На следующее утро, отдохнув и подлечив немногочисленные раны, к счастью — легкие, Ратибор и его дружина загрузились на драккар и отправились за кнорром и добычей. По словам Иегуды, сопротивления не ожидалось. Охранников там всего восемь, да и те не из лучших. Трофейные доспехи помогут подобраться вплотную, а дальше в дело пойдут меткие степные стрелы.

Так и вышло. Переоделись в трофейные доспехи, чтобы сойти за Гудмунда с Горомутом, подвели драккар к самому берегу, а оставленные там присматривать вои купились на маскарад и уже сами вышли встречать начальство. Там и полегли все.

Провозились только с погрузкой товаров долго, а больше ничего интересного и не произошло. Веселые и нагруженные добром вернулись в деревню.

Теперь нужно было решить, как идти до Полоцка. Но получилось удачно. На постой в деревню прибыл небольшой караван, с руководством которого быстро договорились. Они перегрузились с телег на кнорр и отбыли по воде в качестве вспомогательной команды. В помощь им Ратибор выделил Торира и данов. И для охраны, и в качестве гребцов сгодятся прекрасно. Тем более, что тут плыть совсем не долго.

Сам же он, с остальными своими воями, пойдет на лошадях. Заодно и телеги с купеческими лошадками перегонит. Всем хорошо, удачно получилось.

* * *

Перед самым отъездом, испив на дорожку холодненького, крепкого кваску, Ратибор решил поговорить со старостой.

— Все забываю спросить тебя, Ждан! — поманил его рукой Ратибор. — Как деревня-то твоя называется?

— Так Витьба и называется. Как и речка наша. Там Двина, — замахал руками староста. — А это — Витьба, притоком у нее. Деревню так и называют!

«Ого! Так это ж Витебск будущий, что ли⁈» — удивленно подумал Кречет. — «А ведь все сходится — высокий берег Западной Двины и приток ее — Витьба!»

— А речка Лучоса где тут находится? — решил уточнить Ратибор, чтобы точно быть уверенным в своих предположениях.

— Да здесь она, недалече, тоже по левому берегу Двины приток! — ответил Ждан. — А почему господин интересуется?

— Место у тебя здесь хорошее. Городок ставить тут нужно.

— Дык это занятие княжеское, а князю Драгомиру до нас и дела нет, только оброк, знай, подавай вовремя и все!

— Не всегда так будет, староста! Глядишь, новый князь придет и построит тут город. А тебя посадником сделает!

— Так уж и посадником, — неуверенно улыбнулся Ждан, думая, что Ратибор подшучивает над ним.

— А почему бы и нет⁈ Очень даже возможно! Ты, главное, тихо тут живи, никуда не лезь. А время придет — и вспомню я про тебя, подскажу кому следует! Так, друг Ждан?

— Так, воевода! — староста улыбнулся уже по-доброму.

«Конунгу Хельги расскажу. Он что-то там про Новгород мне рассказывал, что основать решил. Так пусть и Витебск построит, когда Полоцк возьмет!» — решил Кречет. — «А я тут воеводой стану. Нравится мне это место. Удобное и богатое. Хорошие земли и люди добрые!»

— Держи тогда за постой и снедь, Ждан! — Ратибор всучил старосте тугой кошель с серебром. — За драккаром присмотри. Весной мы за ним вернемся!

Ждан, по своему обыкновению, попытался отказаться, но Кречет настоял.

— Это не только для тебя, но и для того, чтобы ты деревню укреплять начал. Считай, что от нового князя поручение тебе — причалы добрые поставь, большие сараи корабельные, тын крепкий для обороны, да постоялый двор, чтобы гости проезжие могли отдохнуть хорошо. Наймешь кого, или своими силами справитесь, сам решишь. Сделаешь хорошо — будет тебе почет и уважение от князя. Там и до посадника недалеко. Понял, Ждан?

— Понять-то понял. А что князь Драгомир? Неужели ты с ним договоришься?

— А Драгомир здесь не при чем. Скоро новый князь в Полоцке будет. И княгиня Ингигерда. Но об этом — никому!

Ждан выпучил глаза от удивления, но промолчал.

— Давай прощаться, друг Ждан! Пора нам!

Ратибор обнял старосту и взлетел на коня, что подвел к нему кто-то из деревенских.

— Скоро увидимся! — махнул Кречет рукой Ждану и скомандовал своим людям. — По коням!

Часть II

Глава 1

Корабли со все еще крепким, но сильно потрепанным после схватки с подлым ярлом Ингольфом Красавчиком, хирдом Хельги кое-как дошли до хутора Бермяты Полудана. Гребли всего по три пары весел на каждом драккаре и две пары на снекке — людей не хватало, было много раненых после сражения. Мимо Пальтескьи-Полоцка проскочили ночью, как Ратибор и посоветовал. И дальше пошли, не приставая к берегу, несмотря на темноту. К кормилу на ведущем корабле встал дед Добран, сменив Иво Сокола, плохо знавшего реку. Так до утра и простоял старый варяг в качестве кормчего, а потом перекусил вяленой рыбкой с пивом и спать завалился. А уж по светлому времени суток дренг Ратибора по имени Мал дорогу Соколу указывал. И отлично справился с поручением — довел корабли до отцовского хутора самым безопасным маршрутом, обойдя все мели и подводные камни. Заодно и мастерству кормчего подучился немного.

Хутор оказался совсем и не хутором, а крупной зажиточной деревней. За последний год Бермята развернул здесь грандиозное строительство и преуспел так, что даже Мал не узнал родного дома.

— Ого! Ничего себе! — воскликнул дренг. — Да тут целый городок вырос!

И правда, вырос. Удобные, широкие причалы, несколько складов подле них. Тут же выросли два корабельных сарая, способных вместить большие драккары. И это только на берегу. А наверху возвышались сторожевые башенки и новенький крепкий частокол. Что стояло за частоколом, снизу, с реки, видно не было. Но и этого достаточно, чтобы понять, насколько расширился и укрепился Полудан.

Варягов, ожидающих отправки, в деревне оказалось более, чем достаточно, для того, чтобы пополнить хирд. Конунг полностью укомплектовал драккары командами. Еще и запасные смены гребцов на борт принял. Все равно они, так и так, к Хельги собирались, а тут оказия образовалась очень удачная.

Утром тронулись в Альдейгью, задерживаться в гостях не стали. Мал упросил Хельги взять его с собой, очень уж хотел посмотреть парень Ладогу. А скорее всего, наслушался рассказов Магни Стейнссона, который так красочно расписывал свои приключения, как только викинги и умеют. Вот и взыграла романтика, показалось Малу скучно в Полоцке, захотелось путешествий и сражений с битвами. Бермята отпустил сына, а конунг не отказал. Пусть идет,