оказалась в ее кабинете со стаканом воды в руке.

— Так. Сиди здесь. Сейчас Вилес приедет разберется с этими. Не выходи никуда, поняла? И это...переоденься.

Смотрю на рубашку с оторванными пуговицами и прикрываю грудь. Голова болит и кружится, а во рту сухо. Залпом осушаю стакан и по стеночке иду к душевой кабинке. Хочу смыть с себя пропитавший меня насквозь запах адмирала. Но горячая вода не помогает. Этот запах будто бы у меня внутри.

* * *

Дорогие мои! Я к вам с горячей историей! Борьба за Пышку разгорается нешуточная))) будет жарко!

Накидайте звездочек, пожалуйста! И комментов))) так я буду понимать, что история вам нарвится! Всем мужицкого дождя! Аминь!

3. Землянушка

Вместо того, чтобы наслаждаться процессом, когда вода сама по себе горячая и льется сверху, стоит лишь открыть кран, я беспощадно тру кожу, чтобы стереть с себя чужой запах. Лучше бы воду на костре грела и в тазу купалась, чем такие приключения. Кстати, дегтярное мыло из дачных запасов смогло бы перебить аромат горильей страсти. Но сама напросилась, а ведь Аня меня предупреждала. Надо бы у ветеринарши вакцину от бешенства попросить, мало ли какая у этой обезьяны зараза имеется. Фу! А он мне еще красивым показался.

Слышу, как вернулась Аня и тут же заканчиваю терзать свою несчастную кожу. Все равно не помогает.

— Ты мой сладкий землянушка! — раздается мужской голос с придыханием, и я вжимаюсь в мокрый кафель, — ты сегодня особенно пахнешь, женщина! Овуляция? Роди мне наследника, и я клянусь, заберу тебя с этой проклятой планеты!

Дверь в душевую распахивается и на пороге возникает высоченное лысое чудо со здоровенными рогами. Только они затормозили его в дверном проеме на пути ко мне.

— Аааа! — визжу со всей мочи, прыгая на месте.

— Аааа! — орет он, не сводя с меня глаз.

— Ах ты ж, рогатая скотина! Наследника ему!

Хватаю полотенце и луплю лысого по рогам. Тот уворачивается и убегает, но в дверях сталкивается с Аней.

— Анья, кто эта женщина? Анья, я не понимаю, почему она здесь, а не ты? — истерит он, чуть ли не на колени перед моей подругой падая.

— Вилес, спокойно. Это Энджи, моя подруга, — она гладит его по розоватой коже, а он виновато поскуливает.

— Аня, он мне наследника собрался делать! Что за сборище извращенцев, боже! Куда я попала? — ворчу, натягивая униформу, которая насквозь пропахла адмиралом. Ну не ходить же голой перед этим, тем более, что это чревато наследниками.

— Я думал это ты, Анья! Прости! Я готов объяснить!

— Не надо, Вилес, — моя подруга льнет к рогатому инопланетянину, прикрывая глаза от блаженства.

— Ань, ты мне объясни, пожалуйста, что происходит, — хлопаю глазами, глядя на эту сладкую парочку.

— Это маршал вартанцев Вилес.

Ну теперь понятно...Такси, улыбочки...Вот она причина! Маршал Вилес.

— Это тот, который должен был разобраться с грейзерами, а вместо этого решил сделать мне наследника?

— Нет! Я не имел в виду... — он продолжает оправдываться, но резко меняется в лице, — что они сделали на этот раз, Анья?

Рогатый вмиг из хлюпика превращается в грозного черта. Плечи раздуваются, розовая кожа наливается пунцом. Я даже прячу полотенце, которым его лупила, за спину, чтоб не дай бог, не вспомнил и не решил отомстить.

Подруга в подробностях сообщает любовнику о том, что произошло, и он тут же мрачнеет.

— Это плохо. Очень плохо, — резюмирует он, искоса глядя на меня.

— Почему?

— Грейзеры — варвары. Они живут по звериным законам. Если адмирал почувствовал в тебе пару, не отпустит.

— Да кто его спрашивать будет! — подрываюсь с места, потому что внутри закипает ярость.

— Или сама согласишься, или заставит.

— Ты что такое говоришь, Вилес?! — возмущается Аня, впервые отлипнув от него.

— Пахнет она слишком...ммм...у вас нет такого слова...не могу подобрать.

— Что значит, пахнет? Я им что, самка какая-нибудь?

— Ну да.

— Зашибись... — Аня достает из-под стола бутылку виски и, отбросив крышку, делает пару глотков с горла.

— Вилес, милый, может быть ты ошибаешься? Может, не в этом дело? — кривится от крепкого алкоголя.

— Ошибки нет. Даже я отреагировал. Прости, Анья! — и черт снова превращается в котенка.

— Так! Стоп! — Аня стряхивает с себя его руки, — ты должен ей помочь!

— Чем, Анья?

— Ты защищать нас прилетел? А? Или...

— Да, да! Но...

— Никаких но, маршал. Я знаю, что делать. Ты заберешь Энджи на свой корабль. Там горилла точно ее не достанет.

— Только не это, Анья! Моя команда с ума сойдет! Три сотни голодных вартанцев!

— Спрячешь ее.

— Она так пахнет... — Вилес с то ли с жалостью, то ли с ненавистью взглянул на меня, — что ее не спрятать.

— Он же ее в покое не оставит!

— Да понимаю я! Ладно.

Аня меняет гнев на милость и позволяет себя обнять.

— Спасибо! Я знала, ты у меня самый лучший!

Посматриваю на откупоренную бутылку виски и думаю, что мне бы тоже не помешало сделать пару глотков для храбрости. Три сотни, мать их, рогатых мужиков с переполненными яйцами. И как мне это воспринимать? Как наказание или как счастье?

— Ань, а водка есть?

— Мне нужно время, чтобы подготовить корабль к визиту землянки, — рогатый мазнул по мне взглядом, а после виновато скривился и вышел.

— Ань, ты не боишься меня с ним отправлять? Мне кажется, он немного неадекватно реагирует на мой запах.

— Я тебя умоляю! Любит-то он меня! — уверенно смахнула с лица волосы и расплылась в кресле руководителя, — да и тебя знаю. Ты ж пришибешь, если мужик не в твоем вкусе!

— Ну да...С горилой только не вышло.

— Вартанцы настоящие мужчины. Умеют держать слово. И...то, что в штанах.

Было бы неплохо...

Я вздохнула, прислушиваясь к усиливающемуся шуму сверху. Как раз там располагался бар, где сидела компания грейзеров. Ой, чует мое сердце неладное.

— Ань, он надолго ушел? Может забаррикадируем двери?

— Спокойно! Уверена, Вилес обо все побеспокоился. Она выводит изображение с нужной камеры на монитор и улыбается, — смотри! Приставил охрану к нам.

Увидев троих рогоносцев, легче мне не стало. Особенно сжималось сердце и кое-что ниже, когда каждый из них медленно подходил к двери и...принюхивался.

— Понаехали извращенцы рогатые!

— Да ладно тебе! Ты лучше присмотрись...мужика себе, может, найдешь, наконец. А то так и помрешь неудовлетворенная, — с видом повидавшей жизнь дамочки, Анька сделала еще глоток виски.

— Рекомендуешь? — отобрала у нее бутылку и глотнула противную жгучую жижу.

— Вартанцы — это что-то, дорогая! — мечтательно растеклась по столу, — есть у них одна особенность...

— Анья!

Маршал, ну как же ты вовремя!

— Все готово.