Как быстро ему доложили, однако…

— Если со стороны Ковена ожидаются проблемы, то, позвольте напомнить, меня не предупреждали, — довольно грубо произнесла я. — Это ваша вина.

В трубке что-то булькнуло.

— Один из курсантов узнал мой секрет, — продолжила я. — Еще не поняла, как именно, но… что мне теперь делать? Как себя вести? Я должна все отрицать?

— Как хочешь, — ответил Александр Иванович. — Кажется, я сразу сказал, что выбор за тобой. Это все? Мне некогда.

— Как там… Карамелька? С ней всё…

В трубке раздались короткие гудки.

Понять бы еще, что я натворила, воспользовавшись ведьмовской силой! Неужели что-то по-настоящему страшное?

Руки слегка дрожали, когда я набирала номер, что дал мне князь Разумовский.

«Я не отвечу лично, — сказал он. — Произнеси кодовую фразу. Я сам тебя найду».

Фраз всего три. Одна говорила о том, что мне нужно с ним побеседовать, но это не срочно. Другая — чем скорее, тем лучше. Третья была просьбой о немедленной помощи. Я выбрала второй вариант.

Глава 10

Сава стоял неподалеку и всё слышал. Я ничего не скрывала, и звуконепроницаемым щитом не пользовалась. Александр Иванович уже разбирался с Ковеном, потому и не мог ничего объяснить. Скорее всего, он не один, вот и оборвал разговор. А с Сергеем Львовичем я и без того хотела побеседовать. Пусть расскажет и о ведьмах, и о совпадениях.

— Код для Разумовского? — спросил Сава, едва я повесила трубку на рычаг.

— Как догадался?

Он снова ревновал, и меня это злило. И усталость сказывалась. Все же денек выдался богатым на события. Очень странное состояние: с одной стороны, энергии много, лес щедро поделился силой, с другой — ментальное истощение, и свои, и чужие эмоции уже кажутся тусклыми и бесцветными.

— Это несложно.

Исчерпывающий ответ.

— Сава, ты… хоть немного мне доверяешь?

Он вскинулся, взглянул удивленно.

— Мне придется сотрудничать с князем. Возможно, мы будем часто видеться. Это необходимость, а не моя прихоть.

Сава оглянулся, нет ли кого поблизости, а потом шагнул ко мне, положил руку на плечо. Вполне невинный жест, большего он себе позволить не мог.

— Доверяю, Яра. Просто я… не идеальный. Не рыцарь без страха и упрека, каким хотел бы быть для тебя. Из-за дара ты видишь все мои изъяны. Моя ревность… та, что я безуспешно от тебя прячу, это не недоверие. Я ее контролирую. Но испытывать радость, когда ты встречаешься с князем, увы, не могу. Прости.

В глазах предательски защипало. Из-за того, что я постоянно притворялась парнем, мне хотелось побыть слабой девчонкой. Стыдно признаться, но, наблюдая за Катей и Матвеем, я завидовала им. И тут еще Сава…

— Яр, закончил? — Из кафе вышла Катя и помахала мне рукой. — Мне пора ехать, давай прощаться.

Ее появление избавило меня от необходимости отвечать Саве, но я все же шепнула ему:

— И ты меня прости.

Мы тепло попрощались с Катей и договорились, что в лагерь ей лучше не приезжать. Дорога неблизкая, и Матвей решил, что сам поведет машину до Петербурга. Сава обещал его прикрыть, нас не считали по головам перед отбоем. И все же это риск получить нагоняй за нарушение внутреннего распорядка.

Матвей собирался вернуться электричкой, уже утром. Мы не опаздывали, однако рейсовый автобус пропустили.

— Можем пробежаться, — предложил Степан.

— Я тебе пробегусь, — пригрозил Сава. — Будешь нарушать предписания, лично сдам в медпункт.

Я чувствовала, что Сава не горит желанием вести нас через Испод, поэтому, отправив Степана в кафе за якобы забытым носовым платком, я спросила:

— Позвать Карамельку? С ней я справлюсь с переходом, а ты подстрахуешь.

— Нет, — возразил Сава. — Я найду попутку.

— Это навряд ли. Поздно уже.

Знакомый голос раздался совсем рядом, и одновременно из ниоткуда появился Леня. Мы с Савой шарахнулись в сторону, не скрывая испуга. Это случилось слишком неожиданно! К счастью, никто другой мимо не проходил. Хотя… зная любовь Разумовского к эффектным жестам, он все заранее рассчитал.

— Ну? Что за пожар? — спросил у меня Леня… тьфу, то есть, Сергей Львович, как ни в чем не бывало. — Если это шутка, ты пожалеешь.

Он произнес это буднично, равнодушно, а я покрылась мурашками величиной с кулак. Может, я зря настаивала на срочности?

— Она чужое проклятие сняла, — быстро произнес Сава. — Десятого уровня. Вам еще не доложили?

Судя по тому, как закаменело лицо Сергея Львовича… то есть, Лени, я поняла, что вызвала его не зря.

— Вот с него. — Сава показал на Степана, выходящего из кафе. — А до этого…

— Я сама все расскажу! — перебила я его. — Сергей Львович…

— Жди здесь, — бросил он мне.

— Яр, нет там платка, — сказал Степан, подходя к нам и рассматривая нашего гостя. — Я везде искал. А это…

Договорить ему не дали. Разумовский подхватил его и Саву под руки и исчез вместе с ними. Я отошла в тень, на всякий случай. Ждала недолго. Разумовский вернулся один.

— Я не могу надолго покидать дворец, — сообщил он.

И меня тоже затащили в Испод.

Комната была иной, но похожей на ту, где я недавно гостила. Тоби выскочил навстречу, весело виляя хвостом. Сергей Львович на него шикнул, и пес обиженно сел в углу.

— Быстро рассказывай, что натворила, — велел Разумовский.

Он уже избавился от маски и стал самим собой.

— Ничего, — возмутилась я. — И перестаньте со мной разговаривать, как с неразумным младенцем. Я понимаю, что вы считаете меня ничтожеством, но все же вы князь, и должны соблюдать приличия. Если наше общение продолжится в подобном тоне, это будет первый и последний раз, когда я обратилась к вам за помощью.

Я выпалила это на одном дыхании. Порой накатывало, да. Когда я так себя вела, Сава говорил, что мне «вожжа под хвост попала».

Разумовского удалось удивить. Он смотрел на меня так, будто видел впервые, однако не рассердился.

— Я не считаю тебя ничтожеством, — наконец произнес он. — Пожалуй, ты права, я не должен относиться к тебе, как к обычному курсанту. Все же ты… — Он усмехнулся. — Моя невеста. Однако прошу понять, что бывают ситуации, когда не до этикета. Савелий сказал, что ты сняла чужое проклятие.