― Другого выхода нет. Мы не можем держать такой урожай в сарае ― дракон мигом нас раскусит.

― А что если леди будет увеличивать яблоки здесь, прятать под рогожей и каждый день относить часть на рынок? ― предлагает Ричард.

― Тогда ей придется самой все это тащить ― уж лучше пусть хозяин этим занимается, ― возражает Флинн, а я бросаю на него мимолетный взгляд. Мне приятна его забота.

― Осталось дело за Мэй, ― напоминаю я. ― Если она не захочет с нами сотрудничать ― пиши пропало.

Через несколько минут экономка, посвященная в нашу авантюру, нечитаемым взглядом смотрит на увеличенное яблоко.

― Так что, Мэй, твоя задача маленькая, ― завершает Флинн, которого я попросила рассказать все, как есть, потому что строптивая служанка предвзято ко мне относится и не захочет меня слушать.

― Нет, ― твердо говорит она. ― Не стану я продавать эту гадость. Это не настоящее яблоко, а…

― Хорошо, ― тут же перебиваю я. ― Тогда я сама стану за прилавок…

― Да кто тебя туда пустит! ― Ореховые глаза Мэй сверкают ― по всему видно, что она готова отстаивать свое мнение до конца. ― Твоя задача ― вовсе не эта…

― Вот именно! ― восклицаю я, не заботясь, что нас могут услышать. ― Я гувернантка Элис и я не позволю, чтобы ее продали в рабство за долги!

Мэй смотрит на меня долгим взглядом, в котором я не вижу ничего хорошего.

― Я сейчас же доложу хозяину, что здесь происходит, ― она разворачивается всем телом и с гордо поднятой головой направляется к двери.

― Этой не лучший выход, Мэй, ― как ни странно, вмешивается молчаливый Ричард.

― А разве она думает о том, как будет лучше для всех? ― Я едва сдерживаю себя. Ну кто бы сомневался, что именно Мэй вставит нам палки в колеса. Жаль, что в поместье так мало слуг и рабочих рук в придачу ― в другом случае мы бы с легкостью обошлись без нее.

Мэй разворачивается уже у дверей. Ее взгляд, полный ненависти, устремлен на меня.

― Ты допрыгалась, ― говорит она тихо, но я слышу каждое слово. ― Пришла пора раскрыть хозяину, с каким наделением он взял горничную… ты думаешь, здесь все дураки, ― она обводит взглядом мужчин, ― и не понимают, что яблоко невозможно увеличить одной пыльцой фей? А ты явно использовала не пыльцу, ― презрительно кривит она тонкие губы.

― Вы хотите рассказать хозяину о том, что ваш дедушка был ксавером? ― обыденным тоном говорю я. ― Наверняка он об этом не знает, и ему будет интересны такие подробности о его верной экономке.

Мэй враз бледнеет.

― Ты… не могла об этом узнать, ― едва шевеля губами, говорит она, не спуская с меня напряженного взгляда.

― Огненная книга в хозяйской библиотеке дает ответы всем, кто этого хочет и не боится, ― пожимаю я плечами.

В глазах Мэй мелькает страх, но только на мгновение.

― Эта книга ― хранительница памяти Аэтерии, ― ровным тоном говорит она, видимо сразу поняв, что я имею в виду. ― Такая есть в каждом драконьем доме и доступ к ней имеют только хозяева. Только сильный духом может прикоснуться к ней и считать из прошлого то, что ему нужно, при этом не повредившись в рассудке.

― О, ну я не повредилась, как видите, ― развожу руками. ― Так что, что хватит меня запугивать. У меня тоже теперь тоже козырь против вас имеется.

Вообще-то у мужчин, наблюдающих эту сцену ― тоже, да только вряд ли они пойдут докладывать Ардину. Флинну точно это не надо.

Мэй молча смотрит на меня и уходит. Когда дверь за ней закрывается, мне становится не по себе. Я не забыла, сколько всего пережила эта женщина. Она просто по умолчанию не может никого любить, ведь весь этот мир будто настроен против нее. Предательство самого близкого человека… врагу такого не пожелаешь. Наверное, стоит извиниться. А еще ― сказать, что Ардин ничего не узнает. Что я блефовала и не собиралась ничего такого делать. К таким людям, как она, однозначно нужен другой подход, а не действовать нахрапом и назло.

Решаю не откладывать дело в долгий ящик и иду за Мэй. С мужчинами договорилась, что в случае чего мы будем продавать яблоки отдельно и по очереди ― чтобы насобирать нужную сумму в срок. У нас все-таки меньше месяца осталось, рассуждать некогда, нужно действовать.

На кухне Мэй не оказалось, а ведь она чаще всего бывает именно там. Давая нехорошие предчувствия, решаю поискать ее доме. Она же не совсем дурочка, чтобы идти к Ардину и жаловаться на меня!

Быстро прохожу два коридора. Вижу приоткрытую дверь. Осторожно заглядываю в нее и…

Лучше бы я этого не делала.

32 глава

За дверью ― та, кого я искала. Мэй. Но не такая, как обычно. Вокруг нее ― тусклое голубое свечение. А за спиной ― настоящие крылья феи, да только опаленные, прожженные в нескольких местах, на них не взлетишь.

У меня враз горло перехватывает от неуместной жалости. Неуместной ― потому что Мэй она не нужна.

Внутри меня что-то загорается. Мне кажется, или полутемная комната еще больше наполнилась светом?

Мэй резко оборачивается. Тут же становится спиной к комоду, будто хочет скрыть потрепанные крылья, да только забыла, как обернуться обратно в обычного человека. Ее грудь высоко вздымается, словно она меня боится. Впрочем, ее глаза говорят громче, чем любые ее жесты. Она и впрямь боится. Только… чего?

Делаю шаг. Еще один. Медленно подхожу, чтобы не спугнуть, как дикого зверя, которого хочешь вылечить и приручить.

― Что тебе нужно? ― надрывисто произносит та, вжимаясь спиной в комод.

― Разреши, я помогу, ― говорю тихо, протягивая руку. Обращаюсь к ней так, как принято общаться со слугами или между слуг, наплевав на внушенную с детства вежливость к старшим. Сейчас я вижу в Мэй не пожилую женщину, которая пытается сохранить остатки достоинства, а юную испуганную феечку, которая в свои семнадцать оказалась никому не нужна. Даже своим родителям.

― Мне не нужна твоя пыльца, ― говорит та, пристально следя за мной. ― Чтобы я потом тебе по гроб жизни была должна?

Свет в ней то загорается, то погасает, как мигает неисправная