теперь уже сидели на песке и смотрели куда-то перед собой. У меня сложилось ощущение, что им вообще на все наплевать. Одна только Яла была более-менее вменяемой.

— За что вы с ним так? Отпустите его! — попыталась донести я до женщины.

— Они сыновья нашего врага, — Яла махнула рукой в противоположную сторону, и проследив за её жестом я с ужасом увидела Даева. Он точно так же, как и Аир был прибит к деревянному кресту, деревянными штырями и был без сознания, — они проклятые, — продолжила женщина, — поработившие своего тотема. Когда-то их отец, пришел в наш мир, мы помогли ему слиться с его тотэмом. А он отплатил нам тем, что убил двоих наших детей и украл одну из старейшин. Он чудовище! Мало того, он еще и собственного тотэма поработил, и детей своих этому научил. Это противоестественно! Мы лишь восстановили справедливость!

Рассматривая ужасные раны мужчин, я даже не сразу сообразила, что они сейчас ничем не отличаются от обычных людей.

— Мы разъединили их с тотемами насильно. И если духи их животных захотят, то вернуться к ним, а если не захотят, значит такова их судьба.

Яла безэмоционально пожала плечами, будто дальнейшая судьба Аира и Даева её совершенно не трогала.

Я какое-то время переводила взгляд с одного мужчины на другого стараясь привести мысли в порядок и не начать истерить и орать на старейшин. Но у меня ничего не получалось. Я не понимала, как можно так жестоко наказывать мужчин не за их грехи, а грехи отца? Это же бесчеловечно! Такие ужасные пытки.

И тут я случайно поймала взгляд одной из девушек, она в упор посмотрела на меня, словно читала мои мысли и сначала я услышала насмешливый голос в свое голове:

«За что? Сейчас покажу!»

И после этих слов на меня огромным потоком посыпались картинки и образы из воспоминаний тэрэ Аира….

А очнулась я уже на кровати в доме Ли.

Она сидела рядом со мной со стаканом воды и пыталась меня напоить.

— Что случилось? — хриплым голосом спросила я.

— Ада отступила, — улыбнулась девушка, а затем отведя взгляд, пробормотала: — Мама говорит, что она забрала всё плохое.

— Плохое?

Взяв стакан из рук блондинки, я залпом его выпила и раскашлялась. Горечь была невыносимая.

— Это что было такое? — просипела я.

— Отвар для восстановления сил, ты несколько дней не ела ничего, а этот сбор трав очень полезный.

Я оглядела себя и поняла, что на мне надета очередная вышитая рубаха. Видимо Ли мне одолжила. Под ней я была голой, но чистой.

— Мы с мамой тебя обмыли всю, да переодели в чистое. А твою одежду я забрала. Перестирала, высушила и выгладила, — отчиталась мне девушка, и махнула рукой на сундук, что стоял рядом с кроватью. — Все тут.

— Спасибо, — улыбнулась я, и начала вставать.

Чувствовала я себя очень хорошо, но у меня почему-то появилось ощущение, будто я забыла что-то очень важное.

— Странно, я ничего не помню, — я потерла виски, пытаясь восстановить события, но в голове было пусто, и в тоже время тревожно.

— Это не страшно, я же говорю, Ада забрала все плохое.

Ли помогла мне одеться и начала рассказывать, про какой-то праздник в честь моего принятия тотема.

— Ты чувствуешь Аду? — вдруг спросила она, прервавшись, пока я натягивала сапоги.

— Не знаю, — я пожала плечами, и прислушавшись поняла, что волчицы как будто вообще нет.

Ли нахмурилась и посмотрела мне в глаза.

— Она практически слилась с тобой, я такого никогда еще не видела.

— Это плохо? — насторожено спросила я.

Она подскочила к своему сундуку и вытащив из него зеркало, сунула мне его в руки.

— Посмотрись.

Я глянула в зеркало и обомлела.

Мои черты лица немного изменились. Стали как будто резче и агрессивнее. Кожа побледнела. Но не это меня удивило. Глаза! Белки почти исчезли, зато радужки стали желтыми и увеличились на весь глаз, зрачки тоже стали визуально больше. Теперь я понимала, что значит волчий взгляд. Выглядело это жутковато.

Я провела пальцами по волосам, чтобы пригладить их, и почувствовала, насколько жесткими они стали. Но выглядели в то же время шикарно, так будто я только-только из салона красоты.

— Это наоборот хорошо, ты с Адой теперь одно целое, — улыбнулась мне Ли, когда я вернула ей зеркальце, и затараторила: — А теперь пойдем. Тебя там все ждут. Праздновать будем твое возвращение. Мы и не надеялись уже ни на что.

Ли схватила меня за руку и потянула из дома.

Выйдя на улицу, мы пошли вдоль дороги в сторону дома старейшин. Возле него столпилась, кажется, вся деревня. Тут были и мужчины, и женщины. Они были нарядно одеты и накрывали на столы.

Мне все