он, притягивая меня к себе за запястье.

В самом деле они мне были нужны, я прижалась к теплой груди, медленно обхватывая его руками. Он пах уютом. Мне нравилось. В его присутствии не хотелось спрятаться и тихонько сидеть, как было с Мэйсоном. С Арчи было спокойно.

– Лукас не писал? – спросила я, немного отстраняясь.

– Да, он добрался, все окей.

Лукас полетел в Огайо к двоюродной сестре, но обещал, если вернется раньше, то заглянет к нам. Но вряд ли он успеет до конца каникул.

Мы с Арчи разговаривали, шутили, он рассказывал про академию и свой первый курс. Я хохотала до слез и коликов в животе.

Арчибальд скользнул по мне взглядом.

Вокруг нас внезапно вспыхнули светильники красным. А это значило только одно – страсть. Светильники-настроения, оставшиеся с прошлой вечеринки, наполнились магией и теперь считывали наши эмоции. Со стороны Арчибальда ярко-красный, а рядом со мной почти оранжевый. Цвет сомнений, неуверенности, он точно не знал, в какой превратиться: красный или желтый.

– Ро-Ро, – прошептал он хрипло.

И от этого звука, светильник позади меня определился, становясь краснее всех остальных.

Арчибальд приоткрыл губы и тихо рассмеялся. Я тоже не удержалась и хихикнула, чувствуя себя неловко и не зная, куда деть руки, ноги, всю себя.

– Нервничаешь? – с улыбкой спросил Арчибальд.

– Нет, с чего ты взял? – Я прикусила губу.

– Ты вцепилась в меня до побелевших костяшек, Ро-Ро, – прошептал он мне на ухо. – Хочешь?

– Хочу, – едва слышно ответила я.

Он притянул меня к себе. Я не отрывала взгляда от его губ, пока он медленно сокращал расстояние между нами.

– Можно? – спросил он, а я от волнения кивнула несколько раз.

– В прошлый раз ты не спрашивал. – Я опустила взгляд.

– Теперь спрошу. – Он приподнял пальцами мой подбородок, медленно очертив его по кругу.

И после этого его губы обрушились на мои в тягучем, но головокружительном поцелуе.

– На вкус как мечта, – прошептал он, почти не отрывая губ. – Я думал о тебе.

– Часто? – шепотом спросила я.

– Чаще, чем ты можешь себе представить. – Он выдохнул, заглушая фразу поцелуем.

– Угу, – я хмыкнула ему в губы.

– Когда просыпался… – Он поцеловал уголок моего рта. – …Когда заваривал кофе… – Скользнул влажными губами по щеке. – …Когда принимал душ, стоя под обжигающе горячим потоком… – Со стоном прикусил мочку уха. – …Когда задавали вопросы про спектакль… – Вернулся к губам, тяжело дыша.

Я подумала о других его пассиях. Почему он пытался выделить меня как особенную? Но, если честно, мне стало совершенно плевать, что я не одна такая, пока его руки блуждали по моему телу, а я таяла под градом огненных поцелуев.

Пожар разгорался быстро, поглощая каждую клеточку. Дыхание перехватывало от каждого прикосновения, а между ног становилось очень влажно.

Мне понадобилось все самообладание, чтобы мягко оттолкнуть его, положив руки на грудь.

– Я не стану настаивать, – сказал он, пригладил волосы, лег на кровать и раскинул руки в приглашении для объятий. Я опустилась на его грудь, а он крепко меня обнял.

– Спасибо, – прошептала я.

– Спасибо тебе, Ро-Ро, у тебя замечательный дом, и сама ты чудесна.

Он почти невесомо поцеловал меня в висок, и я уснула.

* * *

Каникулы пронеслись быстро. Лукас к нам не успел, зато заглянула Энни и просто покорила своей прямолинейностью Грейс.

В последний вечер дома она намешала всем по коктейлю, а для Хизер постаралась над авторским лимонадом с кулинарными блестками. Хизер от него была в невероятном восторге.

После нескольких историй выяснилось, что моя тетя знакома с матерью Энни. Она даже не представляла, что будет пить в гостиной с ее дочерью.

Казалось, что в тот вечер мы все же перегнули палку и теперь страдали от похмелья. Хорошо, что не придется трястись в такси и мы могли вернуться в Гриммор через дверь кладовой.

Мэйсон изводил меня звонками, но я заблокировала его номер, а чтобы создать новый, ему не хватило мозгов.

Он, ожидаемо, не умер. А у меня все еще не прошла рука. Фиолетовыми незабудками на кисти расцвели синяки, покрылись осенней желтизной, делая мою руку холстом художника импрессиониста.

Но я радовалась, что смогла постоять за себя. После происшествия мы перенесли его в комнату, где он проспал двое суток, а потом я благополучно отправила его куда подальше.

Мы все хотели чуть-чуть подождать, пока перестанет мутить, но надо было разобрать вещи, заново пройти регистрацию. Ректор разослал письма, что с этого семестра ужесточается контроль за всеми учащимися.

Дочитав последние строчки письма, я не сдержала злорадного:

– Это же были несчастные случаи.

– Не фырчи, все равно ничего не докажешь ведь, – закатила глаза Энн.

Может, и докажу. Но не ответила.

– Втроем пойдем? Или каждый сам? – спросила я и печально осмотрела синяки под глазами в мутном стекле.

– Я вас, конечно, очень люблю ребята и все такое, но я не хочу, чтобы меня вывернуло на вас, – щурясь от яркого света в коридоре, проговорила Энн.

– Я того же мнения, – закивала я.

– Тогда я замыкаю и захвачу оставшиеся вещи, – отозвался Арчибальд, который был явно бодрее нас с Энн.

Я отчаянно нуждалась в похмельном эликсире, но у нас не было для него совершенно ничего, так что приняли решение – терпеть до академии.

Грейс потешалась над нами, пока мы собирались, и постоянно предлагала съесть что-нибудь невообразимо жирное. От ее красочных описаний мутило еще сильнее.

Махнув ей на прощание, я повернула ручку кладовой. А потом меня скрутило.

Мгновением позже, уже лежа на лужайке, стараясь успокоить головокружение, рядом со мной появилась Энн. И ее даже не вывернуло.

Меня, впрочем, тоже. Но это заслуга пустого желудка.

Арчи тоже не медлил.

Если в прошлый раз в академии было много сотрудников Совета, то теперь стало еще больше.

Застонав, я перевернулась на бок, чтобы их не видеть. Моя зона комфорта длилась недолго. Стоило мне неловко встать на четвереньки, как ко мне подошла женщина. Она протянула фотографию и что-то сказала.

– Простите? – Я поморщилась от головной боли. – Повторите, пожалуйста.

– Вам знаком этот молодой человек?

Я взяла фотографию и всмотрелась в веснушчатое лицо. Кажется, я видела его пару раз на вечеринках алхимиков, но он не из наших.

– Внешне знаком, но как его зовут или что-то еще подсказать не смогу.

– Если он появится, сообщите ректору, пожалуйста. Незамедлительно. – Она с нажимом произнесла последнее слово, акцентируя на нем внимание.

– Конечно, без проблем. – Я кивнула, возвращая фотографию.

Осмотревшись, поняла, что все люди из Совета занимаются тем же самым, показывают фото парня.

Я не успела пересечь лужайку, как раздался хлопок. И поиски парня уже не имели смысла.

Его голова покатилась к моим ногам.

Глава 12

Оставшееся расстояние голова преодолела за три удара сердца. Я попыталась отпрыгнуть, но мои ноги не слушались. Лишь когда то, что осталось от парня стукнулось о мою щиколотку, я смогла пошевелиться.

Работа в бюро предполагает выработку какого-то подобия выдержки, и такие моменты должны были восприниматься проще. Но я все равно взвизгнула