осталось сил двигаться, поэтому я просто обняла его, стараясь почувствовать и запомнить его каждой частицей своего тела. Каждой частицей души.

Возможно, сегодня он посадил во мне семя, которое прорастет в нечто чудесное. А если нет, мне будет очень одиноко. Без него.

– Ты не передумаешь? – выдохнула хрипло.

– Так надо, Ева. Просто доверься мне.

Когда Нико вернулся, мы с Теодриком сидели на наших прежних местах, но мой бывший жених посмотрел на нас с такой злой подозрительностью, будто знал, чем мы занимались. Мне же было глубоко наплевать на его чувства, сердце болело от мысли о предстоящей разлуке с истинным. Я столько раз в прошлом представляла, что он оставит меня в покое, но теперь все внутри меня сжималось от боли и тоски. Какими бы разумными ни казались его доводы, я не хотела расставаться.

– Я уведу волчье войско с людских земель, подальше от Крайтона. Внушу им мысль, что мы и так победили. А после исчезну, – раскрыл свою часть плана Теодрик.

– Исчезнешь? – переспросил Нико, а я силой сжала пальцы на колене Тео. Мой волк даже не поморщился.

– Сделаю так, что стаи решат, что я погиб. Внутри них начнется борьба за власть, за место вожаков, им будет не до завоевания человеческих территорий. Затем я вернусь за Евой. – Его глаза сверкнули желтым пламенем. – И лучше тебе, Нико, все это время хорошо о ней заботиться.

– Я буду заботиться о ней, даже если ты, альфа, никогда не вернешься! – выплюнул Нико.

– Я вернусь, – поклялся Теодрик. – Рано или поздно я это сделаю.

– А стоит ли? – с вызовом бросил мой бывший жених. – Стоит ли подвергать ее опасности? Где вы будете жить? Если все вервольфы будут считать тебя мертвым, а люди не примут, куда вы отправитесь?

Тео нахмурился, будто вопрос Нико больно ударил по нему. Нам действительно не было места ни среди волков, ни среди людей. Пройдет не одно столетие, прежде чем обе стороны оставят свои разногласия и смогут заключить мир. Жить если не вместе, то хотя бы рядом. Когда, благодаря богам, появятся еще такие женщины как я, и мы сможем смешаться друг с другом, обрести любимых и семьи.

Мысль-воспоминание настигла меня внезапно, словно кто-то толкнул в плечо.

– Когда я была волчицей, я перенеслась на божественный остров! – призналась я.

– Перенеслась? – нахмурился Нико.

– Божественный остров? – заинтересовался Теодрик.

– Мыслями, конечно же. Я словно была там. Поначалу даже считала, что попала на Небеса. Но теперь поняла, что это место существует на земле. Это было домом волчьих богов, пока они не вознеслись и не соединились со звездами.

Мужчины выглядели так, словно я сказала, что теперь буду ходить на голове: своим признанием я потрясла их до глубины души. По лицу Нико я видела, что он сражается со своим недоверием и потрясением. Что ему очень хочется заявить, что я все это придумала, но при этом он не желает прослыть богохульником. Недоверие богу греховно. Даже если это чужие боги.

– Откуда ты это знаешь? – спросил он тихо и, закашлявшись, уточнил: – Это мог быть просто сон.

«Или просто бред», – повисло в воздухе невысказанное.

– Сначала я тоже так решила, но сейчас ко мне словно пришло осознание, что именно они мне показали. Новый дом для таких как мы.

– И где находится этот остров? А главное, как ты туда доберешься?

– На корабле по морю, – ответил за меня Теодрик. – Если предки показали тебе остров, значит, покажут и путь.

– Где вы возьмете корабль? – не унимался Нико.

– Это уже не твоя забота, – Тео бросил на него хитрый взгляд и повернулся ко мне. – Я обо всем позабочусь, моя луна. Ты, главное, береги себя, и меня дождись.

– Уже? – охнула я. – Ты собираешься уйти прямо сейчас?

– Медлить сейчас опасно, Ева.

Волки под крепостью, конечно. Но как же мне не хотелось его отпускать!

Я подалась вперед и крепко-крепко обняла его, осознавая, что мы долго не увидимся. Перед тем, как воссоединиться навсегда.

– Помнишь, я говорил, что не все люди ненавидят волков? – прошептал он мне на ушко. – Твой друг присмотрит за тобой, а мои друзья найдут для нас корабль.

– Ты мне настолько доверяешь, альфа Теодрик? – как-то спокойно спросил Нико. Он вообще выглядел так, словно со всем смирился.

– Да, и заметь, я доверяю тебе самое дорогое, что у меня есть – мою истинную. Мой смысл жизни. – Глаза Тео вдруг изменились, стали страшными, словно сквозь человеческую ипостась прорывалось волчье звериное нутро. – Если я лишусь смысла жизни, я приведу сюда столько вервольфов, что тебе ни одна крепость не поможет. Я сравняю все с землей. Поэтому в твоих же интересах, чтобы Еве было здесь хорошо.

– Я не наврежу Еве, – поклялся Нико, – и не позволю никому ей навредить.

– Вот и хорошо, – протянул Тео, поднимаясь.

Я подскочила следом, прижалась к его груди, не зная, что сказать. На языке вертелись пустые фразы: от «Не уходи» до «Я буду скучать», – но это все было не то. Не имело значения. Я знала, что нам нужно сейчас расстаться, чтобы потом быть вместе, но не могла заставить себя разжать пальцы.

Теодрик прошептал мне в макушку ласковое «любимая» и первым сделал шаг назад. Мои руки упали, а на мои плечи словно легла огромная тяжесть грядущего расставания. Я даже не повернулась, чтобы посмотреть, как он уходит. Понимала, что тогда брошусь ему в ноги и буду умолять взять с собой. Но кому от этого станет легче? Я верила, что он ощущает такую же тоску. Даже не верила – знала. Как и о его любви.

– Я позабочусь о тебе, – пообещал мне Нико, и я просто кивнула. Во мне не осталось сил на слова. Все они ушли на то, чтобы удерживать себя на месте.

Теодрик ушел, а спустя полчаса я узнала, что он покинул Крайтон. Мой любимый отправился выгрызать нам счастье.

Глава 15

Волчья армия покинула предместье Крайтона не так быстро, как хотелось бы. Очевидно, Теодрику пришлось отстаивать статус альфы. Я не могла знать этого наверняка, только догадывалась. Но то, что волки ушли, означало, что у него получилось. У нас получилось. Тогда в крепость смогли вернуться другие генералы. Армия Альянса покидала наши земли, и, по сути, все оставшиеся военные силы людей стекались обратно в Крайтон.

Тут началось самое интересное: Нико про меня не рассказал. В смысле, о том, что я вервольф. И вообще уменьшил мою роль в случившемся нападении, а затем – в спасении от