— Нет, — отрезаю я, допивая.

— Чертовка, — начинает Кейн, и я прищуриваюсь, но понимаю, что он не отступит, так что у меня нет выбора, кроме как объяснить почему, даже если это ощущается как жевать стекло.

— Нет, — говорю сквозь зубы. — Врачи Бутчера были такими же ублюдками, как и он. Меня не трогает никто, кроме того, кому я доверяю.

Его лицо напрягается, но он кивает. Я чувствую растерянность Зейна и Нео, но они молчат, пока Нео не нарушает тишину:

— Перевёл, — тихо бормочет он.

— Проверю, когда буду дома. И там должно быть всё до последнего, иначе я вернусь сюда, и сама похищу вашего брата, — предупреждаю, показывая на него пальцем.

— Я начинаю думать, ему бы это даже понравилось, — усмехается Зейн, разваливаясь на диване. — Можешь похищать меня в любой день. Только я не по ножам. О, и моё стоп-слово – «яблоки».

Подойдя ближе, я наклоняюсь через спинку, оказываясь прямо у него перед лицом. Его глаза расширяются, и вся бравада с него слетает, когда он переводит взгляд на мои губы.

— Я не пользуюсь стоп-словами, мальчик, — дразню я, а потом выпрямляюсь, оставляя его смотреть на меня. — Ладно, это всё, конечно, мило, но я домой. Я больше никогда не хочу видеть ваши рожи.

Кейн встаёт и преграждает мне путь.

— А что насчёт того, что остальные считают, будто мы связаны? Все наши враги пойдут за тобой.

— Пусть идут. Я за себя постоять умею, — я обхожу его, но он снова перекрывает мне дорогу, и я сдерживаю раздражённый вздох. — Отойди, Сай.

— А что насчёт крота? — спрашивает он, и я прищуриваюсь. — Чтобы добраться до меня так, кому-то внутри пришлось помочь. Значит, твой контракт ещё не закончен.

— Меня просили только вытащить тебя, — напоминаю я и достаю пистолет, который стащила из комнаты Зейна, прижимая его к подбородку Кейна. Его братья замирают, и в комнате словно падает температура. — Так что либо отойди, либо я уложу тебя и переступлю через твой труп. Я только что помылась, не заставляй меня мыться снова.

— Нео, что у неё по контракту? — спрашивает он, не отступая, несмотря на ствол у своего подбородка.

— Вытащить тебя и устранить тех, кто за этим стоит, — отвечает он, и мои ноздри раздуваются, когда Кейн победно ухмыляется.

— Это значит: Бутчер и любой, кто ему помог. Твой контракт всё ещё в силе, и, насколько я знаю, Карма, ты всегда доводишь контракт до конца, — его улыбка самодовольная. — Я распоряжусь насчёт спальни для тебя. Чтобы понять, кто крот, тебе придётся быть рядом и стать частью нашей организации.

— Я их убью, ты это знаешь. И любого, кто встанет у меня на пути, — рычу я, раздражённая тем, что он прав, но я связана долгом и контрактом ровно так же, как бы мне ни хотелось оказаться подальше от Кейна и его похотливых глаз, от которых со мной творится всякое.

Он прижимается губами к стволу моего украденного пистолета, целуя его. Мы оба понимаем, что он хочет, чтобы на его месте была я.

— Тогда убивай. Любой, кто посмел предать мою семью, заслуживает худшего. У тебя полный карт-бланш.

— Ты пожалеешь, что сказал это, — предупреждаю я, отводя пистолет и отступая на шаг. — Ладно. Я найду твоего крота, и когда найду, мы навсегда закончим, понял? — я смотрю на них. — Вы не лезете в мою жизнь и мои дела. Не делайте меня вашим врагом, Сай. Врагов у вас и так хватает.

Когда прохожу мимо него и выхожу из комнаты, я чувствую, как они пристраиваются рядом.

— Куда ты идёшь? Уже начинаешь? — возбуждённо спрашивает Зейн, и я бросаю на него хмурый взгляд.

— Нет. Собираюсь поесть, я, мать вашу, голодная, а потом поспать и, возможно, разнесу один из ваших до тошноты шикарных гостевых номеров.

— Я тоже голоден, — он вприпрыжку идёт рядом. — Кухня там.

Я в итоге их прикончу. Я прямо чувствую.

Мне пришлось, мать его, ехать на лифте до их кухни. Она занимает половину нижнего этажа. Промышленное пространство достаточно огромное, чтобы накормить армию, но, полагаю, она у них и есть. Сев напротив Нео, я продолжаю угрюмо сверлить его взглядом, пока Зейн суетится вокруг. Кейн сидит рядом со мной, уткнувшись в телефон.

— Ты вообще готовить умеешь? — спрашиваю я Зейна.

— Конечно. Я брал уроки у шефа с мишленовской звездой, — хвастается он, завязывая фартук на талии.

— Зачем? — с любопытством спрашиваю я.

— Она была горячая, — подмигивает он. — К моему несчастью, ей больше нравилось играть с едой, чем со мной, так что уроки я бросил, но готовить кое-что умею, так что не переживай.

— Ну конечно, — качаю я головой. — Ты проходимец, как про тебя и говорят.

— А что ещё говорят? — спрашивает он, глядя на меня. — Что у меня большой член? Могу показать, если хочешь проверить слухи.

— Если ты достанешь своё мясо и причиндалы раньше, чем я получу еду, я их отрублю, — предупреждаю я.

— Значит после, — он кивает и возвращается к готовке.

Ага, я точно их прикончу раньше, чем найду крота.

Ёрзая на стуле, я пытаюсь устроиться поудобнее, но ступни ноют, и это делает меня ещё более раздражённой, плюс я устала. После убийств и пыток мне хочется быть одной, а не в окружении горячих идиотов. Хотя бы, когда они молчат, на них приятно смотреть. Стоит им открыть рот, и мне хочется совершить ещё одно убийство.

— Почему ты так дёргаешься? — спрашивает Кейн, и я гляжу на него, понимая, что он следил внимательнее, чем я думала.

— Ноги ноют, — бурчу я, сверля его взглядом. — Я же говорила, что ненавижу ходить.

Не предупреждая, он подхватывает мои ноги и кладёт себе на колени, разворачивая меня на стуле, а потом накрывает ладонями мои ступни и начинает массировать.

— Я убью тебя позже, — выговариваю сквозь стон, когда он вдавливает пальцы.

— Значит, Бутчер мёртв? — спрашивает Нео, и настроение у меня портится. Я смотрю на него, и его глаза расширяются.

— Лицо у тебя