изо рта на бороду потекла струйка слюны. Если бы не туман, то все вокруг сразу увидели, что хевдинг стал берсерком. Однако, заметили это только те, кто находился рядом. Трое хускарлов резво отпрыгнули от своего хевдинга, ставшего безумцем, чтобы случайно не попасть под раздачу. Перед Гудмундом остались только два чужака-ульфхеднара, тоже сообразившие, кто перед ними. Гудмунд стеклянными глазами уставился на Аудульфа с Беляем, потом снова зарычал, отбросил щит и выхватил из-за пояса секиру, в дополнение к мечу в другой руке.

Тем временем, Ратибор с данами и степняки, вовремя спустившиеся по тропе, зажали остатки хирда Гудмунда очень качественно. На тропе нурманны потеряли чуть ли не половину своих, а Горомут вообще остался всего с одним боевым холопом, так что количественно отряд Кречета уже превосходил врагов. Да и психологическое состояние нурманнов оставляло желать лучшего. Только что они собирались веселиться и резать селян, а тут уже режут и отстреливают их самих. Да еще и хевдинг сошел с ума и стал опасен даже для своих. Один из хольдов, Гисли, погиб от стрелы там, на тропе, поэтому кормчий Гарди принял командование на себя. Он приказал оставшимся в живых сомкнуться в круг и ощетиниться копьями и клинками.

Ульфхеднары первыми нападать на обезумевшего Гудмунда не спешили. Они разошлись в стороны, чтобы берсерку было сложнее сконцентрироваться, и начали крутить мельницу своими мечами, отвлекая его и мешая соображать. В то же время, они продолжали подвывать по-волчьи, наводя панику и на остальных врагов.

Гудмунд постоял немного, переводя стеклянные глаза то на одного, то на другого волколюда, и, кажется, определил для себя цель. Того, что был немного повыше ростом и пошире в плечах — Аудульфа. Слюна так и ползла тягучей струйкой по бороде хевдинга. Гудмунд слегка пригнулся, приготовившись к броску, руку с мечом выставил немного вперед, а секиру занес назад для лучшего замаха, зарычал практически по-медвежьи, и ринулся с такой скоростью, что обычному человеку даже уследить было бы трудновато. Но не ульфхеднару. Аудульф был готов встретить берсерка. Он сделал небольшой шажок в сторону, пропуская несущуюся тушу, и обрушил на его загривок сразу оба клинка. Каким-то чудом берсерк увернулся от сокрушительного удара, и изловчился ответить своей секирой. Ее лезвие просвистело в каком-то дюйме от лица Аудульфа.

Подоспел Беляй. Мечи замелькали, как крылья стрекоз. Будь берсерк с Аудульфом один на один, он может быть и справился. Но волколюдов было двое, и это перевесило безумие Одина. Сначала Беляй достал колено противника, и тот охромел, существенно потеряв в подвижности. А потом и Аудульф ухитрился разрубить кисть Гудмунда. Хевдинг, как следствие, не смог удержать меч и выронил его. Крови из ран, однако, не было. Похоже, не врали люди рассказывая байки о том, что берсерки не чувствуют ран и не теряют крови.

Волколюды интенсивнее закружились вокруг хевдинга. Беляй подсек вторую ногу берсерка и обезумевший хевдинг рухнул на колени. Осознав, что все кончено, Гудмунд зарычал, как дикий зверь, и в последней попытке рубанул секирой. Однако, мечи ульфхеднаров оказались быстрее и с невероятной силой обрушились на берсерка, практически развалив его на несколько частей. Гудмунд рухнул на песок и из его страшных ран наконец-то потоком хлынула кровь.

Ратибор в это время, окружив остатки хирда Гудмунда и купца Горомута с последним его холопом, методично добивали их. Мудрить Кречет не стал, приказав давить щитами и копьями, а степняки стреляли в образовавшиеся бреши. А потом испробовали тактику самого Гисли на его людях — выдернули парочку хускарлов топориками на веревках. Строй викингов распался. К тому же подоспели ульфхеднары, расправившиеся с берсерком-хевдингом.

Горомут получил стрелу в глаз, а хольд Гисли погиб от клинков Аудульфа. Все. Победа!

Уставшие бойцы, равно как и их командир Ратибор, повалились на землю, тяжело дыша.

— Брат! Ты здесь откуда⁈ — вскричал Езекия, обняв своего родича. — Как ты тут оказался?

— Да очень просто! — Иегуда ответил на объятия. — Я же обещал нашему старшему брату Манару, что вернусь осенью и приведу сотню воинов и лошадей для конунга Хельги Скогатта. И вот я здесь!

— Что-то я не вижу хузарской сотни и великолепных скакунов! — ехидно усмехнулся Ратибор, внимательно слушавший разговор братьев. — Те двое, что на корабле, не в счет?

— Мои воины с лошадьми идут по земле. А я решил завернуть к Езекии, чтобы навестить его в Полоцке. Поэтому-то и подсел на кнорр к купцу из Итиля22, — пояснил Иегуда, обиженно поджав губы.

— Ты не обижайся, бар Кофин! — хлопнул хузарина по плечу Ратибор. — Лучше расскажи поподробнее!

— Я и говорю. Отправил воинов в обход Полоцка. Нечего медведя дразнить, князя этого, Драгомира. Кто его знает, как он на такую силищу отреагирует. Воины наши сразу в Альдейгью пойдут, к конунгу. А сам я Езекию решил навестить и только потом к старшему брату присоединиться.

— А как в плену у Горомута с Гудмундом оказался?

Иегуда вздохнул и подробно рассказал о речном бое с купцом Горомутом и его нурманнами.

— И вот еще что! — улыбнулся во весь рот Иегуда. — Наш кнорр со всеми товарами спрятан неподалеку. Гудмунд собирался за ним вернуться и оставил там охрану. Немного. Мы быстро справимся! Половина ваша! Согласны?

— О чем речь⁉ — обрадовался Ратибор. — Отдохнем, выспимся, а потом сходим за добычей! А купец-то твой хузарский против не будет? Это же его кнорр и товары!

— Уже нет. Он потерял свою собственность, когда попал в руки к Горомуту. Так что еще благодарить будет за спасение!

— Товары мы себе оставим, а вот кнорр купцу вернем! — твердо заявил Кречет. — Пусть наберет команду в Полоцке, там ваших достаточно. А если захочет товарами закупиться, то я ему одолжу денег. Он еще и заработает! Но вот что с драккаром делать? В Полоцк с ним точно соваться нельзя, а бросить жалко. Больно хорош драккар! На таком по морям ходить — самое дело!

— Здесь на время оставим! — подсказал Аудульф. — Ты с местным старостой в дружбе, вот пусть и приглядит. Сарай хороший поставит где-нибудь в неприметном месте неподалеку, а мы Драгомира разобьем и весной вернемся за драккаром. Как тебе?

— А что, нормальный план! Так и сделаем! Но сначала мы на этом драккаре за трофеями хузарскими сходим. И доспехи Гудмунда с Горомутом нам в этом деле пригодятся. Иегуда, покажешь где кнорр стоит?

— Всегда