Можно идти. Ты переоденься и оставь вещи здесь, — Анин ручной чертик вручил мне фольгированный пакет, — ее вещи пусть здесь лежат. Адмирал должен чувствовать, что его пара на месте.

— Думаете, он преследовать меня будет?

— Я не думаю. Я знаю.

Совсем не весело улыбнулся он, и вышел за двери.

Пока я стаскивала с себя униформу, Аня рассматривала комбинезон, в который я должна была нарядиться. Судя по толщине ткани, он сядет на меня как вторая кожа.

Так и получилось.

— Если честно, я бы не стала рисковать, появляясь в нем на корабле вартанцев. Еще и все мои неидеальные выпуклости видны, — я взглянула на тяжелую грудь четвертого размера с торчащими сосками, выпирающий в районе пупка животик. Торчащую широкую задницу, толстые ляжки...

— Неидеальные? Да ты для них богиня красоты! Эти мужики знают толк в настоящих женщинах! — Аня, тоже обладательница пышных форм, подмигнула мне.

— Милый, ты ничего не спутал? Другой одежды не было? — подруга высунула голову за дверь.

— Эта ткань замаскирует ее запах. Быстрее!

— Я готова!

Услышав это, маршал вошел в кабинет и остановился так резко, будто в стену прозрачную врезался. А потом еще и выругался на своем тарабарском.

— Я же говорила... — Аня стала между нами, закрывая меня собой.

— Пахнет меньше, но выглядит... — простонал рогатый, хватаясь за голову.

— Я знаю, что делать!

Анька бежит к шкафу и достает оттуда синий рабочий халат, который, судя по всему, предназначался для уборщицы.

— Потому что Аню слушать надо было! — причитая, она отрывает бирки и встряхивает халатом в воздухе, — говорила, что не нужны здесь эти обезьяны, так нет же! «Пусть лучше здесь под присмотром будут, чем в городе женщин воровать», — копирует манеру разговора своего любовника, — И что? Под присмотром?

— Анья! — пытается оправдаться маршал, но Аня его будто не слышит.

— Не сбережешь мне подругу... — она грозит кулаком, и черт нежно касается его губами, смотря на эту фурию с такой любовью, что мне даже завидно становится.

— Сберегу, землянушка моя! Сберегу! Клянусь тебе, что сберегу! — громко, по маршальски обещает он, а после тихо добавляет, — если замуж не выдам.

— Замуж это хорошо! — теплеет Аня, — только нам порядочного, ответственного...

Эй, а меня спросить не хотите?

— Готова? — маршал бросает мимолетный взгляд на меня и открывает двери, за которыми уже нет ни одного вартанца. Да неужели все так серьезно?

Пока пробираемся на крышу через черный ход, Вилес идет впереди и инструктирует меня.

— Я отпустил команду. Корабль пуст и мы должны успеть, пока они не вернулись. Я молю, будешь сидеть в каюте. Все, что нужно, принесут. И двери не открывай. Иначе...

Он тяжко вздыхает.

— Занешь, а меня ведь свадебным генералом уже зовут.

— Почему?

— Потому что как не приведу на борт женщину, так начинается свадебный сезон у команды. Обязательно пара для нее находится.

— За меня можете быть спокойны!

— Ох, девочка. За тебя-то я как раз и переживаю больше всех. Слишком уж ты...ароматная. Но, если будешь делать, что я скажу, авось обойдется.

— Буду. Можете во мне не сомневаться! — сказала я, и тесный комбинезон треснул в районе пятой точки, — Ой!

Маршал разочарованно покачал головой и зашагал быстрее. Видимо, чтобы мой запах, ставший более ярким, его не отвлекал.

Мы сели в «такси», похожее на то, на котором добирались до «Грота» с Аней, только раза в полтора больше, чтобы рогами потолок не цеплять, видимо. Смотреть на ужасные махины, закрывающее собой почти все небо, было боязно, поэтому я всю дорогу пялилась в пол, стараясь не дышать и не двигаться. Я уговаривала себя, что на инопланетном корабле мне нужно пробыть совсем недолго, и как только команда грейзеров улетит, я смогу вернуться домой. А пока из всех зол в виде банка, гориллы и корабля с рогатыми, я выбрала меньшее.

Вилес вжался в стену, спрятав нос в кулак, и постукивал ботинком, явно нервничая не меньше меня. Но, когда за границами капсулы раздались тихие щелчки, он встал во весь рост, нажал комбинацию символов и мы оказались в залитом светом корабле инопланетян.

— Акм Вилес! — гортанный звук испугал меня на столько, что я подпрыгнула, но тут же пожалела, что не шлепнулась в обморок.

Перед нами стоял полуголый вартанец, бедра которого были обмотаны серой тряпкой, завязаной на свободный узел.

Маршал застонал, возводя глаза к потолку. А голый черт дернул руки вверх в приветственном знаке, и тряпка стала скользить, угрожая оставить вартанца без прикрытия.

— Капитан Жилем, почему вы находитесь на «Фламе?», — маршал заговорил со своим офицером на моем языке.

— Был на вахте. Только сменился, маршал!

— Так почему по отсеку шастаешь!

— Душ в нашем сломался. Пришлось здесь принять.

Этот Жилем хоть и докладывал маршалу, но глаза то и дело косили в мою сторону. А еще...треклятое полотенце окончательно развязалось, повиснув на его...кхм...

Я зажмурилась, чтобы не видеть этого, но ругань Анькиного черта, вынудила подсмотреть.

— Отставить, капитан! Даже не мечтай! — маршал распыляет какой-то газ, — прикройтесь, капитан!

И зачем в этот момент я слежу за руками капитана, что от сердца опускаются вниз, перехватывая ткань, висящую на...двух здоровенных членах.

Мать моя женщина!

Вот тебе и особенность.

А Анька-то у нас шалунья! Не абы кого в любовники выбрала.

— На пол! — кричит маршал, и я с перепугу шлепаюсь на коленки, и комбинезон издает громкий треск, стоит мне наклониться. Упс...Это от меня еще сильнее запахнет теперь? — Да не ты!

И рогатый одной рукой поднимает меня с пола. Как куклу тряпичную! Я бы, конечно, возмутилась таким обращением, но не в этой ситуации.

— Не сметь! — рычит маршал, и я замечаю лежащего на полу двучлена, да простит меня наша математичка! А дальше грохот из непонятных слов с еще более пугающей интонацией.

Смотрю на багровеющее лицо капитана, на его напряженные рельефные мышцы, и понимаю, что он вот-вот набросится.

— Беги! — маршал отшвыривает меня в сторону, и, падая на задницу, вижу, как два великана сталкиваются телами.

Мамочки! Куда бежать-то?

Мужчины борются, точно два смерча, врезаясь друг в друга. Маршал явно побеждает, но капитан не сдается. Даже рога у него длиннее стали. И половые органы тоже...И зачем я смотрю на это, божечки!

Оглядываю пространство корабля, но бежать особо-то и некуда. Тем более, от маршала отходить страшно. Мало ли кого еще встречу. Нет уж. Лучше я тут посижу.

— Атхина! — задыхаясь выкрикивает капитан, и Вилес, наконец, отправляет его в нокаут. Туша перевозбужденного мужчины с грохотом падает на пол, и члены, дернувшись пару раз на прощанье, тоже падают.

— Быстро!

Вспотевший от борьбы