воют, когда родители гоняются за ними. Качая головой, я машу тем, кто приветствует меня, готовая к своему рабочему дню.

Большинство работает здесь в стае, чтобы сохранить нашу землю и людей. Мы здесь процветаем благодаря нашим собственным источникам пищи и воды. У нас есть охотники и следопыты, защитники и кормильцы. Есть также те, кто выходит в мир, чтобы зарабатывать нам деньги и поддерживать связь. Я являюсь смесью того и другого из-за своей позиции бета. Я помогаю стае работать и на стороне альфы, что часто означает покидать безопасность нашей земли ради встреч с другими стаями или контролировать бизнес, которым мы владеем за пределами этой страны, что позволяет нам оставаться автономными и защищенными.

По нашим землям разбросано жилье для стаи. У нас действительно есть один большой дом стаи, в котором живут альфа и его пара, а также любые несвязанные самки и беты, если они захотят, но большинство решает построить свой собственный дом где-нибудьна земле. Я оставалась в доме стаи, пока мне не исполнилось восемнадцать, а затем с помощью стаи построила здесь свой собственный кусочек рая.

Именно туда я направляюсь сейчас, нуждаясь в утешении в моем тихом месте, прежде чем остальная часть стаи узнает, что произошло. Я уже чувствую, что в воздухе витает ожидание. Они хотят посмотреть, появилась ли у меня пара, несмотря на то, что мой запах не меняется. Волки спариваются на всю жизнь, и для беты, соперничающей за альфу, важно, кого я выберу.

Это не значит, что я не развлекаюсь и не валяю дурака. Волки по своей природе сексуальные существа, и секс для нас так же нормален, как охота, как утоление первобытного зуда. Однако спаривание при полной луне, когда вы связываете свои души, - это то, против чего я категорически выступаю. Я хочу постоять за себя как альфа, прежде чем рассматривать что-либо подобное. Рассуждая логически, я знаю, что однажды мне придется спариваться, но прямо сейчас у меня есть мечты посерьезнее, чем быть связанной и вынужденной рожать щенков.

Все мои мысли отвлекают меня настолько, что я быстро добираюсь до своего дома, ноги сами несут меня по знакомым тропинкам, даже без указаний. Грунтовая тропинка проходит между деревьями естественным изгибом, чтобы не нарушать природу. По обе стороны растут полевые цветы, а кролики разбегаются при виде меня и моего запаха. Я застываю на мгновение, с мягкой улыбкой оглядывая свой дом.

Он построен на берегу озера. Большинство волков держатся дальше вглубь материка, но я выбрала этот специально. Волны плещутся о галечный пляж перед моим маленьким домиком. Остроконечная крыша устремляется в небо, панели на ней улавливают солнечные лучи и используют их для получения энергии. Голубая вода зовет меня, а небо становится красно-оранжевым.

Запах деревянного коттеджа проникает в мой нос, когда я подхожу ближе. На круглой веранде установлены качели и массивное кресло egg, в котором я могу расслабиться, когда мне нужно отвлечься от маниакальной стороны жизни стаи. Это кричит о комфорте и доме.

Солнечные фонари висят опущенными, выключенными теперь, когда солнце взошло, но из трубы идет дым, давая мне знать, что кто-то из стаи, вероятно, омега, был здесь, чтобы убедиться, что все готово для меня. Дверь открыта, как и в большинстве здешних домиков. Мы умеем уважать частную жизнь, и никто не потревожит бету в ее гнезде без крайней необходимости.

Однако альфа не испытывает подобных угрызений совести, и я вижу его согнутую спину, когда он склоняется к огню, когда я захожу внутрь. Кухня открытой планировки соединена со столовой и гостиной. Несмотря на небольшие размеры, здесь уютно и тепло, все оформлено в фермерском стиле с синими и желтыми тонами, глубокие диваны, огромный телевизор и книжные шкафы по обе стороны. Мягкие желтые занавески развеваются на ветру. Наверху справа находится лофт с моей спальней и ванной. Там есть все, что мне когда-либо могло понадобиться. Альфа позаботился об этом.

— Я не знала, что ты выполняешь работу омеги. Я чувствую себя польщенной. — Я ухмыляюсь, заходя внутрь с грязными ногах. На этих стенах больше одного следа от когтей, и грязь меня все равно никогда не беспокоила. Это мой дом, мое пристанище, мое святилище, и он единственный, кто когда-либо осмеливался входить без разрешения.

Это его стая и его земля, а я его бета…

И его дочь.

— Знаешь, даже будучи бета, ты должна проявлять уважение к своему альфе, — бормочет он, выпрямляясь и неуклюже направляясь к деревянному стулу, стоящему у камина.

Я сажусь в такое же кресло напротив него и улыбаюсь ему. У него широкое квадратное лицо, красивое даже в преклонном возрасте. Вокруг его глаз и рта теперь залегли морщины, которых не было несколько лет назад. На лбу у него грубый шрам от жестокого соперника, который однажды пытался снять с него скальп. Его волосы сейчас седеют, но в них есть пряди того жженого янтарно-каштанового цвета, на которые я слишком долго смотрела в детстве. Его карие глаза добрые и знакомые, но его огромное тело кричит о силе, как и его альфа-взгляд - сила альфы. Когда-то я не могла выдержать этого, как и все остальные, но по мере того, как я росла и обретала свои силы, росла и моя способность смотреть ему в глаза. Однако я слегка опускаю свою из уважения, и он издает волчий звук.

Альфа Чан - хороший, добросердечный человек, который всеми способами борется за свою стаю. Он также самый страшный и могущественный альфа в этом мире, но в свои двести лет он приближается к пенсионному возрасту.

Есть только два способа, которыми альфа уходит в отставку - либо он уходит в отставку, назначая альфу, либо его убивают. Я знаю, чего я хочу добиться.

Я не думаю, что смогла бы пережить его потерю, даже если бы это означало, что я никогда не получу должность, которой так жажду, зная, что могу руководить так же хорошо, как и он, и желая, чтобы он гордился мной.

Я ухмыляюсь. — Большинство боится тебя, а я нет.

— Ты никогда этого не делала. — Он фыркает. — Это доставило тебе больше неприятностей, чем что-либо другое.

Смеясь, я смотрю на языки пламени, между нами простирается уютное одеяло тишины. У нас всегда было так. Он немногословен, и когда он говорит, все слушают, так что он здесь не просто так. Мне просто нужно переждать. В юном возрасте я научилась не торопить его и поняла,