волчьего войска. Да, альфа помешался на девке, но теперь его тело нанизано на шпаги. Нико намеренно исказил факты: его солдаты захватили альфу, с которым он заключил договор о том, что волки уйдут с наших земель навсегда. Альфа был ранен, просил пощады, Нико проявил милосердие, к тому же, освободил город. Зверь мог ему солгать, ворчали другие генералы. Но не солгал же! Кто-то видит армию за стенами? Вервольфы ушли. Отступили. Они больше не угроза людям. Нам больше нечего бояться.

Нико даже пожаловали генеральский чин за спасение крепости и отличную тактику с пленением альфы. А что насчет девушки, что превратилась в волчицу? Так не было такого! Ерунда, люди не оборачиваются в зверей! Помалкивали даже те солдаты, что были на стенах и тащили меня и Теодрика через калитку в главных воротах. Наверное, не хотели прослыть безумцами. Ведь расскажи такое, кто поверит? Люди верят в свою правду, в ту, что хотят. А всех, кто думает иначе, выгоняют из крепости! Кому это вообще нужно?

Даже слух о том, что я помогала вервольфам проникнуть в крепость (уверена, тут не обошлось без козней Кэти, когда я сидела в темнице), быстро сменился на другой – я поспособствовала тому, чтобы мой жених пленил альфу. Во-первых, звери не захватили Крайтон, никто никуда не проник, во-вторых, позволил бы новоиспеченный генерал и дальше жить в своем доме предательнице?

В общем, тут даже ничего не пришлось изобретать, люди подхватили слухи и все додумали за нас. Оставалось только удивляться их фантазии. К тому же, в город как раз вернулись отряды Дорсана, рассказывая гораздо более интересную историю. Вроде как альфы Альянса передрались между собой за волчью невесту и все сгинули. Будто сам Владыка послал святую деву в помощь человеческой армии, восстановив справедливость. А где теперь та дева? Так вернулась в божественные чертоги, где ей и место! Храни Владыка ее невинную душу!

Если бы они знали правду, сильно удивились бы. И вряд ли бы улыбались мне столь открыто. Я действительно вернулась в дом Нико и первые дни даже опасалась выходить на улицу – вдруг кто-то из вернувшихся с фронта солдат узнает во мне ту самую святую деву! Но видимо, облик посланницы Владыки настолько оброс волшебным флером, что никто не догадывался, не мог предположить, что последняя волчья невеста живет среди них. Даже если бы кто-то ткнул в меня пальцем и сказал: «Это она!», ему бы посоветовали меньше налегать на брагу.

Поэтому я смогла выдохнуть на этот счет и выходить из дома. Первым делом я записалась в школу, собираясь научиться грамоте. Пока я оставалась в Крайтоне, мне было выгодно, чтобы никто не знал, кто я на самом деле, но я верила, что однажды это изменится. Тео придет за мной, и тогда я смогу рассказать настоящую историю. Я хотела ее рассказать. Хотела, чтобы наши потомки знали, кого благодарить за мир. А в том, что эти потомки появятся, сомневаться уж не приходилось.

Я узнала, что я в тягости спустя одну луну. Хотя, наверное, почувствовала еще раньше чутьем моей волчицы, а может, мне передалась уверенность Теодрика, что, уходя, он оставляет во мне частицу себя. Свою кровь и плоть. Нашего волчонка. Это была самая приятная новость за всю мою жизнь!

Я скрывала свое состояние столько, сколько могла, но мама все равно заметила: такое не скроешь от той, кто родила пятерых, и рассказала Нико. Кажется, его эта новость потрясла больше всех. Он не возвращался домой неделю, решал какие-то важные дела насчет защиты крепости. Но дело было в том, что защищать крепость было уже не от кого, а Нико все равно где-то пропадал, смиряясь с мыслью, что я жду дитя от другого мужчины.

После друг вернулся и предложил:

– Выходи за меня, Ева. – Он кивнул на мой едва округлившийся живот. – Я назову его своим.

Я с грустью покачала головой.

– Я не могу, Нико. По волчьим законам я уже жена Теодрика.

– Ты даже не знаешь, жив ли он.

– Знаю. Чувствую через нашу связь. Она иная, чем у людей, а я не человек больше. И мой ребенок тоже не человек.

– Я воспитаю его человеком. Заменю ему отца.

– Нельзя воспитать человеком волка, – вздохнула я. – Это только причинит ему много боли. К тому же, у него уже есть отец.

– Что если он никогда не вернется? – задал Нико вопрос, который в минуты тоски и тягостного ожидания задавала себе я сама.

Я знала, что Теодрик никогда обо мне, о нас, не забудет, но вдруг он не сможет? В такие мгновения меня охватывало отчаяние, потому что сейчас я жила ради этого. Ради встречи с ним. Но я говорила себе, что буду ждать столько, сколько понадобится. Ждать и верить. И если так получится, что мы в этой жизни больше не встретимся, я буду ждать его среди звезд.

– Возможно, – грустно улыбнулась я и погладила его по щеке. – Но мы не можем знать этого наверняка. Нико, я благодарна за все, что ты для меня делаешь, но, я считаю, тебе стоит идти своим путем. Оглядеться вокруг, выбрать ту женщину, которая будет тебя любить, и отпустить ту, которая ждет другого.

– Твою сестру? – хмыкнул он.

– Владыка, нет! Кэти тебе не подходит!

– Я так и думал, – рассмеялся Нико и тут же посерьезнел. – Нет, я ничего к ней не чувствую, а после того, как она выдала тебя, тем более…

– Мне было сложно ее понять, – выдохнула я, – но я поняла. Пойми и ты.

– Я позабочусь о том, чтобы она нашла себе хорошего мужа. Например, кого-то из моего отряда. Чтобы не давал ей забивать голову всякой ерундой.

– Желаю ему удачи и терпения! – Я прикусила губу, чтобы сдержать скепсис.

– Ева, – Нико все-таки нахмурился, – крайтонцы не поймут, если ты родишь без мужа.

– Меня это не пугает, – ответила я.

Очень скоро стало понятно, что у нас все равно не получилось бы никого обмануть. Потому что я вынашивала дитя не как человеческая женщина, а как волчица. Малыш появился на свет раньше, чем в Крайтон пришла весна. Наш с Теодриком сын.

Я помогала матери при родах, когда она рожала Арину и Патрика, видела, как иногда мучаются деревенские женщины. Поэтому волнение не обошло меня стороной. А учитывая, что мне предстояло привести в этот мир маленького вервольфа… Я обливалась холодным потом, когда представляла, что что-то может пойти не так, а спросить совета не у кого. Оказалось, зря волновалась. Боль была