скользит к моей груди. Я выгибаюсь навстречу, сходя с ума от желания.

«Стоп, – говорит внутренний голос. – Остановись, пока не поздно. Ты не для этого сюда приехала!»

Я каменею, и Хью это чувствует. Его пальцы замирают в сантиметрах от цели, едва касаясь груди. Мои соски напрягаются. Господи, как я хочу, чтобы он продолжал меня ласкать! Прикусить его нижнюю губу, лечь на него сверху. Почувствовать его внутри.

Вместо этого я набираю полные легкие океанского воздуха и говорю то, что должна.

– Хью, – шепчу я, – нам нужно остановиться. – Его рука замирает. – Мы на открытой палубе. – Хью не отвечает. – Сюда могут прийти в любую минуту.

Он молча переворачивается на спину. Я знаю, он думает то же, что и я: все давно спят.

– Мы просто… нам не следует… – бормочу я, откатываясь от него. – Мы лежим рядом и, тяжело дыша, смотрим в небо. – Прости, – шепчу я.

Хью сжимает мою руку.

– Не говори ничего.

Проходит минута или две. Мы смотрим на звезды, сияющие над океаном. Наконец он откашливается.

– Ладно, расскажи о себе. Кем ты хотела стать в детстве?

У меня вырывается смешок.

– Тебе правда интересно?

– Ну да. Ты же ни о чем другом не хочешь. И вообще, почему ты всегда критикуешь мои вопросы?

– Потому что ты спрашиваешь всякие глупости, вроде «какой твой любимый цвет?» или «кем ты хотела стать, когда была маленькой?», и я чувствую себя первоклассницей.

– Так кем ты хотела стать? Мамой? Женой? Президентом?

– Ну, в шесть лет я сказала бы, что президентом. Но, к сожалению, этот поезд давно ушел.

– Ладно, если политику ты больше не рассматриваешь, то как насчет матери или жены?

Я смотрю на него с укором.

– Женщина способна на большее, чем быть матерью и женой.

Он расплывается в улыбке.

– Туше.

Я задумываюсь.

– Я не так хотела бы выйти замуж, как найти надежного человека. Меня интересует не брак, а стабильные отношения. А потом уже можно подумать о детях. – Хью молчит, глядя в ночное небо. – А ты?

Он вздыхает.

– Наверное, я тоже. Если честно, боюсь, что у меня ничего не выйдет. У моих родителей семьи не получилось.

– Это не значит, что ты повторишь их ошибки.

– Я не умею любить, – сдавленно произносит Хью.

Я молчу.

– Вернее, говорить об этом не умею, – наконец выдавливает он. – Я могу показать своими поступками, а сказать мне трудно. Я чувствую себя… беззащитным. Единственная, кому я однажды признался в любви, – София, моя бывшая…

Он замолкает. Волны лениво бьются о борт. Все давно спят. Кажется, что мы – последние люди на земле.

– Я тоже в этом не сильна, – признаюсь наконец я.

Сама не понимаю, что толкает меня на откровенность: звезды в ночном небе, монотонный плеск волн, терпкий запах его геля для душа или просто то, что я оказалась посреди океана, вдали от дома, притворяясь другим человеком.

– На самом деле я совершенно не умею выражать свои чувства, – тихо говорю я.

– Почему ты так думаешь?

– Ну… я слишком долго тянула, не могла расстаться со своим бывшим. В итоге пострадали все.

Мы лежим, глядя на звезды. Когда Аарон показывал созвездия, я почти не слушала, а теперь жалею – хоть было бы, о чем поговорить.

– А что случилось? – спрашивает Хью.

– Не знаю… ну, то есть знаю…

Хью терпеливо ждет.

– Он сделал мне предложение, – объясняю я. – А я вдруг поняла, что не хочу выходить за него замуж, и сказала «нет».

– Ничего себе!

– Да, ужас. Я чувствовала себя виноватой: я изменилась и вдруг захотела чего-то другого…

– Он что, прям встал на одно колено, а ты сказала «нет»? – недоверчиво переспрашивает Хью.

– Ага, – шепчу я. – На ужине в итальянском ресторане. А на следующий день он запланировал большую вечеринку с друзьями. Ее пришлось отменить.

– Да уж, – вздыхает он. – А раньше вы об этом говорили? Ты знала, что он хочет сделать предложение?

Я качаю головой.

– Нет, я думала, что еще есть время… а он, видимо, давно это планировал. Наши… точнее, его друзья были ужасно рады за нас, а мой отказ так их обидел, что все от меня отвернулись.

– Мне очень жаль, Милли.

– Спасибо. Это был кошмар. Меня никто не понимал. Родители расстроились. Друзья считали, что поддержка нужна Заку, ведь я его отвергла, а не наоборот. Мои чувства никого не интересовали. Думаю, я правильно сделала, но разрыв дался мне нелегко.

– Представляю, через какой ад ты прошла.

– Все, что ни делается, к лучшему… Например, я здесь, и это радует.

– И не только тебя.

– Когда я порвала с ним, мне казалось, что это плохо, а теперь я с каждым днем убеждаюсь, что поступила правильно.

– Наверное, тебе нужно время.

Хью как будто хочет что-то сказать и не решается.

Я молчу. Лодка скрипит, покачиваясь на волнах.

– У нас с Софией все было серьезно. Я думал, мы поженимся. Мама и брат любили ее как родную. Я уже собирался делать предложение. И вдруг она заявляет, что влюбилась в своего репетитора по итальянскому языку и уезжает в Италию.

– Что? – потрясенно восклицаю я. – Это безумие… Хью, мне так жаль!

Он ни с того ни с сего начинает смеяться.

– Смешно, на самом деле. Я будто стал героем сериала. Целый год приходил в себя, а теперь даже смеяться могу.

Я тоже начинаю хохотать – от облегчения и от радости, что он смог принять случившееся.

– Представляешь, какая банальность, – сквозь смех говорит он, – учитель итальянского!

– Просто невероятно, – соглашаюсь я.

– Мне страшно, – произносит наконец Хью, когда мы перестаем хохотать, – что я не найду своего человека. Я думал, что нашел, и ошибся. Теперь не знаю, как поверить в себя. Надо начинать все сначала, а я боюсь. Мне каждый раз будет казаться, что прошлые отношения, несмотря на их бесславный финал, были лучшими в моей жизни и ничего другого я не заслуживаю.

Я поворачиваюсь к нему.

– Не думаю. Хотя, знаешь, у меня похожее чувство.

Никто до сих пор не описывал мои страхи с такой точностью.

– Как будто судьба дала мне что-то хорошее, а я не смогла это сохранить, и теперь не имею права рассчитывать на лучшее.

– Именно. Даже если я переживу расставание, то не знаю, как смогу вновь верить людям.

– Мне ты можешь верить, – выпаливаю я и тут же задумываюсь.

Чтобы заслужить доверие Хью, я должна рассказать ему правду сегодня вечером. А лучше прямо сейчас.

Мы лежим на боку и смотрим друг другу в глаза.

Он нежно гладит меня по щеке и шепчет едва слышно:

– Жаль, что ты так далеко живешь.

– Мне тоже, – дрожащим голосом отвечаю я и хочу продолжить. – Послушай, я те…

Нет, ничего не выходит. Слова «я тебя обманула» застревают