Софи посмотрела на стоящего рядом с главарем священника, облачённого в торжественный золотой, который должен был скрепить этот союз. Он нерешительно переминался с ноги на ногу, опускал глаза, стараясь не смотреть на Софи, и заметно дрожал.

На помосте был установлен стол с великой книгой, на которой следовало давать клятвы, а также Софи разглядела две короны, которые должны лечь на головы новобрачных. Разбойники основательно подготовились, соблюдая все обычаи.

— Жду, когда же заиграет свадебная музыка, — Софи улыбнулась, пытаясь скрыть свое замешательство. Главарь гоготнул:

— Я решил, что мы можем обойтись и без неё. Идите же сюда, ваш народ мерзнет на этом проклятом ветру. Так что быстрее.

— Вы так печётесь о моем народе, — Софи не двинулась с места, она прикидывала, когда же ей применить нож, сейчас или позже, — похвально.

— Кончай болтать и иди сюда, — он сделал знак, и Софи больно схватили за предплечье и повели к помосту.

Она неуверенно шла через собравшихся людей; они расступались прямо перед ней и сразу следом смыкались. Некоторых ей удалось узнать — тут были её лакей и кучер, служанки Нина и Таня, кухарка, конюх... Остальных Софи не успевала разглядеть; они расступались быстро, опустив головы и пряча лица, боясь, что она их узнает.

Вдруг кто-то легко проскользнул ладонью по её руке и оставил в ней что-то похожее на кольцо. Её кольцо. Она обернулась и увидела карие глаза, выглядывавшие из-под капюшона. В следующую секунду её будто обожгло, и она услышала в своей голове голос Александра: «Тяни время!». От неожиданности ноги Софи заплелись, и она не упала только благодаря руке, ведущей её. Главарь снова загоготал:

— Значит, всё же боишься, а я уж подумал, совсем блаженная.

— У меня просто слетела туфелька, я поправлю её, — стальные руки отпустили её, и Софи наклонилась, делая вид, что поправляет обувь. Затем снова оглянулась, но карих глаз не было видно. Может, ей показалось? Она быстро спрятала колечко в потайной кармашек платья, туда, где уже лежал нож.

— Иди ко мне, моя милая невестушка.

— Иду-иду.

Софи поднялась на помост. Мозг лихорадочно соображал: тянуть время! Это-то она и так понимала. Но вот как это сделать? Она снова решила прикинуться идиоткой.

— Сколько людей собралось, — девушка окинула взглядом площадь, — и все пришли поддержать меня.

— Не тешь себя иллюзиями, мы согнали их сюда в качестве свидетелей.

— Свидетелей? Чего?

— Бракосочетания.

— А-а, — протянула Софи, — кажется, я начинаю понимать.

— А я уже начал сомневаться, что у тебя вообще есть мозги.

Не зная, что ещё делать, Софи повернулась спиной к главарю и заговорила громко и отчетливо, стараясь перекричать ветер и всех вокруг.

— Здравствуйте, жители моей милой волшебной страны Миэлнии, я рада видеть вас в столь знаменательный день...

— Что ты делаешь?

— Приветствую мой народ, — и Софи продолжила свою речь, — я рада, что, несмотря на непогоду, на столь сильный ветер и дождь, вы пришли сюда, чтобы поддержать меня. О такой поддержке и верности подданных можно только мечтать.

В толпе одобрительно загудели. Главарь рассвирепел: он резко развернул Софи к себе.

— Идиотка, я же сказал, мы собрали их здесь силой, — он махнул священнику: — Начинай церемонию.

— Какую церемонию? — То, что главарь нервничал, вернуло уверенность Софи, и она решила и дальше прикидываться дурочкой.

— Свадебную, идиотка...

— Как интересно, а кто же невеста?

— Ты, — он ткнул в неё пальцем, — заткнись и стой смирно! Начинай! — Это уже было сказано трясущемуся священнику, но Софи было не унять:

— Но кто же жених?

— Ты что, головой ударилась что ли? — он уже кричал: — Я!

— Вы мне не подходите, — Софи попятилась к краю помоста, — слишком старый...

Она снова увидела карие глаза и услышала голос: «Молодец, продолжай в том же духе».

Главарь больно дернул её за руку:

— Тебя никто не спрашивает! Встань сюда!

— Но как же, я же помню, что в церемонии священник должен спросить, согласна ли я выйти замуж? А я не согласна.

— Придется согласиться, — он нецензурно выругался.

— Не выражайтесь, пожалуйста, я же леди.

— Не указывай мне! — рявкнул он ей, а затем священнику, — начинай!