Всё это выглядело одновременно изящно и чуждо. Словно здесь когда-то жили люди, которые ценили не только силу, но и красоту. Однако сейчас вся эта утончённость производила совсем другое впечатление. Мёртвое. Пустое. Будто город давно умер вместе со своими хозяевами. Особенно жутко смотрелись открытые дверные проёмы. Тёмные. Безмолвные. Они напоминали пасти огромных существ, терпеливо ожидающих добычу. И именно к таким домам сейчас направлялись два старших ученика. Причём с явным азартом. Один из них уже едва ли не потирал руки, осматривая богатую резьбу на ближайшем здании.

— Здесь точно должны быть артефакты… — возбуждённо прошептал он.

Второй быстро закивал.

— Или хранилище какого-нибудь древнего рода…

Максим же в этот момент совершенно не слушал их. Потому что неожиданно заметил кое-что другое. Голубоватые клочья тумана. Те самые, что до этого медленно двигались вдоль улиц. Теперь они начали постепенно смещаться в сторону этих домов. Причём сразу с нескольких сторон. Пока что очень медленно. Почти незаметно. Но вполне целенаправленно. И именно это заставило Максима резко насторожиться ещё сильнее. Потому что теперь он почти не сомневался. Этот странный туман точно был живым.

— Стоять! — резко окликнула их Линь Сюэ.

Её голос неожиданно громко прозвучал в мёртвой тишине древнего города. Причём настолько резко и жёстко, что оба старших ученика невольно дёрнулись и одновременно обернулись назад. В этот момент на лице девушки сейчас не было ни следа прежней усталости или растерянности. Только холодное раздражение. И злость. Причём злость вполне искренняя.

— Вы вообще хоть иногда думаете головой? — ледяным тоном спросила она, глядя на них так, словно перед ней стояли не старшие ученики Академии Небесного Свода, а два провинившихся ребёнка.

Один из парней тут же попытался возразить:

— Но мы просто хотели—

— Именно это меня и беспокоит! — Резко оборвала его девушка. — Ваше вечное «просто хотели» уже чуть не угробило нас возле голема!

После этих слов оба сразу помрачнели. Особенно тот, которого Максим тогда буквально выдернул верёвкой из-под удара каменного меча. Однако Линь Сюэ останавливаться не собиралась. Она медленно обвела взглядом окружающий город. Пустые улицы. Туман. Развалины. Тёмные провалы дверей. И только после этого снова посмотрела на старших учеников.

— Мы сейчас находимся внутри древнего города, который простоял неизвестно сколько тысяч лет под защитой печатей! — Медленно произнесла девушка. — И если вы из-за собственной глупости активируете здесь что-нибудь ещё… То выбраться отсюда может оказаться гораздо сложнее, чем войти.

Последние слова она произнесла особенно жёстко. И оба ученика явно прекрасно поняли скрытый в них смысл. Без Максима выйти за городскую стену они уже не смогут. По крайней мере — живыми. И именно это понимание окончательно испортило настроение обоим старшим ученикам. На их лицах почти одновременно проступило плохо скрываемое раздражение. Нет. Даже не раздражение. Злоба. Особенно потому, что слова девушки снова прозвучали так, будто именно Максим являлся сейчас самым полезным человеком в их группе. И это било по самолюбию обоих гораздо сильнее любых оскорблений. Они ведь были старшими учениками. Выходцами из семей старейшин. Людьми, которых с детства учили тому, что они выше остальных. А теперь… Теперь сама внучка Великого старейшины Линь фактически ставила какого-то младшего ученика выше них. Да ещё и прямо у них на глазах. Один из парней сжал зубы так сильно, что на скулах заходили желваки. Но вслух спорить с Линь Сюэ он всё же не рискнул. Потому что прекрасно понимал, что сейчас она была действительно очень зла. И если они рискнут продолжить препираться, то последствия для них могут быть весьма неприятными.

Максим же почти не слушал их разговор. Потому что в этот момент заметил кое-что куда более важное. Его взгляд медленно скользнул по ближайшим зданиям. И только теперь парень окончательно понял, почему эти дома вообще сумели сохраниться спустя такое чудовищное количество времени. На них тоже были печати. Не такие. Совсем не такие, как на городской стене. Те были грандиозными. Гигантскими. Похожими на целую сеть, натянутую поверх города. Здесь же всё выглядело иначе. Тоньше. Аккуратнее. Но от этого не менее опасно.

Сделав несколько шагов, Максим остановился, слегка прищурившись. Теперь он видел их совершенно отчётливо. Когда приблизился. Тонкие линии силы проходили вдоль стен зданий, уходили под крышу, оплетали дверные проёмы и оконные рамы. Некоторые линии были вплавлены прямо в камень. Другие — в дерево. А часть вообще словно висела в воздухе, удерживаемая только остатками энергии. Особенно много печатей было вокруг входов. И это парню совсем не понравилось. Некоторые из них выглядели защитными. Другие — предупреждающими. Но попадались и такие, от которых у него буквально начинала неприятно зудеть кожа. Слишком уж они напоминали ловушки. Причём довольно серьёзные.

Стараясь всё как следует рассмотреть, парень медленно перевёл взгляд на один из ближайших домов. Тот самый, к которому уже почти подошли старшие ученики. На первый взгляд здание выглядело вполне целым. Широкие ступени. Высокие двери. Резные колонны. Даже часть крыши почти не пострадала. Но сейчас, внимательно присмотревшись, парень увидел тончайшие линии печати, скрытые прямо под резьбой на дверях. Они пульсировали. Очень слабо. Почти незаметно. Но всё ещё были активны. И это означало только одно. Дом до сих пор защищён. Причём неизвестно от кого. И неизвестно чем.

Осознав это, Максим медленно выдохнул. Теперь ему окончательно стало понятно, почему город вообще сохранился. Даже спустя тысячелетия здесь продолжали работать древние механизмы защиты. Пускай ослабленные. Пускай повреждённые временем. Но всё ещё опасные. А значит… Практически любое неосторожное действие здесь могло закончиться очень плохо. Особенно для тех, кто привык сначала лезть вперёд, а думать потом. Парень медленно перевёл взгляд на двух старших учеников. И уже не впервые за всё время этого похода почувствовал, что их жадность может убить не только их самих. Но и всю группу целиком.

Сам же Максим медленно двигался вперёд. Очень осторожно. Каждый свой шаг он делал так, словно ступал по тонкому льду над бездонной пропастью. Сейчас его внимание было полностью сосредоточено на ближайшем доме. Точнее — на печати, окутывающей это строение. И чем ближе он подходил, тем отчётливее видел структуру плетения. Она была куда сложнее, чем ему показалось сначала. Тонкие линии силы переплетались между собой, словно корни древнего дерева. Часть из них уходила в фундамент. Другие тянулись вверх по колоннам.

Некоторые вообще скрывались под крышей, соединяясь в сложный многослойный узор. Причём это была