трон и следить, чтобы я был сыт, и я сдвину целые звездные системы ради ее счастья. — Его губы кривятся в злой усмешке, и мне интересно, не думает ли он о том, как бы все сложилось иначе, если бы он первым забрал меня с рынка.

Я бы, наверное, уже была в него влюблена.

Вместо этого он — злодей поневоле, мужчина, лишенный роскоши выбора.

— Убирайтесь. — Абраксас указывает головой и рогами на дверь. — Не вздумайте возвращаться сюда до завтра.

— Эм, вообще-то это мой, блядь, корабль, — говорит Хит, а затем Абраксас поворачивается к нему, и Хит вздыхает, поднимая вверх все девять щупалец, присосками наружу, в знак мольбы перед разъяренным драконом на своем корабле. — Черт возьми, я уже жалею, что подписался на эту хрень. — Он ругается себе под нос, отступая и утаскивая за собой своего визжащего компаньона в облаке жемчужных пузырей.

Один лопается и наполняет комнату его запахом, от которого я чуть не давлюсь.

Двери открываются, а затем со стуком закрываются.

Рюрик медлит.

— Увидимся в первый солнечный час. — Он поднимает руку, указывая на экран на стене, заполненный мешаниной цифр, символов и букв, которых я не понимаю. — Когда круглое лицо на этих часах достигнет самой верхней линии.

Я понимаю, о чем он говорит, щурясь на устройство. Понятия не имею, сколько времени это мне дает с Абраксасом. Но сколько бы его ни было, этого будет недостаточно.

— Это дает вам примерно двенадцать земных часов, или четверть джунгрюкианского дня. — Рюрик встречается со мной взглядом в последний раз, прежде чем развернуться и покинуть корабль.

Он не обязан был этого делать — давать мне время с Абраксасом. Сейчас вся власть у него, так же, как когда-то была у Абраксаса, и все же он не принуждает меня ни к чему большему, чем необходимо. Я уже опозорила его перед его родителями. Его двором. Его народом. Перед каждым разумным существом во всей Ноктуиде. Угх.

Я поворачиваюсь к Абраксасу, и все эти мысли вылетают из головы.

Если бы не Абраксас, у нас с Рюриком были бы совсем другие отношения.

— Я не хотела, чтобы он мне нравился… — начинаю я, и чувство вины захлестывает меня. Абраксас протягивает руку-крыло и проводит костяшками пальцев по моей щеке, а затем зарывается ими в мои волосы. Он опускает голову и прижимает меня к себе так, что мой лоб упирается в его, чуть ниже рогов.

— Я не сержусь на тебя, крошечная самка.

— Я позволила ему засунуть в меня пальцы. — Я чувствую себя как мой бывший, Мак, когда он признался, что трахнул девчонку, которую привел домой с курсов писательского мастерства. Они переспали, а потом всю ночь читали друг другу свои недоделанные научно-фантастические рассказы. А потом он сказал мне, что это была просто интрижка на одну ночь. Ой, да ладно. Я больше никогда не буду встречаться с парнем из магистратуры — особенно с тем, кто изучает писательское мастерство. Полагаю, я вообще больше ни с кем не буду встречаться, точка. Теперь я инопланетная порно-шлюха, прямо как Джейн.

Подождите. Инопланетная… порно… шлюха. И.П.Ш. Моя аббревиатура — И.П.Ш.(Прим. Пер. в оригинале Alien smut slut, A.S.S., т. е. задница)

Она будет безжалостно дразнить меня за это.

— Я не сержусь на тебя, крошечная самка, — повторяет он, и в его голосе слышится рычание.

— Не один раз, а дважды. Даже сегодня. — Я тяжело дышу, ожидая реакции, но в ответ получаю лишь очередное рычащее повторение той же фразы.

— Я не сержусь на тебя, крошечная самка. — Он отстраняется, красиво светясь на фоне стальных стен и стерильной мебели. Абраксас — дикое существо, которому не место в космосе. Каким-то образом нам придется заставить все это работать. — Связь с парой у Весталис известна своей силой.

Я бросаюсь ему на шею, и он обнимает меня крыльями и руками. Я никогда в жизни не была так счастлива и не испытывала такого облегчения, видя кого-то. Здесь мое место.

— А Присоскохвостый? — Его ворчание сотрясает все мое тело, до самых костей, и я съеживаюсь. Но я не перестаю его обнимать.

— Я не соображала. Рюрик — принц Весталис — бесил меня, указывал, что делать, говорил, что мне нужен сопровождающий, и всякую другую тупую херню. Я просто… — Я замолкаю, но мне кажется, что я лукавлю, поэтому продолжаю. Даже я сама не до конца понимаю свои действия с Офицером Хитом. — Он привлекательный, он милый, и он никогда не носит одежду…

— Ты не верила, что мы снова увидимся. Тебе было страшно. — Голос Абраксаса звучит на удивление мягко. Для того, кто только что узнал, что его пара изменила ему, он удивительно спокоен. — Я не смог защитить тебя, когда это было важнее всего.

— Ты был на охоте, — говорю я ему, отстраняясь, чтобы видеть его лицо. Его рот исчез во тьме его выражения. Он винит себя в том, что произошло. — У Весталис есть мегакорабль, способный уничтожать планеты, и целая армада. Что ты вообще мог сделать?

— Я мог бы держать свою самку рядом с собой в тот день, зная, что он ищет тебя. Оставить тебя одну в логове было моей оплошностью. — Выражение лица Абраксаса вспыхивает чем-то свирепым, а затем я снова оказываюсь на спине, и он прижимает мое тело к полу. Замечаю, что в этот раз он снова использует член для спаривания, но я не жалуюсь. Это мой любимый из его членов, хотя и с небольшим отрывом.

— Если бы ты был в логове со мной, это ничего бы не изменило, — говорю я ему, когда мы потом лежим вместе. Он свернулся калачиком на боку, а я сжалась в комочек рядом с ним, зарывшись в его горячую кожу и слушая фыркающие звуки, которые он издает, обнюхивая мои волосы. Чувствует ли он феромоны Рюрика? Он уже сказал, что чувствует, но мне все равно стыдно и неловко.

Ни одна из этих эмоций не приходит ко мне легко или часто. Однажды я бросила парня за две минуты до того, как мы выпрыгнули из самолета на нашем первом уроке прыжков с парашютом. Я не стесняюсь и не чувствую вины.

До этого момента.

Может, мне просто не было достаточно дела до тех, с кем я встречалась раньше?

Но сейчас мне, черт возьми, не все равно.

— На самом деле, если бы ты был в логове, ты мог бы погибнуть. Так было лучше.

— Разлука с моей парой — это тоже своего рода смерть. — Он берет меня за плечи своими