Да, так и убиться можно совсем! — констатирую я, глядя вниз с заваленной по пояс снегом площадки перед Храмом. — Оживу, конечно, в самом Храме, но, ну его на фиг! Не стану все же так сильно торопиться добавить мое тело к скелетам местных героев-Охотников.

Потом краткий отчет перед убитыми мною Тонсом и Карном, дальше пробираюсь в Храм. Куда, после открытия его входа, навалилось немало снега, который я подобием имеющейся метелки старательно вымел наружу.

Хорошо, что в самом Храме, если лежать на Столе, особенно холода не чувствуешь, но вода в умывальнике уже замерзла полностью. Провел ночь на Столе, зарядил три Палантира до сорока процентов, а два до шестидесяти, как утром понял, что с перевалов надвигается настоящая снежная буря.

— Это же меня здесь натурально завалит! — испугался я. — И еды всего на пару дней с собой!

Снежинки на выходе из Храма летают моим перед лицом все быстрее, поэтому я торопливо напялил свой горнолыжный костюм, прикрыл глаза такими же очками, забрал мешок с Палантирами и быстро выскочил из Храма.

Зашагал к спуску, а там уже в половину его высоты надуло настоящий сугроб со стороны каньона.

Спасли меня только снегоступы, горнолыжный костюм, очки на глазах и теплые горнолыжные перчатки, которыми я постоянно разгребаю снег. Прямо натурально скатываясь по склонам и проваливаясь в высокие сугробы, настойчиво пробиваю себе дорогу в сплошном снежном аду.

Добрался кое-как до первой поляны, снег уже и там по пояс, но за ней самой передвижение стало все же попроще. Поэтому вскоре, добравшись до второй поляны за ней, я облегченно вздохнул.

— Вовремя обратил внимание в сладком сне на залетающие сверху в Храм прямо тучи снежинок! Еще бы половина часа и уйти бы не удалось! — я хорошо вижу, как белое облако стремительно спускается сверху и заметает мои следы за спиной. — Не был же еще ни разу зимой в здешнем Храме! Все везло летом или весной прилететь!

— И уже не бываю, похоже! — констатирую я снова, глядя на плотный край белой мглы, уверенно переваливающей на нашу сторону склонов из каньона.

— Да и сейчас спешить нужно! Ничего ведь не закончилось! — и я весь мокрый побежал вниз, придерживая за спиной мешок с Палантирами, фузею в чехле и пистолет на поясе.

Глава 11

Да, смерть реально только что прошла совсем рядом со мной, ее ледяное дыхание коснулось моих волос. Я почувствовал на своем затылке, что шутки совсем закончились.

«Еще пять минут задержки или одно неудачное падение и все, вырваться из снежного безумия уже не удалось бы».

«Пока еще не посеребренных, но если так часто рисковать, то быстро случится сама подобная неприятность, — понимаю я. — Нужно все-таки к самим горам и вообще природе относиться с заметно большим уважением. Они ошибок не прощают и всегда берут по полной стоимости с неподготовленных или самонадеянных».

Но именно в этот раз смерть не принесла бы мне почти никаких особых проблем. Я бы вскоре снова восстановился на Столе, только всего с тремя Палантирами, фузеей и прочим нарезным оружием.

«Еще с неплохим запасом современной еды. Ее бы мне точно хватило на неделю, а то и две. За такое время ураган обязательно закончится, можно пробовать выходить из Храма».

Нигде меня так срочно не ждут, мои люди спокойно проведут пару дней в условленном месте и сильно даже не забеспокоятся. В Асторе родные и приближенные тоже знают, что я могу уйти надолго вообще без каких-то предварительных уведомлений.

«Правда, так сразу вернуться к стоянке вряд ли смог бы, новый ураган, наверняка, засыпал все вокруг на пару метров снега. Поэтому пробиться вниз получилось бы с очень большим трудом. И только потому, что я снова очнулся со снегоступами около себя. Но в свежем снегу они мало могут помочь, так же проваливались бы. И тем же теплым горнолыжным костюмом, который отлично спасает от замерзания при подобных обстоятельствах. Только два Палантира меня бы здесь в тайнике больше уже не ждали», — рассуждаю я о возможном исходе.

Подниматься одному в зимние горы — всегда большой риск. Часто неоправданный. А брать с собой попутчиков я не могу пока. И, может быть, вообще никогда не смогу, кроме той же Клеи.

«Зато потом пришлось бы, уже по весне, тщательно выглядывать в полном одиночестве на склонах свое тело в синем горнолыжном костюме, с пятью Палантирами в мешке за спиной. Не считая той же фузеи и всего остального. Впрочем, выставил бы заранее сверху и снизу дозоры из своих людей, чтобы никого не пускали сюда, пока я не найду сам себя», — печально улыбаюсь я, быстро шагая вниз.

Только пять Палантиров, да еще вместе с фузеей — слишком важны, чтобы оставить их валяться здесь до весны.

«Пришлось бы нанять кучу народа, чтобы они под охраной моих людей прочесали всю территорию вокруг тропы. Просеяли весь снег через обычное сито, — понимаю я. — Вряд ли кто-то догадался бы, что где-то здесь осталось лежать мое прежнее тело. Чтобы искать его специально наугад, если бы я появился внизу живой и здоровый, только в совсем другой одежде. В которой вернулся в Черноземье когда-то из своего мира, а не в той, в которой вчера попрощался со своими людьми. Но никаким случайностям нельзя доверить пять Палантиров и фузею», — четко понимаю я.

Через пару часов прохожу предпоследнюю поляну перед стоянкой, где когда-то уже очень давно убил первого Корта.

Дальше пока не иду, не хочу смущать своих людей и тех же пастухов новой и слишком красивой горнолыжной одеждой. Поэтому копаю прямо руками и кинжалом, потому что лопатки нет, в том же хорошо знакомом месте тайник. Потом прячу там горнолыжные вещи вместе со снегоступами и засыпаю его обратно, навожу маскировку.

— Полежите здесь до весны. Я больше зимой в горы не пойду! — признаюсь перед собой. — Рано она вообще пришла, так что теперь только в самом крайнем случае. Если Черноземью или Астору будет грозить страшная опасность!