с кем не общался, но и не препирался, и на этот раз без споров и торгов отправился за Бунко, стоило только Шину об этом попросить.

– Так-так-так, всё собрали, – цокала языком Бунко, оглядывая слитки и шкатулку с нитью жизни. Достала из рукава склянку с белым порошком и поставила на стол рядом с остальными ингредиентами. – Кость обезьяны я смолола и заговорила, добавишь её и нить в металл, когда будешь руку ковать. Но я тут подумала. Рука-то хорошо, да вот крыльев у вашего тэнгу нет, а стало быть, он не целый. – Она хихикнула.

У Мико внутри всё оборвалось.

– Ты «подумала»?! – гаркнула Кёко, бросаясь на Бунко, но Такая перехватил её поперёк талии. – Что значит – ты «тут подумала», ведьма?!

– Я нечасто имею дела с крылатыми, так что как-то упустила этот нюанс, – развела руками Бунко.

– И что? Нам надо из чего-то собрать ему крылья? – цыкнул Макото. – Или у кого-то оторвать и пришить? – Он красноречиво покосился на Акиру, тот ответил ему холодным взглядом, но крылья за его спиной исчезли.

Бунко захихикала и ногтем постучала себя по подбородку, голова её взлетела, отделяясь от шеи, кувыркнулась и вернулась на место.

– Если бы хоть что-то осталось от его крыльев, это могло бы сработать…

Мико встрепенулась:

– Есть перо! Юри!

Юри подпрыгнула и стрелой вылетела из комнаты. Бунко хмыкнула, как показалось Мико, немного разочарованно.

– Перо из его крыльев, оно же сработает?

– Может быть, может быть, – протянула Бунко, а потом обвела взглядом комнату. – Вы все меня раздражаете, особенно ты. – Она ткнула ногтем в Кёко. – Оставьте-ка нас с Мико наедине.

Кёко собралась было возмутиться, но, встретившись взглядом с Мико, тут же остыла и потащила Такаю к выходу. Остальные, замешкавшись, тоже покинули комнату. Бунко медленно провела ногтем по столу и остановила указательный палец напротив шкатулки с нитью Хотару. И в этот миг Мико совершенно чётко поняла, что удары на сегодня не закончились.

– Ты же помнишь о нашей сделке? – проворковала Бунко. – Я дала тебе заглянуть в своё зеркало, а взамен попросила кое-что. – Она посмотрела на Мико и продолжила нараспев: – Ты дашь мне что-то, что будет полно твоего счастья или твоих слёз. Думаю, эта чудесная ниточка вполне подойдёт.

Ноготь ударил по шкатулке, а Мико будто дали пощечину.

– Нет, – выдавила она, понимая, к чему клонит Бунко.

– Такой ответ не принимается, – покачала головой та. – Проглоченный кандзи выжжет тебе внутренности, если ты нарушишь сделку.

– Выбери что-то другое. – Мико трясло, и она схватилась за край стола, чтобы хоть как-то удержать себя от падения. – Что угодно.

Бунко положила локти на стол, голова отделилась от тела и легла на сплетённые пальцы.

– А разве ты можешь что-то мне предложить? Я думала забрать твоё дитя, но гляжу, ты уже сама успела от него избавиться.

Мико поняла, что задыхается. Она пыталась не подать виду и держать себя в руках, чтобы отразить удар Бунко, но воздух отказывался пробиваться в лёгкие, сердце колотилось, сотрясая тело, комната закачалась. Мико нечего было предложить.

– Я не знаю, возьми мою душу… – Она зажмурилась.

– Душу? – Бунко захихикала. – Ту жалкую половинку, что у тебя осталась? Да кому она нужна.

Мико вскинула на неё удивлённый взгляд, пытаясь рассмотреть улыбающееся лицо сквозь пелену мушек.

– Так ты знала?

– Узнала. Когда посмотрела в зеркало, перед тем как прийти сегодня. – Бунко отмахнулась. – Но если это всё, что ты можешь мне предложить, то я остаюсь при своём. Отдай мне нить.

– Дай мне время подумать, – выпалила Мико. – Я найду, что тебе предложить. Но прошу, не трогай Райдэна, не отбирай шанс его вернуть.

Бунко тяжело вздохнула и заботливо похлопала Мико по ладони.

– Только потому, что ты мне нравишься. – Она закивала, старательно изображая сочувствие. – Даю тебе время до рассвета.

– Посто…

– Нет-нет! – Она вскинула руку, призывая Мико замолчать. – Только до рассвета. Но если ты придумаешь что-то раньше, не бойся меня разбудить. Кёко выделила мне комнату наверху.

Мико выдернула руку из её пальцев, вскочила и направилась к двери. Распахнула сёдзи и едва не налетела на Юри, которая сжимала в руках шкатулку.

– Юри принесла пёрышко господина Райдэна, госпожа, – пропищала она, поднимая шкатулку над головой.

– Положи на стол, – бросила Мико и выскочила в коридор, вытирая текущие от злости слёзы. Больше всего хотелось вернуться и изрубить Бунко мечом, но Мико сдержалась. Без неё они не закончат заклинание и не помогут Райдэну. Впрочем, если Мико отдаст нить, то заклинание тоже закончить не удастся. Ладно. Мико влетела в свою комнату и захлопнула дверь. Раз Бунко дала ей время до рассвета, она будет думать. Если ответ не устроит Бунко, расскажет обо всём остальным и они вместе будут решать, что делать. Главное, чтобы Кёко не сорвалась и ведьма дожила до момента, как Райдэн придёт в себя.

Мико достала из шкафчика письменные принадлежности, зажгла свечу и занесла кисть над бумагой. Она не сдастся так просто, не тогда, когда так близка к цели, не тогда, когда стольким пожертвовала. Бунко хочет плату? Отлично, она её получит, но на тех условиях, что поставит Мико. А потом Бунко вернёт ей Райдэна и, если повезёт, уйдёт живой. Проклятая ведьма.

Мико обмакивала кисточку в чернила, заносила над бумагой, возвращала обратно в чернильницу и снова замирала над чистым листом. У неё ничего не было. Искусав губы до крови, она наконец вписала первым пунктом списка «родительский дом». В нём она много плакала. Но вряд ли Бунко согласится на что-то подобное. «Меч принцессы Эйко», её меч. Уже лучше, может быть, ведьма не откажется от лезвия рассекающего заклинания. Правда, из-за него Мико ни смеялась, ни проливала слёз, но лучшего варианта у неё не было.

Время шло, новые пункты не появлялись, и Мико не заметила, как заснула прямо за столом, устроившись щекой на высохших кандзи и выронив кисточку из ослабевших пальцев.

Проснулась от шуршания простыней. Мико открыла глаза, но была такой уставшей, что тут же закрыла снова, увидев Юри, которая подтаскивала к ней футон. Не раздеваясь, Мико заползла на него, и Юри накрыла её одеялом.

– Юри очень хочет, чтобы госпожа улыбалась, – тихо бормотала она. – Юри не хочет, чтобы госпожа плакала.

– Я тоже не хочу плакать, Юри, – сонно проговорила Мико, подняла край одеяла, и Юри с готовностью нырнула ей под бок. – Когда мы вернём Райдэна, станет легче. Я больше… не буду… плакать, – последние слова Мико выдохнула едва слышно, снова проваливаясь в сон.

Юри обняла её за шею и прошептала на грани слышимости:

– Юри