хотела наладить с ней отношения, чувствуя с ней какую-то странную связь из-за нашей причастности ко ксаверам и феям одновременно. Но получить еще раз по мордасам за то, что лезу не в свои дела мне как-то не хотелось, поэтому я не искала с ней встречи, хотя не забывала о ней почти ни на миг, понимая, что так долго продолжаться не может.

Вторая — Ардин. Этот мужчина, точнее дракон, который не хотел им быть, оставался для меня полной загадкой. Он, как гроза, которая больше не гремела, но затаилась, создавал рядом с собой напряжение и вызывал вопросы. Я твердо поставила себе цель — раскрыть его тайну в ближайшее время, чего бы мне это ни стоило.

Думая об этом, спускаюсь по ступенькам с мокрым бельем, которое Мэй нарочно не развешала, чтобы прибавить мне хлопот. Что ж, мне не составит труда ей помочь. Корзина большая, заслоняет мне весь вид, но я старательно смотрю себе под ноги, чтобы не кувыркнуться носом.

Бац!

Сталкиваюсь с чем-то или кем-то. Корзина вырывается у меня из рук. Белье рассыпается. Ну что за незадача!

35 глава

— Ой, прости! — Флинн, а это он, ловко перехватывает у меня корзину, присаживается и начинает складывать белье. ― Я тут… засмотрелся на кое-что и не заметил тебя, ― продолжает оправдываться он.

Мне показалось, или перед тем, как взять у меня корзину, он что-то ловко засунул себе в карман рабочих брюк. Невольно перевожу взгляд на его руки ― небольшие, но жилистые, крепкие и сильные. Все-таки эльфы очень привлекательны, а еще работящие, симпатичные и…

― Это ты меня прости, ― выдыхаю я, осознав, что все это время не дышала. ― Я тоже тебя не заметила.

— Пустяки, — он улыбается, поглядывая на меня, и его ярко-зеленые глаза сверкают ярче изумруда. — Куда нести? Вообще лучше бы ты сразу меня позвала, чем такую тяжесть на себе тащить.

Он поднимает корзину и идет рядом со мной. А я разомлеваю, как последняя дура, от обычной мужской помощи, которая должна быть естественной и так же восприниматься. Что-то я расслабилась совсем. А может, когда сравниваю Флинна с Ардином, присутствие мягкой поддержки эльфа для меня становится, как глоток воды в пустыне.

С ним хотя бы безопасно и не боишься сказать или сделать что-то не так. Вот как сейчас.

Мы идем к бельевым веревкам, мелкие комочки земли и уже опавшие листья слегка шуршат под ногами. Флинн движется легко, плавно, его шаги почти бесшумны, в них нет угрозы, лишь — грация и свобода. Совсем не то, что тяжелые, размеренные шаги дракона, от которых, кажется, содрогается весь дом.

Он ставит корзину под веревками. Я замечаю, как его взгляд скользит по моему лицу, внимательный, участливый.

― Что-то еще нужно сделать? ― спрашивает он, будто только и ждет моих приказов.

― Пожалуй, нет, ― невольно улыбаясь, глядя в его красивое, как с обложки журнала, лицо. ― У тебя и без меня полно дел, ведь правда?

Лицо Флинна вдруг озаряется.

— О, пока не забыл! — Он засовывает руку в карман своих темно-серых штанов и достает небольшой, отполированный до блеска камешек цвета морской волны. В его глубине мерцают золотистые искорки. — Представляешь, нашел в саду, когда грядки вскапывал. По-моему, очень красиво!

Я беру в руки кулон. Интересно, сколько он пролежал в земле? Похоже на бирюзу с какими-то вкраплениями. Ни камень, ни сама золотая цепочка, на которой висит кулон, не испортились от сырости и влаги. Чудеса да и только!

Моя рука на миг вздрагивает, и в душу вползают сомнения. Имею ли я право принимать подарки от безродного эльфа, даже если это ему ничего не стоило?

― Оставь себе, ― протягиваю кулон обратно после секундного колебания. ― Ведь ты его нашел. Тебе пригодится ― продашь, выручишь деньги…

― Нет, нет, его нельзя продавать! ― машет тот руками, а на лице появляется мимолетный испуг. ― Фамильные драгоценности не продают, они ведь заряжены особой магией! Но если хозяин потерял, то нашедшее тебе не навредит, а наоборот, поможет. К тому же тебе этот кулон нужнее, чем мне ― в нем заложена магия рода Грейнмор, и она защитит тебя от гнева хозяина, если тот вдруг выйдет из себя.

А я думаю о том, что лучше было бы продать ценную побрякушку и получить еще немного золотых в копилку. Но раз нельзя, то… лучше и впрямь мне оставить ее себе, а то мало ли, что Ардину стукнет в голову. Лишняя защита не помешает.

― Спасибо! ― чувствую очередную благодарность к заботливому эльфу и надеваю кулон на себя, пряча под платье.

Вскоре, развешав белье, я иду проверить Элис, как та упражняется в чистописании. Все же мы не забываем и об учебе, которая, как я считаю, летом должна быть минимальной. Этот месяц у них ― как у нас наподобие августа, а потом все драконьи дети идут в специальную школу, учеба в которой длится всего пять месяцев, а потом снова перерыв. Элис ужасно не любит школу и каждый раз сердится, когда о ней вспоминает. Ей просто не нравится, что другие драконята ее дразнят и называют ее отца беспомощным слабаком.

― Не пойду туда, ― бубнит Элис, выводя буквы остро заточенным пером. ― Не пойду, и все тут. Буду с тобой яблоки продавать ― это и то интереснее!

Я вздыхаю, решая не спорить. Через пару недель многое может поменяться, если мы не решим вопрос с долгом. Так что школа ― это не самое важное, о чем вообще стоит говорить.

― Там видно будет, ― спокойно отвечаю я, а затем выхожу в сад. Хочу прикинуть, сколько яблок мы соберем в ближайшее время, сколько продадим и какова будет выручка. Меня эти подсчеты ох как успокаивают.

Я тут с этим бесхребетным Ардином скоро продвинутой бизнесвуменшей стану, хотя никогда не собиралась.

Солнце уже припекает вовсю, а я наслаждаюсь тишиной сада. Интересно, о каких звуках говорил дракон? Точнее ― как он их слышит? Наверное, мне не стоит и пытаться, идеальный слух ― это часть наделения драконов.

— Ты чувствуешь снова ту странную энергию? — Флинн возникает позади так внезапно, что я вздрагиваю.

— Нет, — пожимаю я плечами. — Сегодня все спокойно.

— Все-таки надо проверить. ― Он по-свойски берет меня под руку и ведет вглубь сада.